Зло, действуй! - Надежда Николаевна Мамаева

уверена в этом вопрoсе. Но сейчас у меня больше ясности... - И я, не давая рыжему задать очередной вопрос, поцеловала его. Сама. Без слов дала понять, что требую продолжения.

   И Лис продолжил, но уже куда осторожнее, нежнее, медленнее.

   Это было невероятно. Умопомрачительно. Нереально.

   Поцелуи. Ласки. Язык Лиса, что ворвался в мой рот, дразня и провоцируя.

   Мы горели друг другом. И сгорали сами в этом пламени. Дико. Яростно. Страстно. Стремились быть как можно ближе. До укусов, когда Вир впивался в мои губы, до багровых царапин на его спине, за которую я цеплялась ногтями, выгибаясь навстречу Лису, пальцы которого творили со мной чистое безумие, погружаясь с каждым разом все глубже. Заставляя меня чувствовать все острее. Желать большего. Того момента, который должен был… Совсем скоро… Еще чуть-чуть. И… Пальцы Вира сменились большим и твердым… Медленное проникновение. О-о-о… Да-а-а!

   Если всю жизнь ждать какого-то одного момента,то только такого. Когда разом, в один миг, каждую клетку твоего тела пронзает волна удовольствия. А эйфория накрывает с головой. Когда ты теряешься во времени, пространстве, собственном теле. И ощущаешь лишь его. Того, кого любишь. Целиком. Тяжесть сильного мужского тела, которое вжимает тебя в простыни. Его твердость. И свою мягкость, податливость, готовность принимать его и взамен отдавать себя. Без остатка.

   – Ви-и-ир, - то ли стон, то ли крик сорвался с моих губ, когда боль стала неотделима от удовольствия.

   Ρыжий поймал его, приник губами, а я ощутила удивительную наполненность внутри себя. Которая вдруг начала исчезать, когда Вир приподнялся. Но это только на краткий миг, лишь затем, чтобы опуститься и снова… Все убыстрявшийся ритм… Я согнула ноги, подстраиваясь под него. Боль ушла. А вот жажда – она осталась. Хотелось быстрее. Глубже. Сильнее. И… Ну же… Мой крик наслаждения совпал с выдохом Вира, который опустился на меня в последний раз и замер.

   Мы оба тяжело дышали. Счастливые и уставшие.

   Я, укрывшись одеялом, прижалась к боку Вира, медленно, но верно возвращаясь в реальность. А в ней, помимо меня и Лиса, было и все остальное. В том числе и два родовых артефакта. Воспоминания о них заставили меня вынырнуть из постели и потянуться к сумке. Лучше сейчас. Потому что с каждой секундой это будет сделать все тяжелее.

   – Бри? – насторожился Вир, сев на кровати.

   А я, наскоро нырнув в горловину рубашки (судя по размеру, я перепутала свою с сорочкой Вира, которая болталась на мне балахоном, прикрывая колени), взяла сумку и решительно запустила туда руку. С первого раза ключ найти не удалось. Со второго тоже. В лучших традициях дамской сумочки моя торба надежно хранила тайны и все, что мне необходимо вот прямо сейчас. Поэтому пришлось выложить на кровать все то, что я приготовила для защиты, когда начнут охотиться на меня. На прикроватную тумбу легли записывающие кристаллы, позаимствованные у артефакторов, амулет от темной магии, сперт… взятый напрокат из музея академии, осиновые колья (не очень понимала, зачем они мнe, только решила, что надо)… и ещё маленькая горка милых безделушек. И наконец я нашла ключ!

   – Вот. – Я протянула его Виру. – Он твой.

   Рыжий встал одним слитным движением. И вместо того, чтобы просто взять артефакт, зачем-то сначала натянул штаны. Словно от него требовалось не одно-единственное движение, а как минимум речь произнести. Перед зрителями.

   А затем протянул руки,и… Ключ оказался в ладони Вира, чтобы в следующую секунду рыжий маг… надел его на меня. Я даже опомниться не успела, не то что посопротивляться. А затем услышала:

   – Он твой.

   – Ты делаешь мне предложение?

   – Можно сказать и так, - пристально глядя глаза в глаза, произнес Лис.

   Я сглотнула. Если я правильно поняла,то Вир… Но он не знал обо мне ничего. Просто не представлял. А я не хотела его обманывать и…

   – Не спеши. Ты не знаешь обо мне всего. Мое имя Эвинбри…

   – Файрвинд. И тебя считают преступницей, - продолжил за меня рыжий маг. – Ты вынуждена жить под чужим именем и скрываться. Я это знаю. И это не меняет ровным счетом ничего. Для меня ты Бри. Девушка, готовая заступиться за слабых и после принять вызов на дуэль…

   Я сглотнула, вспомнив, как в столовой аристо задирали малявку. А Вир продолжил:

   – Ты сама, готовая вот-вот потерять сознание, защищала Урагана, чтобы я его не наказывал. Сделала все, чтобы вернуть родовые артефакты, рискуя собой. И даже сейчас готова пожертвовать собственной безопасностью и признаться… Знаешь, злодеи, вообще-то,так не поступают.

   – Может, я просто неправильное зло.

   – Правильное или нет – неважнo. Γлавное – ты мое Зло. – Вир взял мой подбородок, намереваясь поцеловать. Но я решила быть честной до конца.

   – А еще я из другого мира…. Эвинбри умерла. И моя душа заняла ее тело.

   Ни один мускул не дрогнул на лице Вира. Рыжий лишь замер. И спустя томительно долгую минуту выдохнул:

   – Ты все же сумела меня удивить. Но моего решения это все равно не изменит. Дорогая супруга…

   – Кто-о-о? – вот я себе в эмоциях не отказала. - Я же даже «да» не сказала. И вообще, может, «нет» проорать у алтаря решу.

   – Поздно. Мы уже женаты…

   – Когда? – требовательно уточнила я,ибо на девичий склероз до этого момента не жаловалась.

   – Ты приняла мой родовой артефакт – раз. Мы обменялись кровью – два. И магией – три. После этого перед солнцем и лунами мы стали мужем и женой…

   Я открыла было рот, чтобы уточнить, когда именнo это произошло, но тут память услужливо подкинула мне воспоминания, как я дотрагиваюсь искусанной до крови губой до его сбитых до мяса костяшек, как он вливает в библиотеке в меня свою силу, замеряя способность к поглощению,и то, как я, переполненная энергией после турнира, отдаю ему свою…

   – А был какой-то другой способ избавить меня от избытка силы? - уточнила я.

   –Да, - так спокойно ответил Лис, что я поняла: он предвидел такой вариант заранее.

   – Ну, знаешь… – выдохнула я, глядя на этого комбинатора.

   Вир. Невозможный. С непростым характером. Скрытый ревнивец. Внешне невозмутимый. Но еcли он рявкнет – задрожат не только стены, но и