Екатерина Салькова - Сказание о Темном маге

Марлен опять бросилась к нему на шею, но в этот раз Арий сдержал пыл девицы, сказав, что время ограничено и необходимо торопиться. Девица сдержала обещание и вещей с собой не брала. Почти. Арий легко перекинул ее сумку через плечо, даже не спрашивая о содержимом. Потом вскочил на подоконник, галантно подав даме руку. Но тут вышла небольшая заминка: Марлен совершенно не хотелось прыгать из окна. Нет, она, конечно, доверяет своему любимому, знает, что он великий маг, но может все же лучше по лестнице? Третий этаж - это как-никак высоковато, можно что-нибудь сломать. Арий постарался как можно более спокойно и доходчиво разъяснить девушке, что третий этаж - совсем не проблема, что она даже не почувствует приземления, а вот спуск по лестнице чреват неприятностями и немаленькими... В конце концов Марлен согласилась, правда Арию пришлось зажать ей рот, потому что спрыгнуть молча было не в слабых девичьих силах. Ограда была преодолена таким же образом.

- А где же лошадь? - оглянулась по сторонам Марлен.

- За городом. Стук копыт по мостовой слишком далеко разносится, нам не нужно шума. Но вы ведь не против пешей прогулки?

- Конечно нет!

Из города так же выбрались уже привычным путем - через стену. Стражники у ворот, конечно, были очень заняты - резались в карты, и отвести им глаза не составило бы труда, но Арий не хотел рисковать: вдруг у них есть амулеты. К тому же девица, похоже, вошла во вкус - подобный способ преодоления препятствий ей явно пришелся по душе. Объяснив, что конь ждет у его дома, уже оседланный и с поклажей, мужчина повел девушку по едва приметным в темноте тропкам, слегка подсвечивая себе возникшим над ладонью огоньком. Впрочем, сама Марлен почти ничего не видела в тусклом свете. Лес откровенно пугал, и она старалась сильнее прижаться к такому спокойному и надежному магу, уверенная, что с ним ей ничего не грозит. Дорогу в город она бы ни за что не нашла, даже под страхом смерти.

Внезапно Арий остановился и прижал палец к губам. А в следующую секунду погасил тусклый огонек.

- Жди меня здесь, - настороженно шепнул он и, оглядываясь по сторонам, тихо растворился в лесу. Девушка осталась стоять в абсолютной тьме, тихо переступая с ноги на ногу. Страх все больше и больше захватывал ее, но Марлен ждала, не зная, что больше никогда не увидит Ария, и что жить ей осталось около часа.

Конь действительно спокойно стоял у дома, правда, еще не оседланный, но это дело пары минут. Арий потуже затянул подпругу и перекинул через седло сумки. Узел с вещами Марлен он оставил рядом с девушкой. Женский крик, всколыхнувший ночную тишину, не заставил его даже повернуть головы. Крик был единственный - похоже, жертве зажали рот.

- Ну, вот птичка и попалась! - лениво произнесла Эвис, выйдя на крыльцо.

Арий не обратил на женщину никакого внимания.

- Мне показалось или она звала тебя?

- Все возможно, - процедил мужчина.

Эвис рассмеялась.

- Надо же, как у тебя все хорошо получилось! Гораздо лучше, чем у меня в свое время. Как легко вскружить голову молоденькой девушке, чистой, невинной... удивляюсь, как на столь маленькие аккуратненькие ушки поместилось столько лапши.

- Я ни слова лжи не сказал этой девице. Она додумала все сама. Воображение у леди, конечно, буйное, но я тут не причем! - в голосе Ария послышалось раздражение.

Эвис мягко улыбнулась:

- А ты не хочешь открыть девчонке глаза? Рассказать ей, какая она на самом деле дура? Как ты ее использовал и сколько получил за ее жизнь.

- О, хорошо, что ты вспомнила, а то я уж думал, у тебя склероз. Ты мне еще должна вторую половину гонорара. Что до Марлен - можешь рассказать ей все сама. Я не сомневаюсь, что это у тебя получится гораздо лучше и красочнее.

Эвис закусила губу. Будь ее воля, она бы так и поступила. Но только приказ хозяина ясно говорил, что девица до конца жизни должна верить в то, что Арий любит ее и делает все возможное, чтобы спасти. Для обряда нужна была сила чистой любви и надежды, и поэтому Эвис вынуждена была отказать себе в невинном развлечении. И в маленькой мести этому самоуверенному человеку. Злость захлестнула женщину и она, сорвав с пояса кошель, швырнула под ноги магу.

Арий вытянул руку и мешочек с камнями, вместо того, чтобы упасть на землю, послушно скакнул в нее. Маг легко оседлал коня.

- Прощай, Эвис! Искренне надеюсь, что наши пути больше не пересекутся.

Женщина промолчала, глядя вслед всаднику, пока тот не скрылся за деревьями, и желая ему всяческих бед.

Арий неторопливо ехал по лесной тропе, пока конь не вышел на дорогу. В голове не было ни единой мысли. Мужчина оглянулся - там, за поворотом притаился в глуши только что покинутый город, - но никакого сожаления не испытал. Внезапно налетевший порыв ветра ударил в лицо, растрепал короткие волосы и понесся дальше - срывать листья с деревьев, задувать ритуальные свечи и трепать развешенное на веревках белье. Маг подхлестнул коня, будто наваждение какое спало, расправил плечи и поспешил навстречу этому ветру. На север, туда, где он еще не был, где его ждет что-то новое, неизведанное. На душе стало легко, и магу показалось, что за его спиной не город остается, а могила, из которой каким-то чудом все же удалось вырваться.

Время страсти

Трава приятно пружинила под босыми ногами. Идти было мягко и легко... В груди нарастало щемящее, пугающее и притягательное чувство; так зудит уже заживающий порез - боли уже нет и понимаешь, что уже не будет... не сейчас... но скоро снова битва, а в прошлой ты выжила, все раны успели затянуться, и не болят. Нет боли, и страха тоже нет. Не в новинку раны.

Почему-то чувство свободы, свободы идти куда заблагорассудится, и делать то, что взбредет в голову, у Ивенны ассоциировалось именно с подживающими порезами. Возможно из-за того, что в своей жизни она часто получала раны, а еще чаще наносила сама, порой и смертельные. Когда-то давно, лежа в горячке полубреда-полуяви она думала, что лучше смерть, но когда боль ушла, края затянулись, не оставив даже шрама, а воспоминания о пережитом хоть и не исчезли полностью, но сгладились, потеряли свою остроту, пришла досада на собственную слабость. И Ивенна решила, что больше никогда не помыслит о смерти - не дождетесь! Уж лучше отправить на тот свет кого другого, чем уйти самой. Позже женщина научилась преодолевать себя и даже получать какое-то извращенное удовольствие от такого состояния. Выжить, выжить, несмотря ни на что, вопреки всему, назло этому недружелюбному миру. И снова. И еще раз...Организм давно приспособился справляться с чем угодно - и с физическими хворями, и с душевными. Последними, впрочем, Ивенна страдала все реже и реже...