ElectroVenik - 1998

— Кстати, а кто будет преподавать в Хогвартсе, пока тебя и директора не будет?

— Меня заменит Граббли-Дерг, а Минерву кто-то еще. Запамятовал, кто. Рози, еще пару кружек нам с молодым Блеком! — проревел Хагрид на весь паб. Многие обернулись, разглядывая собутыльников.

— Блека? Ты сказал — Блека? — послышался голос, который парень с отвращением узнал — голос младшего Малфоя.

— Ты имеешь что-то против, засранец? — прорычал Блек, глядя в до отвращения знакомую физиономию. — Как ты отвертелся от Азкабана, говнюк малолетний?

— А мне и не предъявляли обвинений, идиот. Вижу, ты и мозгами пошел в папашу. Если у этой тупой псины и были мозги до Азкабана, то после-то они точно улетучились.

— Ну что ж, я рад, что ты на меня наткнулся, — хищно оскалился Блек. Мгновение, и из рукавов его мантии выскочили волшебные палочки. Левой он запечатал дверь, а правой — наложил антитрансгрессионный барьер. — А теперь потанцуем! — добавил он, отбивая пару сногсшибателей.

Посетители быстро попрятались под столами. Никто не рискнул ввязаться в схватку. Северус гонял Малфоя по залу кабачка, не брезгуя использовать высшие заклятья и темную магию. Он использовал невербальную магию, а голосом издевался над противником.

— Я смотрю, Темный Лорд научил тебя только лизать задницу, Драко. А как подстилку он тебя не использовал? Или он трахал только твою мамашу и тетку?

— Авада Кедавра! — Бешено проревел Драко, подписывая себе приговор. Блек лишь рассмеялся, создавая из воздуха серебряный щит, который принял на себя проклятье и разлетелся.

— Тормента! — воскликнул он. Малфой, который был уже уверен в победе, не сумел даже увернуться, и тут же упал на пол, сраженный пыточным проклятьем. Оно было послабже Круциатуса, но все равно очень эффективным. Блек держал проклятье около минуты.

Потом он со вздохом удовлетворения отпустил жертву, обезоружил и связал его веревками и антитрансгрессионным заклятьем.

— Ты глупец, Драко Малфой. Твоя метка исчезла со смертью Волдеморта, но, попытавшись убить меня, ты приговорил себя к пожизненному заключению. А теперь мы подождем авроров, — Северус пришпилил Драко к стене заклинанием, и повернулся к мадам Розмерте.

— Простите, Розмерта, за причиненные неудобства. Надеюсь, это возместит ущерб, — он бросил на стойку туго набитый мешочек с золотом. Потом снял с паба антитрансгрессионное заклятье и распечатал дверь. После чего принялся невозмутимо ремонтировать покореженные столы и стены, дожидаясь прибытия авроров, за которыми немедленно отправился один из посетителей. Оставшиеся наблюдали за его в высшей степени профессиональной работой — обильные тренировки в ремонтирующих заклятьях на протяжении шести школьных лет давали о себе знать (поскольку гостиную гриффиндорской башни они разносили регулярно — фактически, после каждого матча по квиддичу). В итоге, когда через пятнадцать минут прибыли министерские авроры, в пабе ничто не свидетельствовало о недавней дуэли, кроме обездвиженного тела Малфоя-младшего. Сдав его на руки авроров, которые немедленно сопроводили его в министерство для допроса и заключения, Блек принялся отвечать на вопросы следователя.

— Да, Малфой использовал против меня смертельное заклятье Авада Кедавра. Я ведь уже сказал, и добрая дюжина свидетелей подтвердила это.

— А как вы выжили, если мистер Малфой использовал против вас это заклятье?

Парень раздраженно пожал плечами, продемонстрировав создание щита. Он знал, что все это — необходимые процедуры, но они были так утомительны! Но надежда засадить младшего Малфоя в Азкабан, в компанию к старшему, была слишком соблазнительна. Поэтому он даже согласился присутствовать на слушанье. Он еще настаивал, что Малфой был ПСом, так что следователь обещал отметить это в обвинении, но предупредил, что, если не будет свидетелей, видевших его Черную Метку, то тогда обвинение будет снято. Суд должен был пройти в субботу, в два часа дня.

Северус подтвердил, что он явится, и спросил, когда должны прийти свидетели по вопросу об участии Драко в ПСах. Узнав, что они так же должны явится прямо на суд, он отправился к себе домой. Там он написал письмо Рону, и попросил Алантара отнести его. Когда через час дракон вернулся, парень лишь поднял брови и уважительно цокнул языком — даже на «Молнии» он не смог бы успеть быстрее.

— Ну ты силен, друг мой. Быстрее тебя только портал да трансгрессия.

— Ничего особенного, Сев. Но ты бы видел лица остальных Уизли! Джинни просила передать, что она по тебе уже соскучилась, а пухлая рыжеволосая женщина — ее мама, я так понял, приглашала тебя в гости. А Гермиона уже там была, когда я прилетел.

— Хм, может, прокатишь тогда? А то в прошлый раз приземление в озеро все ощущения испортило.

— Хочешь сказать, ты летал на драконе?

— Угу, примерно неделю назад. Я, Рон и Гермиона ограбили один из сейфов Гриннготса, охраняемый драконом. Вот на нем-то мы и сбежали.

— Интересный ты человек, Гарри Джеймс Поттер Северус Сириус Блек.

— Не спорю. Так что, прокатишь? С меня живая корова.

— Да ладно, я бы и так согласился. Но раз уж пообещал, то теперь не отвертишься. Только маскирующие чары на себя наложи, и оденься потеплее — полетим высоко и очень быстро.

Через полчаса обитатели Норы имели счастье лицезреть, как в небе появился здоровенный дракон и начал спускаться вниз. Футах в ста от земли стало видно, что на загривке у него сидит человек. Приземлившись, всадник почесал здорово уменьшившемуся дракону надбровье и направился к высыпавшим на крыльцо Уизли.

— Миссис Уизли, не пожертвуете курицу — Алантара покормить?

— А вы уверены, что ему этого хватит?

— Уверен, — получив в свое распоряжение живую курицу, парень трансфигурировал ее в корову и отдал дракону, предварительно попросив его отойти подальше. Просьбу свою он мотивировал тем, что большинству присутствующих вряд ли поднимет аппетит вид его трапезы, хотя сам он относится к разрыванию еще живой еды на части когтями и зубами с большим сочувствием. Потом оглядел лица Уизли и пришел к очевидному выводу: — Ага, сейчас вы все прикидываете, не причастен ли я или Алантар к смерти Гарри Поттера. Могу вас успокоить — ни я, ни Алантар Поттера не убивали. Могу повторить это перед дюжиной свидетелей, приняв сыворотку правды.

— Мы никогда и не думали так, — несколько смущенно пробормотал мистер Уизли.

— Ну что ж, давайте познакомимся. Меня зовут Северус Сириус Блек. Но, я думаю, вы это уже знаете.

Прошла процедура официального знакомства с оставшимися членами семьи Уизли. Перси был в министерстве, а остальные еще были в Норе. Даже Билл и Флер еще не отправились домой в Ракушку.