Татьяна Бражник - Зеркало

— Это и напрягает. — буркнул Деян.

— Может наш дорогой Златан расширил специализацию? Он все как-то не выделялся талантами. — сощурил глаза Михей. — Может тут где-то неподалеку и вправду берманы ошиваются?

— Некромагия — конек Камала. Златан в ней не особо разбирается, так что на берманов он не способен. Наш любимый Свободный профилируется по части Ваз.

— Ваз? — приподнял брови Деян. — Это потому у него эти длинные горшки с гарью какой-то внутри по всему дому расставлены?

— Говорят, что там прах его бывших учеников. — криво улыбаясь пояснил некромант. — Может это все, конечно, сказки, не берусь судить. Только в книжках «Зеркалами» называют обладателей особого Дара, который может принимать и сохранять чужой дар вне зависимости от его вида. Златан повсюду ищет таких магов.

— И что? Они реально круты? — спросил Дарен.

— Не знаю. Честно, не знаю. Никогда не видел, как они это все проворачивают, да и на вид совершенно бездарные колдунишки. Но Златан по ним тащится. Правда, живут они у него очень недолго.

— Старикашка их просто залюбливает. — ухмыльнулся Деян.

— Черт! — спохватился Сэт, резко побледнев. — Аля!

— Что с Алей?

— Алька в Лесной осталась!

Наевшись до отвала, мы с Пахомом вывалились из дома. Вадим так и не рискнул разделить стол с нашим брутальным троллем. Пробурчав что-то не слишком правдоподобное, он умчался к себе так, что только пятки засверкали. Даже забыл свой меч, который оставил у Ларисы, когда пошел высвобождать меня из игнатова плена. Несмотря на протесты, я взвалила на Пахома грозное оружие Хранителя и потащила тролля к дому Вадима.

Жил Вадим на самой окраине общины в неприметном одноэтажном доме. Раньше его занимала бабка-ведунья, но в связи с ее кончиной в почетном сто пятидесятилетнем возрасте, дом перешел к молодому Хранителю. Предки его родителей в прошлом тоже были магами, но было это давно. Потенциал обошел стороной родителей Вадима, которые, не желая гнить в лесу, выбрались в город, но связи с общиной все же не потеряли. Когда у их младшего прорезался какой-никакой а Дар, трехлетнего мальчишку без особых зазрений совести сдали Игнату.

В воздухе парило, предвещая дождь. Я время от времени подымала глаза к небу, ожидая увидеть там хоть малюсенькую тучку, но небо все оставалось ясным.

— Хоть бы до дождя успели. — грустно вздохнул Пахом.

Я вторила ему согласным кивком.

Большую часть пути мы шла молча. После сытного обеда глаза слипались, а тело умоляло бросить его на постель для пары часов сна. Мы неторопливо брели по дороге, которая с каждым метром становилась все более разбитой. Я с грустью думала, что если дождь все-таки начнется, то возвращаться придется по противной мешанине грязи.

До дома Вадима оставался только один поворот. Неожиданно из-за угла прямо на нас вышел Игнат. Он опирался одной рукой на подобранную где-то палку, как на трость, согнувшись в три погибели и хромая. Второй рукой Игнат держался за живот. Длинные седые волосы, местами опаленные, слепленные кровью вперемешку с пылью и непонятной синей жижей, сосульками свисали вниз. Лицо старика было обезображено гримасой боли и вымазано кровью, сочившейся из порванной старческой кожи. Его неизменная белая мантия была изодрана, а в области живота краснело разрастающееся пятно.

Пахом легко подхватил старика, и тот повис у него на руках.

— Что случилось? Игнат?! Вы слышите меня?!

Я изо всех сил пыталась растрясти старикана, чтобы хоть немного понять, кто его так уделал. Почему-то никаких идей о том, кто мог напасть на старца, в голову не шло, только кровь пульсировала в ушах, что, казалось, на расстоянии был слышан стук моего сердца.

Старикан из последних сил схватил меня за локоть, сжав его так, будто это была последняя соломинка, за которую он мог ухватиться в этой жизни. Выпучив раскрасневшиеся от напряжения глаза, он что-то невнятно пролепетал, и обвис на руках тролля.

Взвизгнув от осознания того, что произошло, я отскочила на пару метров от тела старца. Раньше я и не думала, что боюсь мертвецов. Побороть истерику помог Пахом. Тролль оставил покойника, согласно человеческим традициям закрыв ему глаза, подскочил ко мне, и крепко схватив за плечи так, что от боли я понемногу стала приходить в себя, заговорил:

— Алька, соберись! Там что-то неладно! Мы должны разобраться. Ты еще хоть что-нибудь можешь наколдовать?

Я согласно кивнула, хотя это получилось скорее инстинктивно. Перед глазами застыло мертвое изуродованное тело Игната, и душа готова была выпрыгнуть вон и убежать подальше от всего этого хаоса.

Без лишних слов, Пахом потащил меня в сторону кладбища, откуда пришел Игнат. Людей и малых в Лесной хоронили в одном месте, примерно в километре от самой общины, на разросшемся за годы существования общины кладбище. Но мы с Пахомом передумали туда идти уже не половине пути. Навстречу нам, тяжело переставляя массивные лапы, двигался десяток внебрачных детей лягушки и медведя, одинаково похожих и на маму, и папу. Ростом эти детишки были на две головы выше Пахома и уж куда больше тролля в ширину.

Я ударила мутантов «Красным молотом», но для них это было не больнее, чем если бы я запустила в них дротиком. Зверины недовольно рявкнули в ответ. От их не самого свежего дыхания стало тошно. Да и вряд ли кому-то понравится запах разлагающейся плоти.

Не приняв их недовольство к сведению, я зарядила по самому злостному их них следующим подарком, сконцентрировав в заклинании как можно больше энергии. Зверина завопила не своим голосом, но не сдалась. Пахом не мешкая подскочил к ней вплотную и рубанул по ногам мечом Вадима.

Нежить оступилась и чуть было не упала. Меньше чем через долю секунды, избежавший участи превратиться в лужицу под массивным телом этого монстра, Пахом снова стоял около меня. Меч был испачкан темно-синей жижей, пахнувшей всеми ароматами помойки.

Сообразив, что это было, нежить затопталась на месте, словно бык, чеша копыта о землю. Я приготовила следующую порцию угощения, замечая краем глаза, что сородичи лишь пассивно наблюдают за действом, не спеша братишке на помощь. Да я на них и не жаловалась.

В одно мгновение собравшись с духом, нежить набросилась на нас. Я инстинктивно зажмурилась, на авось отпуская заклинание ей в лягушачью пасть. В следующий миг послышался удар чего-то тяжелого о землю. Я распахнул глаза, и меня все с ног до головы обрызгало этой синей гадостью.

Следующий переросток начал медлительно к нам приближаться. Я приготовила подобное заклинание, еще больше его усилив, и прикидывала в уме, как уложить этих красавчиков разом, пока они не одумались и не стали нападать всем скопом, но Пахом прервал мои магические изыскания, нахально перебросив меня через плечо и потащив обратно в сторону общины. Нежить устремилась за нами, грозно рыча. Не желая дальше общаться с этими милашками, я кинула им на прощание «Паутину». Как я и подразумевала, этим зверюгам не хватило ума обойти небольшое заклинание и они один за другим повалилась на землю, барахтаясь в невидимом вязком болоте.