Александр Годов - Я не умру

Я ударил парня в колено, услышал, как хрустнула его коленная чашечка, схватил за волосы и повторил вопрос:

— Почему ты перешел на сторону Гектора?

Брызжа слюной, витам замолил о пощаде. Секст с помощью крюка принялся выдергивать из него целые куски мяса. Понимая, что больше от бедняги ничего не узнаешь, я кивнул старейшине Димире. Священнослужитель вскинул руки и громко закричал. Все пятьдесят демортиуусов, словно единый организм, сделали несколько шагов назад от копателей и направились к повозкам.

— Убойтесь меня, твари! — закричал я дрожащим от страха витамам. — Вы будете умирать до тех пор, пока из туннеля не выйдут все вероотступники! Или вы всерьез считали, что долго сможете скрывать от меня врагов Мезармоута! Покайтесь и умрете быстро!

В порыве ярости я выхватил длинный меч и снёс голову первому попавшемуся копателю. Голова бедняги забавно взлетела вверх, а затем с глухим стуком шмякнулась в пыль. Из его шеи хлынул мощный поток крови, разбрызгивая всех вокруг. Скривившись от отвращения, я отступил от витама и бросил взгляд на демортиуусов: те хватали из повозки колья, прессы для черепов, зубчатые раздавливатели и пилы. Через мгновение раздались первые крики шахтеров. Кто-то кричал исступлённо, по-женски пронзительно, прикрываясь от лезвий гладиусов руками, а кто-то — на выдохе, словно не верил в скорую гибель. Черные плащи не знали пощады: они поливали горячим маслом грязные тела витамов, с силой вкручивали винты в хрупкие черепушки.

Треск костей, чавканье разорванных мышц. Неподготовленного человека подобное зрелище повергло бы в шок, но не меня. Я старался запомнить каждую деталь, каждый предсмертный взгляд, каждый последний вздох. Ведь то, что сейчас происходило, должно было показать всем отступникам — против божественного правителя бесполезно идти. Я — государство! Я — милость дарящий!

Претор-демортиуус Секст вцепился в лицо копателю, надавил большими пальцами на глаза. Несчастный инстинктивно попытался оттолкнуть его, но проще было сдвинуть стены Юменты.

— Гектор! — выкрикнул я, вскинув руки. — Выходи! Или ты настолько жалок, что не поможешь своим людям? Гектор! Гектор!

Голос словно не принадлежал мне. Слова самостоятельно срывались с губ и эхом разносились по подземному городу. Сила, некогда таившаяся во мне, выплеснулась наружу. Хотелось одного — убивать врагов. Горячая кровь предателя остудила бы мышцы, заставила бы бешено бьющееся сердце успокоиться.

Димир приблизился ко мне, прошептал в ухо:

— Ваше Высочество, мы победили. Их командир не выйдет.

Я ничего не ответил, ведь я мог себе позволить подождать столько, сколько потребуется. Гектор может и не выйдет на честный бой, однако потеряет сегодня всех копателей. Или почти всех.

Жестом приказал палангаям выстроиться в три шеренги возле открытых ворот, ведущих в туннели. Зазвенели сотни доспехов, блеснули копья и гладиусы. Солдаты не уступали демортиуусам ни в выправке, ни в скорости. Не успел повторить старейшина Димир мой приказ, как они разделились на три ряда и перекрыли вход в туннель. Два кудбириона одновременно ударили себя в нагрудный доспех, прокричали:

— Король бессмертен!

Фраза эффектно прозвучала на фоне криков шахтеров и треска костей.

Не обращая внимания ни на духоту, вечно царившую в Юменте, ни на противный запах выпущенных кишок, я уставился в чернильную пасть туннеля копателей. Даже на расстоянии десятка эмиолиусов от нее чувствовал прохладный ветер, дувший оттуда. А еще… еще чувствовал на себе взгляд. Взгляд Гектора. На мгновение показалось, как злобно блеснули глаза Пророка.

— Выходи, — одними губами сказал я. — Я жду тебя. Не будь трусом. Попади в мою ловушку.

И все равно Гектор возник неожиданно, словно тьма туннеля выплюнула его не в силах больше прятать от сотен взглядов палангаев. Первое, что бросилось в глаза — потрепанный медный доспех, в который он был облачен. Пыль плотным слоем осела на панцире, скрыв рисунок на груди; застежки видавшего виды длинного черного плаща погнулись и казалось, что вот-вот развалятся от старости; лишь наколенники да кожаные сандалии сверкали чистотой. В руках Гектор сжимал два гладиуса. Его голубые глаза не сводили взгляд с меня.

— Прекрати эту бойню, Глупый Король, — спокойно сказал Пророк. Он не кричал, однако каждое слово доходило до моих ушей. — Давай закончим начатое.

Один против всех. Один против толпы.

— Я подойду к нему.

— Ваше Высочество, не дурите! — Глаза старейшины Димира округлились. — Это может быть ловушка. Пусть…

Не стал дослушивать до конца. Высоко подняв голову, я направился к главарю лжепророков, обходя своих солдат по левой стороне. За спиной выстраивались демортиуусы, образуя вокруг палангаев полукольцо. Я знал, что при малейшей опасности мои воины набросятся на Гектора, и потому страха не было — лишь злость за то, какую цену придется заплатить за гибель мирных горожан.

Песок под тяжелыми сапогами противно хрустел, хотелось как можно быстрее расправиться с надоевшими предателями и поскорее вернуться в Венерандум. Уже стал скучать по ледяным ветрам и звездному небу. Как только обогнул первую шеренгу палангаев во главе с несколькими мисмарами, мимолетом бросил взгляд вверх. И, конечно же, не увидел блеска колких точечек. Над головой лишь камни да земля.

Я встал перед двумя кудбирионами, чувствуя за спиной взгляды солдат и демортиуусов. Гектор кивнул в знак приветствия и направил лезвие гладиуса на меня. Всего лишь несколько эмиолиусов отделяли нас друг от друга. Для опытного воина — сущий пустяк. Стоит лишь разбежаться, вскинуть меч и… Сжав с силой кулаки, я подавил дурные мысли.

— К чему эта резня, Король? — спросил Гектор, сделав особое ударение на слове «Король». — Разве не стою я сейчас перед тобой? Разве пытаюсь убить тебя? Ты слабый человек, если собрал столько палангаев только ради того, чтобы расправиться с одним жалким стариком.

— Отдай оружие и сдавайся. Ты в ловушке: оба туннеля, ведущие в пещеры, перекрыты. Больше никто из вероотступников не войдет в Мезармоут.

Гектор ухмыльнулся, обвел кончиком гладиуса моих солдат и сказал:

— Я гордый, Глупый Король, и просто так не сдамся. За моей спиной сейчас находятся пятьдесят лучших воинов, что ты когда-либо видел. И мы будем стоять до конца. Если ты хочешь расправиться с нами, то тебе придется всех нас перебить. Заставить наши сердца замолчать. Готов поспорить, что на подобное тебе силенок не хватит. Мы…

Я вскинул правую руку, один из рядом стоящих со мной мисмаров встал в боевую стойку, размахнулся и бросил саунион в Гектора. Копье, ярко сверкнув и со свистом превозмогая сопротивление воздуха, устремилось на главаря лжепророков, однако тот в самый последний момент смог увернуться. Не получилось! Устранив командира, я хотел обезглавить сопротивление. Теперь же Гектор бежал в зев туннеля, и могли пройти менсе прежде, чем удастся выкурить врагов из пещер.