Дэвид Эддингс - Последняя игра

— Моя королева, — сказал он Полгаре, почтительно кланяясь. — Я — Уртаг, Верховный жрец области Камат. Я прибыл сюда с собратьями, чтобы сопровождать вас в Город Ночи.

— Я разочарована тем, что не вижу среди встречающих Зидара, — холодно отвечала волшебница. — Надеюсь, со здоровьем у него все в порядке.

Уртаг бросил на нее сердитый взгляд.

— Не сопротивляйся своей судьбе, королева энгараков, — посоветовал он.

— Две судьбы ожидают меня, Уртаг, — сказала Полгара. — Еще не решено, какой из них я последую.

— По поводу этого у меня нет никаких сомнений, — заявил он.

— Возможно, это потому, что ты никогда не осмеливался посмотреть в другую сторону, — ответила она. — Ну что ж, поедем, Уртаг? Продуваемый ветром берег едва ли подходящее место для философских диспутов.

Верховные гролимы привели с собой запасных лошадей, все быстро сели в седла и поехали через гряду низких, поросших лесом холмов в северо-западном направлении. У покрытого галькой берега росли темные ели, но как только они преодолели первый подъем, то очутились в осиновом лесу. На взгляд Се'Недры, их белесые стволы выглядели почти как трупы, а весь лес отдавал чем-то мрачным и нездоровым.

— Мистрис Пол, — сказал Дерник почти шепотом, — а не нужно ли нам обдумать кое-какой план?

— Какой же, Дерник? — спросила она.

— Нашего бегства, конечно.

— Но мы не хотим бежать, Дерник.

— Не хотим?

— Гролимы везут нас как раз в то место, куда мы хотим попасть.

— А зачем мы хотим попасть в этот их Ктол Мишрак?

— У нас есть там кое-какие дела.

— Судя по тому, что, я слышал, это плохое место, — сказал Дерник. — Вы уверены, что не сделали какой-нибудь ошибки?

Полгара протянула руку и положила ему на плечо.

— Дорогой Дерник, — сказала она, — придется довериться мне.

— Конечно, мистрис Пол, — тут же ответил он. — Но не нужно ли мне знать, чего ожидать? Если придется принимать меры для вашей защиты, я должен быть готов к этому.

— Я бы сказала тебе, если бы знала сама, Дерник, — ответила Полгара. — Но я не знаю, чего следует ожидать. Я только знаю, что мы все четверо должны ехать в Ктол Мишрак. Мы нужны для завершения того, что там должно произойти. Для каждого из нас там есть дело.

— Даже для меня?

— Особенно для тебя, Дерник. Сначала я не догадывалась, кем ты являешься в действительности. Потому то и пыталась удержать тебя от поездки с нами. Но теперь я понимаю вполне. Ты должен быть там потому, что тебе предстоит сделать одну вещь, которая повернет весь ход событий в ту или другую сторону.

— И что же это такое?

— Мы не знаем.

Глаза его расширились.

— А что если я сделаю все не правильно? — спросил он обеспокоенно.

— Не думаю, — заверила она его. — Пожалуй, я поняла, что предстоящее тебе дело весьма естественно вытекает из того, кто ты и чем занимаешься. — Она едва заметно улыбнулась ему. — Ты не сможешь сделать это не правильно, Дерник, так же как ты не можешь лгать, обманывать или воровать. Это заложено в тебе: делать все правильно, так что не беспокойся об этом.

— Очень хорошо, что вы это сказали, мистрис Пол, — ответил Дерник. — Ho, если вы не против, я все же буду беспокоиться об этом, хотя бы немного и, конечно, про себя.

Тогда она рассмеялась легким, добрым смехом.

— Ах ты милый, дорогой наш, — сказала она, порывисто беря его за руку. — Что бы мы делали без тебя?

Дерник покраснел и попытался смотреть в сторону, но ее сияющие глаза все же поймали его взгляд, и он покраснел еще больше.

После того как они миновали осиновый лес, их взглядам открылся пустынный ландшафт. Из разросшихся сорняков, подобно надгробиям на давно заброшенных кладбищах, подымались белые валуны, а засохшие деревья простирали в небо сучья, как взвывающие о помощи руки. На открывавшемся впереди горизонте виднелось пятно тучи, настолько темной, что она казалась почти пурпурной. Нигде не было и признаков человеческого жилья, а на дороге, по которой они ехали, не оказалось никаких следов.

— Что же, здесь никто не живет? — спросила принцесса у Полгары.

— В Ктол Мишраке — нет, если не считать нескольких гролимов, — ответила чародейка. — Торак разрушил его и изгнал жителей в тот самый день, когда мой отец и король Чирека со своими сыновьями похитили Око из железной башни.

— Когда же это было?

— Много столетий тому назад, Се'Недра. Насколько мы смогли установить, это случилось как раз в тот день, когда родились Белдаран и я, — в день смерти нашей матери. С уверенностью это трудно сказать. В те дни мы несколько небрежно относились ко времени.

— Но если ваша мать умерла, а Белгарат был в то время здесь, то кто же позаботился о вас?

— Конечно, Белдин. — Полгара улыбнулась. — Он не был хорошей матерью, но делал все, что мог, пока не вернулся отец.

— И поэтому вы так привязаны к нему?

— Да, это одна из причин.

Зловещая туча все еще не двигалась. Она казалась такой же неподвижной, как горная цепь, но по мере приближения к ней подымалась все выше и выше.

— Очень странная туча, — отметил Дерник, вглядываясь в плотную, упругую завесу впереди них. — Сзади на нас надвигается буря, но туча, кажется, совсем не движется.

— Она действительно не движется, Дерник, — сказала ему Полгара. — И никогда еще не двигалась. Когда энгараки построили Ктол Мишрак, Торак сотворил эту тучу, чтобы скрыть город. Так с тех пор она находится на одном месте.

— И долго?

— Около пяти тысяч лет.

— И там никогда не светит солнце?

— Никогда.

Верховные жрецы стали с некоторой опаской оглядываться вокруг, и наконец Уртаг приказал всем остановиться.

— Мы должны дать о себе знать, — заявил он. — Мы не хотим, чтобы стража по ошибке приняла нас за чужаков.

Остальные жрецы нервно кивнули, а затем все они вытащили из-под одежды блестящие стальные маски и закрыли ими лица. Потом каждый из них отвязал от седла факел и, пробормотав короткое заклинание, зажег его. Факелы горели особым зеленоватым пламенем и Давали вонючий, пахнущий серой дым.

— Интересно, что бы случилось, если бы я погасила ваши факелы? — спросила Полгара с едва заметной лукавой усмешкой. — Насколько вам известно, я могла бы это сделать.

Уртаг с беспокойством взглянул на нее.

— Сейчас не время для шуток, миледи, — предостерег он. — Стража очень жестоко обходится с чужаками. Наши жизни зависят от этих факелов. Пожалуйста, не делайте ничего, дабы не навлечь на нас беду.

Полгара слегка рассмеялась и не сказала ни слова.