Лин Картер - Тонгор на краю времени

Потом можно будет поднять знамена революции, сообщив всей стране о вероломном предательстве Далендуса Вула, собрать армию в поддержку наследника трона принца Тарта и изгнать подлого узурпатора, восседавшего сейчас на украденном троне.

— Пойдемте, джасарк, — позвал молодой воин. Он взял мальчика на руки, посадил его на плечи и предупредил, чтобы тот держался как можно крепче. После этого Чарн Товис включил «небесный пояс» и выпрыгнул через окно.

Воин и молодой принц растаяли в темноте.

Чарн Товис, подобно птице, летел в ночном небе, спасая от врагов надежду и будущее империи.

Часть 2

КОРОЛЕВСТВО ТЕНЕЙ

Знай же, смертный, что за пределами всего земного лежит далекое и загадочное королевство, в котором обитают тени.

Странными и вызывающими трепет, находящимися за пределами вообразимого являются чудеса и тайны Страны, Теней. Там одинокий дух ищет вечности среди символов и таинства жизни.

Боги бродят среди теней, и ты, чувствуешь, что ими будет определяться твоя судьба на весь оставшийся период времени…

Глава 1

ПРИВРАТНИК

Забыв о земных печалях, о радостях жизни земной,

Забыв суету и скуку, душа уйдет в мир иной,

И вот уж Врата открыты, за ними — лишь мир теней,

Угрюмое царство мертвых, приют рабов и царей.

Для Тонгора прошло невообразимо много времени, и вдруг он оказался перед уходящей ввысь аркой гигантских ворот.

Вокруг завывал сильный ветер, в ушах звенели отдаленные причитающие голоса, но валькар не мог разобрать ни одного слова. Он взглянул на подымавшиеся вверх столбы ворот и попытался понять, что же с ним случилось. Все, что он помнил, — это острый приступ боли в сердце, резкий порыв ветра и холод, сковавший все его тело. Потом не было ничего… пока он не пришел в себя и не оказался у этих огромных ворот.

Они были отлиты из какого-то блестящего металла или высечены из сверкающего камня и ослепляли сверхъестественным сиянием так, что Тонгор не мог долго на них смотреть. Арка казалась выше самой большой башни в Патанге. Ее поверхность украшали разнообразные барельефы. Здесь были рыдающие женщины и сражающиеся мужчины, старики, лежащие на смертном ложе, и игривые девушки и юноши, короли и оборванные нищие, пирующие дородные правители и хитрые, усмехающиеся воры, старухи и младенцы — то есть было представлено все разнообразие рода человеческого.

— О человек, ты не должен смотреть на Врата между Мирами!

Голос был глубоким и звучным, каким-то неземным, не похожим на голос обычного человека. Тонгор замер, а потом резко обернулся. Привычным движением он хотел ухватиться за рукоятку большого меча, который всегда висел у него на бедре, но оружия не было. Валькар с удивлением обнаружил, что совершенно обнажен, как в день своего появления на свет.

— Кто это говорит? — воскликнул он, и звук его голоса, приглушенный завываниями ветра, показался ему странным, словно это был совсем не его голос.

— Это я. Я нахожусь здесь, в переходе из одной вечности в другую — на пороге королевства, в которое ты наконец попал и куда со временем попадают все люди.

Вглядевшись пристальнее, Тонгор увидел в арке гигантских ворот странную фигуру. Даже сидя, она казалась выше любого смертного. С головы до пят она была укутана в какой-то черный материал, но это была не одежда… по крайней мере, не та одежда, к которой привык северянин. Казалось, сама темнота окутала загадочную фигуру Привратника.

Сражаясь с бушующими порывами ветра, Тонгор подошел ближе, пока не оказался лицом к лицу со странным существом.

Львиные глаза валькара сверкали, а в груди поднималась волна гнева, к которому примешивался неясный призрак страха.

— Что это за место? — грозно вскричал он. — Как я здесь оказался и кто ты такой, охраняющий эти ворота?

Облаченная в черные одежды фигура величественно покачала головой. Когда незнакомец вновь заговорил, в его глубоком и важном голосе послышались насмешливые нотки.

— Вопросы, бесконечные вопросы, всегда одни и те же. Оглянись, человек, и скажи мне, что ты видишь.

Тонгор обернулся и почувствовал, что все его вопросы бессмысленны. За спиной его зияла огромная бездна, прародительница всех бездн. Валькар был поражен, увидев далеко, у самого дна ее, сверкающие звезды.

Ничего не понимая, он поднял изумленные глаза и посмотрел в другую сторону. Там — одни боги знали, как далеко от него — он увидел плоскую ровную землю, такую огромную, что его взгляд мог охватить находящиеся на ней неизвестные ему океаны и континенты. Среди них он смутно различил очертания великой Лемурии, которую покинул. Он узнал морской залив, врезающийся глубоко в континент, но с такого огромного расстояния великий город Патанга казался едва различимой маленькой точкой, глаза Тонгора увлажнились, и взгляд затуманился из-за ревущего штормового ветра.

Над землей медленно проносились тучи. Часть их находилась на дневной половине Земли, другая же была погружена в черноту ночи.

Луна — величественная луна плавала далеко внизу, похожая на маленький золотистый глобус. Звезды висели над огромным миром.

Между тем миром и этим распростерлась туманная бездна, через которую постоянно двигались мерцающие призраки — души людей. Они перемещались с Земли туда, где сейчас стоял Тонгор, — в мир небытия, проносились мимо валькара, проходя через огромные Врата Теней. Некоторые из них рыдали, другие что-то выкрикивали, кто-то молился, кто-то смеялся, как сумасшедший. Были и такие, кто молчал, склонив голову и опустив руки.

— Теперь ты знаешь, что ты мертв и прибыл в Страну Теней, — заявил Привратник.

Тонгор тяжело вздохнул. Его суровое волевое лицо искази* лось, гнев вспыхнул в золотистых глазах. Он покачал головой, встряхнув буйной гривой волос.

— Мертв? Я не мертв! Как же я мог умереть? — воскликнул он. — Я не погиб от меча врага, в меня не попадало ни одной стрелы, в моем кубке не было яда. Я молод и полон сил, а не Дряхлый старик — как же я мог умереть? Отвечай мне, если можешь, Привратник!

Призрак бесстрастно покачал головой.

— Между жизнью и смертью существует столько тайн, о которых смертные и не подозревают. Я не бог, и поэтому не осмеливаюсь объяснить тебе причины твоей смерти, человек.

Тонгор посмотрел на свои руки, на широкую грудь. Они, как ему представлялось, были из плоти и крови. И все же он ощущал что-то странное, словно его обнаженное тело стало нечувствительным, его восприятие — призрачным, он будто превратился в некое отражение себя самого. Ступни его ног не чувствовали грубых холодных камней, а пальцы рук — ледяных порывов ветра. Прежде чем валькар успел сформулировать возникший у него вопрос, Привратник заговорил, отвечая на его мысли: