Илья Одинец - Младший вовсе был дурак

По мере насыщения и повышения содержания алкоголя в крови, гости становились шумнее и развязнее, негромкие разговоры перешли в откровенные споры, тихий смех превратился в громкое ржание, кое-то размахивал руками, что-то доказывая, на дальнем конце моего стола послышался звон разбитого стекла. Его величество тоже захмелел и невольно повысил голос. Говорили о младшем принце, то есть обо мне. Собеседник короля сидел через пять человек от торца стола, поэтому разговор оказался достаточно громким, чтобы его услышал и я.

— На младших природа всегда отдыхает, — притворно вздохнул король и попытался бросить на меня уничтожающий взгляд. Не попал. — Первые два один другого краше, а этот дурак дураком. И живёт, не поверишь, в печной! Сам ушёл. Мы, видите ли, ему мешаем. И ходит смурной, глазом косит, да по лесам шляется. Над ним уж каждая бабка базарная смеётся.

— Не будет от такого толка, — подтвердил собеседник его величества — дородный черноволосый мужчина с большим бантом вместо галстука. Он не оторвался от гусиного паштета даже ради разговора с королём. Рукава его голубого камзола, равно как и бант, были заляпаны жиром, но держал он себя важно, словно принц. Впрочем, может он и в самом деле принц соседнего королевства.

— Да. Никакой на него надежды. Старшего, Сашку, мы к престолу готовили, средний на подхвате, а от младшего никакого толку. Женить бы его, да кто ж возьмёт?

— Но среднего-то, — черноволосый кивнул в сторону жениха, — с руками оторвали.

— Повезло, — король плеснул себе из стоящего рядом кувшина кроваво-красной жидкости. — У короля в Мэрне две дочери и ни одного наследника, а страной кому-то управлять надо. Понятное дело, бабу на трон не посадишь, а генералы и министры без надобности. Тут только принц сгодится, да где его взять? А мы Николашку как старшего учили. На всякий случай. Ну вдруг бы старшего мор сгубил? Или на охоте подстрелили?

— Очень предусмотрительно, — кивнул черноволосый.

— Вот и сговорились. Наш средний женится на ихней старшей, и после смерти короля будет управлять Мэрном. Им прямая выгода, и нам не без этого. Колька у меня башковитый, лес оттуда посылать будет. А деревья там особенные, корабельные сосны в три обхвата. Ну и торговля, соответственно, наладится.

Я покосился на башковитого Николая, который был похож на упомянутую королём сосну, а потом поискал глазами старшего брата. Любопытно было посмотреть на первого претендента на престол. Увы, за исключением королевской четы и жениха, ни один из сидящих за столом его величества, корону не носил.

Из разговора мне стало понятно, что нахожусь я вовсе не в Ленкиной Таэрии, а в незнакомом королевстве с незнакомыми правилами и обычаями. Что у нас есть? Король, молодая королева и три принца, за одного из которых меня упорно принимают. А где, кстати, сам младшенький? Так не любит брательника, что решил прогулять его свадьбу?

— Налей, дорогой Густав, хреновухи, — продолжил его величество.

— Из нашего хрена? — довольно прищурился черноволосый.

— Из вашего, — подтвердил король. — А младший мой чего не пьёт? Эй, Иван, выпил бы хоть за счастье брата!

— Он мне не брат, — вздохнул я и снова попытался объясниться. — Я уже говорил, ваше величество, я попал в ваше королевство случайно…

— Вот заладил, зараза! — Король расстроено отшвырнул ложку, едва не опрокинув бокал с мутной белёсой жидкостью. — Ну что с таким делать будешь? И ведь ни на кол не посадишь, ни повесишь… В темницу бросить тоже не могу — совесть замучает. Хоть бы сгинул куда.

Я поёжился. Хорошенькое дело! Собственному сыну смерти желать! Нет, нужно выбираться из дворца. Может, слинять по-тихому после застолья? А то, глядишь, и правда повесят. Нет. Сбегать нельзя. Обнаружат пропажу, начнут искать, а найдут, точно убьют — тайком, чтобы королю репутацию не портил. Нужно объясниться с его величеством, растолковать, что к чему… Но и это не гарантия сохранности головы на собственной шее. Должен быть третий вариант. Например… пожить пару дней во дворце на правах его младшего высочества и подождать возвращения настоящего Ивана. Пусть цесаревич сам объясняется с грозным папашей. Заодно пока подумаю, как вернуться домой. Может, в штате состоит придворный маг?

Я так задумался, что перестал есть, и опомнился, когда в мою тарелку залез сосед — сутулый старик с козлиной бородкой.

— Ты, ваше высочество, смотрю, не в аппетите сегодня, так давай мне, я утку уважаю.

Я вздохнул и отдал блюдо старику. В этот момент дверь в пиршественную залу открылась, и в помещение, семеня короткими худыми ногами, выглядывающими из-под чёрного балахона, вбежал скрюченный старичок с огромной серебряной звездой на шее. Он прошмыгнул к королю и что-то быстро зашептал ему на ухо.

— Принесла нелёгкая, — вздохнул его величество. — Пир у меня. Праздник. До завтра не терпит?

— Нет, ваше величество, — скрюченный поклонился, едва не дотронувшись носом до коленей, — а коли деревню сожжёт, что делать будем? Али дворец запалит?

— Ну веди прямо сюда.

Старик, надо полагать министр или первый советник, засеменил к двери, выглянул в коридор и махнул рукой.

— Сюда ведите!

Сидящие ближе к его величеству гости оживились, новое развлечение показалось им забавным, и они уставились на дверь. Я, к слову, тоже хотел посмотреть на человека, способного спалить деревню.

Два стражника в синих кафтанах ввели в зал закованную в цепи девушку. Точную копию Лаврентьевой: такие же ярко-синие глаза, правильные черты лица, чуть вздёрнутый нос, с ямочкой на подбородке, только волосы не тёмные, а практически белые и заплетены в косу. Но, конечно, это была не Ленка. Елена кос не любила, предпочитая распущенные волосы или высокие хвосты, и никогда бы не надела сарафан. К тому же если Лаврентьева во время моего отсутствия и пошла к гадалке, и если та согласилась её переместить в параллельное измерение, то попала она в свою Таэрию, к Власилиану, а не сюда. И всё же девушка очень походила на мою одногруппницу. Я зажмурился, пытаясь прогнать наваждение, но сходство никуда не исчезло.

— Не обращайте внимания, — сказал король гостям. — Маленькое внутригосударственное дело, — и махнул рукой. — Казнить.

— Стойте! Вы не можете! — я вскочил со скамьи.

— Сядь, дурак.

— Я не дурак. Я вообще не ваш сын.

— Я же говорю, дурак, — улыбнулся король, и гости засмеялись. Они, как и его величество, находились под хорошим хмельком. — Отца родного не признаёт. Это ведьма. Казнить её!

— Ваше величество!

Я выбрался из-за стола и подошёл к королю. Не знаю, что на меня нашло, но я был готов защищать незнакомку и ради этого опустился на колени.