Оксана Демченко - NZ

Возле ресторана Павра в драку раскупали столики на вечер. Предсказуемо.

Вася привел габаритов и обороняет заведение. Не задаром: умудрился себе зарезервировать место и право на трансляцию. Молодец, что тут скажешь?

Засечена попытка провоза редкого животного. К тому же — взрывоопасного. Животное в карантине, владелец лечит ожоги. Суровая месть настигла злодея без участия Симы. Так ему и надо, хотя — дешево отделался, наверняка.

Потерялся ребенок, воспитатели просят не спешить с поисками, дитя вполне автономно. «Один в габе», типа фильм ужасов для взрослых. Ха-ха. У меня «две в комнате». Нафиг, не хочу ужасов. Пусть себе гуляет малыш.

А, вот интересное: губры устроили давку на погрузке. Видела я трипсов, эти белковые вроде бы не мельче. Хочу наблюдать давку!

— Саид, ты со мной?

— Вообще я напросился на спарринг к тому минотавру, габралу Рыгу, — смущенно заморгал детеныш. — С Гулькой драться — слезы. Сломал ей ноготь, думал, хоть тогда она прибьет меня с досады, а вместо боя приключился скандал с поучениями.

— Ну, иди, попробуй сломать ноготь минотавру, — хмыкнула я.

На ходу профилактически поискала взглядом Гава. Нет его. Похоже, взял шефство над Гюль. Прав, иначе или её порвут поклонники, или она — их. За ноготь, которого все они не стоят.

А, ну вас всех, люди и нелюди. Побегу одна смотреть на давку. Конечно, хочется верить, что губры — они как слышатся, так и смотрятся. Зубрами, ну такими бычарами скалоподобными.

Я мчалась в погрузочный док номер три-спец, как, наверное, зачуханное сельское дитя на первую в жизни ярмарку. И что? И — облом… Губры оказались десятилапыми аналогами осьминогов. Десятиногами, значит. Они катились по обозначенной светом дорожке в жидкостных мешках, огромные, неуклюжие и совсем не занятные на вид. Давили они всего-навсего габаритов, а ничуть не белковых гуманоидов. Габариты под давлением попискивали и гасли, но едва шар их миновал, сразу включались, делали самодиагностику и снова начинали деловито сновать туда-сюда, проверяя гладкость дорожки и точность расстановки указателей. Это давка? Фи. Просто работа. Я посоветовала не закладывать маршрут с острыми углами, что знали и без меня. И побрела прочь, мысленно сверив акт ущерба с регламентными значениями: каждый визит губров причиняет увечья имуществу габа. Но мы существуем, чтобы перемещать белковых. Губры не очень белковые, скорее псевдо, хотя мне эти классификации — пофиг, не хочу вникать. Габ-система — это транспорт будущего, мы рады всем пассажирам, тем более постоянных линий. Губры — постоянные и ценные, научный сектор прибьет любого, кто усомнится: только десятиноги охотно ныряют в любые планеты-гиганты и без проблем оттуда выбираются. Производят научные изыскания, разработку каких-то мне непонятных ресурсов и еще тучу важных дел. Вот и пусть… катятся. В рабочем порядке.

— Внимание габ служащим! — прошелестело в мозгу знакомо, как вчера. — Рекомендовано проверить причалы служебных кораблей и очистить маркированную зону. Повторяем: проверить служебные корабли.

Готова спорить на крепкую квиппу: габмургер лично для меня внес изменения в текст. Потому что иначе я попрусь наблюдать имперский катер. Он красивый, а пепелац отстойный. Но, раз усилиями Тьютя мне внезапно открылась подлинная карма габ-служащего, я не стану её отягощать. Уделю хмурый взгляд ржавому ведру. Так и быть.

Исполнять долг я побрела без рвения. Покидая мир вечного шоппинга Зу-габа, я осознала: первое впечатление от универсума состоялось. Так много событий, плотно нанизанных на шампур моего личного участия — подобное не может длиться вечно. Местный смуглый чертенок-случай наверняка режет жирные куски впечатлений не только для Симы. Значит, впереди рутина.

Ненавижу рутину, я для такого не создана. Пять дней мы с Саидом летели домой, и все пять — без приключений, я почти разлюбила катер. Теперь Гюль таскается по массажным салонам, Саид пробует отвинтить рог минотавру, а я ору «не кантовать», вяло наблюдая перекатку губров. Это — рутина. В начальной стадии, но тренд очевиден. И габмургер прозрачно намекал: не лезь в большие дела… Значит, поприжмет Симе хвост.

Зараза Олер не спешит дать мне добро на встречу с Дэем.

Ход доследованию пока не открыт.

Игль улетел домой.

У горизонта намечается жутко-страшное облако обыденности. На море событий штиль. Кто-то расслабится и отдохнет, а Сима впадет в черную тоску. Не люблю штиль. Может, я бы и брату простила его армянку, если бы та умела орать в голос и лезла весело фехтовать на скалках. Так нет: она, лярва, гадила втихую. Бегонию уронила, а могла бы мне в голову кинуть. Это ж другая была бы история!

— Саид, — негромко сказала я. — Саид, я схожу и согласно инструкции позырю на пепелац. А потом давай покатаемся на катере, хорошо? Ты же освоил швартовку. В теории.

В голове вроде шевельнулся намек на ответ — но без внятного голоса. Я даже удивилась, но сразу сообразила: гнуть ногти минотавру Рыгу — это занятие вдохновенное и самозабвенное. Черт, я завидую! Завтра сама начну ходить в зал, пусть у меня низкая живучесть, зато высокая приставучесть.

Где этот рукав к причалу? Упс… Когда я научусь читать инструкции! Мой пепелац сместили на пирс «эо», еще метров сорок по коридору, вон туда, до конца тоннеля. Новая расстановка кораблей недвусмысленно намекает: пепелац не летающий, в углу ему, инвентаризованному и бессмертному, под своим номером гнить до тех пор, пока последняя звезда универсума не угаснет.

Интересно: а где прочие служащие? Где обещанная световая маркировка, наконец? Моя эмпатия недовольна. Она изволит выгнать на спину полк мурашек и устроить штабные учения с маршем и стрельбой под левую лопатку. Стоит ли идти к причалу? Чутье подводит меня редко, последнее время — так просто ни разу… ладно, пройдусь по соединительному рукаву до шлюза — и сразу обратно.

Саид! Алло… Тишина. Гюль! Алло… Тишина. Вася! Я остановилась, мгновение помедлила и развернулась. Не пойду к причалу. Хрен с ними, с инструкциями.

Я успела сделать три шага назад по соединительному каналу, когда весь габ взорвался воем сирен. Шлюз, ведущий в основной тоннель, был пока что в двадцати метрах от меня. И там, неблизко, он стал закрываться, не заботясь об одном габле, запираемом наглухо. Понятия не имела, что шлюз двойной, что кроме стандартного — типа шторы — есть этот, вроде диафрагмы на фотоаппарате. Лепестки обозначились острыми носиками и теперь сходятся, сходятся… Я успела закричать и побежать, то есть оттолкнуться с правой и дернуться вперед, когда лепестки зазвенели, касаясь друг друга и ускоряя схождение.