Константин Шаров - Одиночка

Размышляя о истории театра в прошлом и в современных условиях, лорд Бекер краем уха отслеживал происходящее на сцене, ожидая самого главного — того, ради чего он отложил все текущие дела и приложил ощутимые усилия, чтобы оказаться единственным посетителем ложи для почётных гостей… оказавшиеся, однако, недостаточными, как теперь выяснилось.

И вот его ожидание закончилось!

— Дамы и Господа! Не раз далёкие миры радовали нас удивительными чудесами природы, но по сравнению с тем, что мы хотим вам представить сейчас, все они меркнут, как звёзды на фоне Солнца! Позвольте Вам представить: «Звезда Амира»! Найденная удачливым искателем сокровищ в отдалённом мире и с огромным риском доставленная межмировым караваном, чуть было не вырезанным рейдерами Роша. Накопитель невиданных ранее возможностей! «Звезда Амира», несомненно, обладает внекатегорийным классом и наполнением… БОЛЕЕ СТА ТЫСЯЧ ЕДИНИЦ!!!

Крупнейший из найденных ранее накопителей обладал наполнением ВСЕГО пятнадцать тысяч единиц и весом трёх взрослых мужчин.

— Звезда Амира… — На сцену вышла очень красивая девушка в красном облегающем платье, неся в руках коробку для драгоценностей. — Легко помещается в одной руке!

Девушка грациозно поклонилась и медленно открыла коробку, после чего зал залило ярким сиянием огромного бриллианта, на который скрытые светильники направили множество лучей, создавая ощущение, что кристалл сам является источником мерцающего и таинственного свечения.

Пока на сцене происходило представление, освещающее непростой путь, проделанный «Звездой Амира», в ложах происходило невидимое, но от того не менее жаркое сражение за обладание уникальным накопителем. Даже за первоначальную стоимость, запрошенную торговым домом, можно было купить небольшое поместье в пригороде столицы, но цена сразу после начала торгов тут же устремилась ещё дальше вверх, за минуту превысив вначале две первоначальные цены, а потом и три.

На семикратной цене торг было приостановился, но только чтобы выйти на следующую стадию — цена разом выросла более чем в два раза, что тут же отсеяло «случайных» покупателей, оставив только тех, кто заранее знал о том, что здесь сегодня будет происходить и хорошо к этому подготовился финансово.

Лорд Бекер периодически поглядывал на мастера Сосеро, которого считал основным своим конкурентом, но тот, казалось, не делал никаких попыток участвовать в аукционе. Он сделал одно повышение цены — в самом начале, после чего совершенно успокоился.

И вот, наконец, торги были закончены на рекордной сумме, превышающей первоначальную более чем в сорок раз!!! Небывалый случай. Это была самая крупная покупка за всю историю аукциона и сделал её… ОН!!! Лорд Роко Морано доЪекер! По правилам аукциона имена покупателей не назывались, только конечная сумма отображалась на специальных терминалах, установленных в ложах, с помощью которых и проводились торги.

Если бы не строгое аристократическое воспитание, лорд бы сейчас потирал руки от жадности и желания как можно быстрее получить покупку… хотя в глубине души у него тлел холодок опасения. Да, он обладал огромным богатством, но большая его часть находилась постоянном обороте и изъяв её он мог пробить огромную брешь в семейном бюджете, что могут ОЧЕНЬ не одобрить его многочисленные родственники. Отбросив малодушные мысли, лорд снова бросил взгляд на терминал и… застыл в ступоре, снова и снова перечитывая появившуюся надпись:

«Пользуясь дарованным Имперскому Институту Магических Наук правом один раз в год приобретать необходимые для Работ Имперского Значения артефакты, „Звезда Амира“ передаётся мастеру Сосеро по последней цене. Лорду Роко Морано доЪекер выплачиваются отступные в размере 5 процентов от конечной суммы» — Что же, было приятно снова Вас увидеть, прошу меня извинить, дела! Всего хорошего! — Мастер Сосеро с несвойственной его возрасту живостью выскочил из ложи, не дожидаясь, пока распорядитель придёт для уточнения деталей покупки.

Хитрый лис снова утащил курицу из курятника, и никто его не смог остановить…

Через несколько месяцев…

Мастер Сосеро как обычно стремительно ворвался в помещение лаборатории номер три, окидывая её пристальным взором. Молодой, подающий большие надежды маг-лаборант даже не пошевелился, полностью чем-то поглощённый. Мастер сделал ещё несколько шагов и хмыкнул про себя с неодобрением. В руках лаборанта находился небольшой параллелепипед со скруглёнными краями — новомодная игрушка, появившаяся на рынке всего пару месяцев назад, но уже успевшая покорить столицу, стремительно войдя в моду из-за даруюемых этими артефактами возможностей.

Что там говорить? Даже сам он не смог избежать повального увлечения, «сломавшись», увидев, как один из его подчинённых мгновенно производил сложнейшие вычисления с помощью так называемого «приложения»-расчётчика. И, самое интересное, расчётчик вообще отсутствовал в артефакте первоначально! Не заблокирован, не скрыт, не встроен после, а «скачан» и «установлен» из так называемой «сети». У мастера вообще последнее время часто появлялось ощущение, что его подчинённые начали говорить на каком-то своём, только им понятном сленге. Но нет, немного разобравшись в ситуации, он понял, что это не сленг, а обычное заимствование. Просто в языке Империи полностью отсутствовали слова для обозначения новых явлений и понятий. А их невероятное количество и создавало эффект того, что люди разговаривают на каком-то другом языке.

Надо сказать, что не все приняли новинки столь восторженно. Многие аристократы и богачи, имевшие в своём распоряжении личные комнаты связи, считали эти артефакты «плебейскими», а возможность быть постоянно на связи — излишней и раздражающей. Им не нравились «новостные порталы», вываливающие огромное количество информации в сжатом до предела виде — только факты, практически без литературной обработки. Статьи, которые в газетах могли занимать несколько листов, сокращались до крошечного текста в несколько абзацев… который, однако, содержал всю необходимую для понимания сути новости информацию, за что люди дельные и ценящие своё время, напротив, считали «порталы» весьма полезной новинкой.

Да и в среде аристократов всё было не так однозначно. Увлечение «фотографией» — удивительной технологией, позволяющей получать невероятно чёткое отображение окружающего без малейших усилий теми, кто раньше от недостатка зрительного воображения не мог даже тексты в магических книгах править, стало повальным. Фотографировали все и всё, а потом сразу «выкладывали» в сети… после чего были очень благодарны продуманной системе приватности, не позволяющей некоторым достаточно откровенным «фото» попасть в общий доступ.