Александра Голубева - Мама волшебника. Трилогия (СИ)

Меня вздернули вверх и перевернув пятой точкой к небу потащили куда-то. Первое что пришло в голову — я заорала… Крыла его таким матом с перепугу, что в последствии мне было очень стыдно перед сыном. Я дергалась, колотила руками и ногами в тщетной попытке освободиться… Не удалось… Зато меня выхватили из этой неудобной позиции знакомые руки и опустили рядом с плачущей орчанкой. Что происходило далее мне увидеть не удалось — демон расправил крылья, перекрыв всю видимость… «Вот и узнали культуру орков… То же мне исследователи!» Меня от бухтения оторвали всхлипы девушки. Я попыталась проверить ее состояние, все же удар ноги сорок-какого-то размера не мог не отразиться на ней…

— Давай, милая… Где у тебя болит?

Девушка на меня не реагировала раскачиваясь из стороны в сторону она плакала и как-будто пела песню…Я попыталась ее осмотреть, но мешала ее безразмерная куртка в которую она была одета. Какого же было мое удивление, когда я сняв с нее куртку, обнаружила примотанного к ее спине младенца? Ребенок не подавал признаков жизни… Мне стало жутко… жутко от понимания ситуации… только что на моих глазах здоровый бугай угробил маленькую, только что появившуюся на свет жизнь!

— МИША!!!

Сын буквально через секунду появился рядом со мной, я же отвязывала маленькое тельце от девушки, что так и не прекратила петь… Миша понял меня без слов, но наклонившись над ребенком, сказал…

— Она ушла на Грань… Я не могу возвращать от туда…

Женщина закричала, будто поняв нас… А я… я поняла, что изо дня в день приходилось переживать этой красавице… Ведь здесь наверняка каждый день срывался конь… и нас по близости не было, стало быть кто-то страдал… и судя по всему именно эта женщина и ее ребенок, ведь не просто так она кинулась целоваь ноги демону и не просто так была одета, что бы скрыть ребенка… Но избежав одной смерти, младенца настигла другая…

— Миша, ты можешь оставить ребенка за Гранью… Что бы завтра он не вернулся?

Миша вздрогнул, но все же спросил:

— Зачем?

— Цикличность времени… Ребенок умирает каждый день вот уже шестьдесят пять лет…

Мишка ничего не ответил, в глазах его стояли слезы и он кивнув приложил руки к мертвому телу…

— Все… она свободна…

И заплакал… Я подняла голову и посмотрев на Атона громко, что бы было слышно, произнесла… Мне очень было сложно это говорить, но это нужно было…

— Тут ребенок… Он убил ребенка…

Демон зарычал и метнувшись размытой тенью к огромному орку… спалил его на месте… Огромный воин не успел даже пискнуть или осознать происшедшее.

— Пошли домой, Мишань… Она должна пережить это сама… Мы не можем помочь…

Девушка сидела в пыли над телом своего дитя и пела… Пела колыбельную, ту что пела она своей дочери все ночи, что были у нее. Она понимала сердцем, что больше ее дочь, не обретшая еще даже имени, больше к ней не вернется… Но это была и боль и облегчение. Она сидела так до захода солнца и пела… Она пела всю ночь в ожидании рассвета и только когда первый луч светила коснулся трав великой степи она остановилась, прислушиваясь… ожидая вздох дитя. Его не было. Гюран наклонилась над дочерью, подняла ее на руки и пошла к своему отцу. Ожидание закончилось и нужно было передать тело шаману… Так для целого стойбища прервалась цепь одинаковых дней… Их вождь сгорел от гнева Полудня, а Великая Мать приняла в свои объятия дочь… Шаги Гюран по еще спящему стойбищу были шагами первой женщины — воина и вождя… Ведь от боли потери она обрела свою магию… Больше никто не смел поднять руку на эту миниатюрную женщину, ведь тот кто умеет исцелять, может и убить одним движением руки.

10

Уже который день мы не находили себе места… Мне было плохо. Миша ходил как в воду опущенный, а Атон не смотрел на детей. Мы не могли спокойно пережить наше последнее путешествие… Атон каждый день ходил чесать каурого, которого пришлось забрать с собой… Я вспоминала песню, что пела молодая мать, а Миша, казалось, полностью ушел в себя, только изредка отвечая на внешниие раздражители. Вот тебе и боги… Какие же мы боги если не могли спасти единственное маленькое существо… Как в нас можно верить, если мы ни на что не годны? Из полного уныния меня вывел тонкий голосок, что прозвучал у меня в голове, как бы издали и сильно приглушенно. «Шизофрения? Это ты?» Голосок не ответил… Через несколько дней я опять услышала слуховую галлюцинацию… «Да что ж это такое?» Голосок что-то говорил, звал, обещал, а я могла разобрать только интонации, но суть ускользала от меня.

— Саша, ты чего?

Ко мне подошел Атон и крепко меня обнял, выводя из напряженного оцепинения.

— У меня шизофрения.

— Это что такое?

— Психическое расстройство. Уже несколько раз я слышала голоса в голове.

Мы переглянулись и только тут я заметила понимание в глазах демона.

— У тебя то же?

— Да… мужские.

— А у меня как детские… тоненькие.

— Это у вас появились верующие. Позвольте поздравить с официальным статусом богов. — Йозеф подкрался не заметно…

Ощущения надо сказать у меня от голосов были очень и очень неприятные. Это только полным психам хорошо, они ко всему привычные, мне же для полного спокойствия хотелось находится у себя в голове одной. Йозеф же не унимался.

— Так, и где мой внук? Я тут новые учебники принес… Пусть разбирается.

Он провел рукой и возле него в воздухе материализовалась высокая стопка книг, повисшая в воздухе.

— Так… Он напрягся и я впервые почувствовала, как волшебник творит… Воздух вокруг Йозефа замерцал и пошел волнами формируя коридор, уходящий сквозь стену…

— Да, ты теперь можешь видеть волшебство, как и магию… И да, ты вскоре сможешь понять любого своего верующего, даже немого…

Йозеф шагнул в коридор, который должен был вывести его возле Михаила… Я наконец-то поняла, каким видит окружающее пространство мой сын… Это было просто замечательно. Способности во мне были настолько естественными как если бы я с ними родилась…

Мир шевельнулся, он начинал чувствовать как появляется желание посмотреть на своих жителей, но спать хотелось силько, как после долгой болезни, сил не хватало. Эриолл глубоко «зевнул» и перевернулся на другой бок. При этом движении с него слетел большой слой временной пыли и из серой массы повторений показались несколько мест на обширном теле, которые заискрились жизнью и начали свое мерное движение… У криовов начал постепенно сходить снег и теперь уже многочисленные теплые источники освободились от льда, показались первые цветы, робко жмущиеся к теплой воде… Мех криов начал менять цвет… близилось время когда белый цвет будет слишком заметен среди зеленеющего леса.