Эмиль, Гнитецкий - Благими намерениями

"А что если..." - мелькнула мысль у Панкурта.

- Эй, друг, - сыскарь поманил брюнета пальцем.

- Чего тебе, брат? Девку? Дурман-травы? - подмигнул смуглолицый человек, - я всё достать могу. Ты только скажи.

- Информация мне нужна, - Мольх похлопал по мешочку с монетами, - хорошо заплачу.

- А ты кто такой вообще? - нервно оглядываясь по сторонам, пробубнил черноволосый. Улыбка слетела, будто её сдули ветром.

- Не бойся, не шпик.

- Э, все шпики говорят, что они не шпики.

- Ну если тебе не нужны деньги, я могу найти кого-нибудь посговорчивее, - хмыкнул Мольх и развернулся, делая вид, что уходит.

- Вай, брат! Подожди. Ты скажи, что узнать хотел, а там посмотрим.

- Что я могу купить на сто двадцать гривней?

Лавессид снова закрутил головой по сторонам.

- А если я отвечу - заплатишь?

Сыскарь полез в мешочек, выудил пять монет.

- Маловато будет, - нахмурился черноволосый.

- Это не последний вопрос. За другие могу и больше заплатить.

- Дорогу запомнишь? Сейчас расскажу, куда идти надо.

- Ты не понял. Мне не нужно покупать. Я хочу узнать, что можно купить на сто двадцать гривней.

- Просто узнать?

- Да, просто узнать.

- И за это ты заплатишь пять гривней?

- Да уже заплатил, - резко выпалил сыскарь, - сейчас обратно заберу.

- Странный ты, брат. Ну ладно, это дело твоё. За сто двадцать через Косого Арчи можно купить зелье, которое превращает карлика в богатыря. Если у тебя, как у карлика - три капли и будет, как у богатыря.

Лавессид противно засмеялся, довольный своей нехитрой шуткой.

- С тобой можно иметь дело, - заговорщическим шепотом произнес Мольх, - вообще я тебя проверял. Это я и сам знаю. И что, и через кого. Ты всё ещё хочешь заработать?

- Конечно хочу, брат. Спрашиваешь.

- Следующий вопрос будет серьезнее, но и заплачу я за него не пять, а сто.

Лавессид затрясся от восторга.

- Смотри, - продолжал сыскарь, ссыпая монеты в подставленную ладонь, - даю тебе авансом двадцать, а когда получу ответ - дам ещё восемьдесят.

- Спрашивай, брат! Спрашивай же скорее!

- Мне нужен список тех, кто это зелье покупал в течение последних двух недель.

- А тебе зачем, да? Значит, шпик всё-таки?

- Да не шпик я, говорю же! Обманули меня тут двое, намедни. Есть подозрение, что закупали они эти зелья на мои деньги. К вам претензий нет, не бойся. Меня не интересуют ваши дела, да и родом я не отсюда, а вот к ним вопросов много.

- Да как же я узнаю, как их всех зовут, - помрачнел черноволосый, - Они не представляются, когда покупают.

- Имена мне не нужны. Так, пару примет на каждого. Бородавки там, лысина. Во что одет был.

- Понял, понял брат. Я мигом обернусь. Здесь меня жди.

- Восемьдесят гривней ждут тебя, приятель, - подмигнул Мольх, - поторопись.

Сыскарь проводил взглядом, убегаюшего лавессида и направился к таверне.

Вышибалы у дверей корчмы почему-то не было, а около входа висела криво налепленная бумага, извещающая, что сегодня и завтра заведение работать не будет.

- Ну и как мне теперь искать этого Земко? - сказал вникуда сыскарь, глядя перед собой. Развернулся, но уловив, что изнутри послышался звук отодвигаемого засова, резко обернулся. Из таверны вышла одетая в черное до щиколоток платье полноватая блондиинка, в которой сыскарь сразу признал нерасторопную Ветту, а за ней показался корчмарь с кислой физиономией. Сыскаря он не узнал.

- Закрыто же, милсдарь, - мужчина ткнул пальцем в бумагу.

- Я не в харчевню, - махнул Панкурт, - мне надо племянника вашего повидать.

Корчмарь помрачнел и провел ладонью по глазам.

- Нету больше Земко, - вымолвил он, наконец.

- Ну, нету, так нету. Где его найти-то?

- Земко больше нигде нету, - удрученно проговорил хозяин таверны, - мертвый он.

- То есть как это мертвый? - Мольх потянул себя за мочку уха, - я же его буквально вчера вечером видел.

- Убили...

- Твою гвардию, мою кавалькаду! Он что, погиб что ли? От меня таких распоряжений не поступало, - добавил шёпотом сыскарь, рассуждая вслух.

- Что вы сказали?

- Я говорю, мальчишка у вас шустрый! - деланно повысил голос сыскарь, - привык к уличной обстановке. Что известно об убийстве?

- Не знаю, милсдарь. Нашли его сегодня утром недалеко от дома, с дружками своими рядом лежал. У одного живот вспорот, да так, что кишки наружу. У второго головы нет. Ну и племянник мой с ними. Иду его из морга забирать, брат мой запил с горя, не соображает сейчас ничего.

Сыскарь снова потянул себя за мочку уха. Почесал затылок.

- Печально, ведь мертвый он не расскажет ничего, хотя... - осекся сыскарь.

- Чего не расскажет? - непонимающе уставился на него корчмарь.

- Говорите, сегодня его похоронят? А нельзя ли это как-нибудь отложить?

- То есть, как это отложить, милсдарь? Уже могилку вырыли, и гроб заказали.

- Видите ли, уважаемый, - Панкурт взял корчмаря под локоть и отошел в сторону, подальше от Ветты, - ваш сын, то есть, тьфу, племянник ввязался в дела...

- В какие дела? - нервно перебил сыскаря корчмарь, - украл чего? Ограбил?

- Нет. Скорее наоборот. Земко состоял на тайной службе у княжеских... э-э-э... у княжеских кромников.

- Что? Земко у кромников? Плетёте, милсдарь. Чтобы Земко стукачом был, никогда в это не поверю!

- Твою гвардию, мою кавалькаду! Да каким стукачом? Контрдиверсантом он был, - прошептал сыскарь.

Корчмарь укусил себя за кулак. Глаза его расширились.

- Шпионов хасийских ловил Земко. Вы ж меня наверняка помните, я три дня назад слугу вас просил найти.

- Ну, кажется, что-то припоминаю, - наморщил лоб мужчина.

- Я поесть хотел, а ты думал, что девок пришёл требовать!

- Ах, да! - припомнил корчмарь, - Ты вы что же, мальчишку в ваши тёмные дела впутали что ли? Да как вы...

- Спокойно! - Мольх сделал примирительный жест ладонями, - Ни на какие опасные задания мы его не посылали. Сами разбираемся, что произошло. Игра это была. Конспирация. Даже родственники не должны были знать о второй жизни вашего племянника.

- А похороны-то почему мы должны перенести?

- Вот дурья башка! С княжескими почестями его хоронить будут! Речь произнесут, сколько он хорошего для Верузии сделал!

- Эх, - удрученно произнес корчмарь, - что нам эти почести. Денег бы дали. У отца кормильца убили. Что ему эти почести дадут?

- Вот дурак-человек! - занервничал Мольх, - денег вам дадут столько, что можно всю оставшуюся жизнь не работать. Ты мне скажи, тело его где?

- А тело-то вам, милсдарь, зачем?

- Тайна это государственная, - шикнул Панкурт, - а хотя, ты ж дядя его. Маг князя узнает, кто убил Земко, а Гинеус его покарает. Жестоко покарает.

- Чудны дела твои, Праматерь! Ну, коли так, то что уж говорить, в таком разе и похороны перенести можно, - приосанился корчмарь, - в морге он. При госпитале для малоимущих. Ищите убивца, господин! Вот бы его своими руками порвать.