Арилика Валентинова - Практикуйся, ведьма

Пока я думала, отец в толстой тёмной шубе вышел во двор и большими шагами направился в мою сторону. Пепельные волосы, развевались по ветру, а его старый боевой меч как всегда покоился в ножнах, только почему он надел его сегодня, вроде никуда не собирался… но додумать я не успела, отец подошёл ко мне и, заглянув в глаза сказал:

— Олимпия, скажи честно, ты сюда больше не вернёшься?

Что я могла ответить? Не желая врать и препираться, но и не в силах сказать вслух, я лишь кивнула. Отец помрачнел, нахмурился, но положил мне на плечо руку, и я заметила на его лице улыбку:

— Ты так похожа на свою мать, у той всегда было шило в одном месте, — отец рассмеялся и я вместе с ним, — но Мариала всегда возвращалась домой, она не совершала глупостей и знала — где стоит рисковать, а где нет. Поэтому и ты запомни — если чувствуешь, что помочь не в силах лучше уходи. Мы не боги, даже наделённые магией не можем творить чудеса, — он смотрел на меня уже серьёзно, а я вновь кивнула. Отец всегда говорил правду, и я прекрасно понимала, что ни он, никто другой не заставит меня остаться, похоже, также думал и отец. Потом, он протянул мне увесистый мешочек в котором что- то позвякивало — я удивлённо посмотрела на него:

— Что это?

— Это небольшое вознаграждение за то, что ты разберёшься с этим делом — он сделал паузу — и в пути тебе не всегда удастся заработать. — Хитро подмигнул отец.

А я не нашла ничего лучше, как обнять его, он правда, на мгновение смутился. А в голове промелькнула мысль, что мне повезло иметь такого умного и проницательного отца. От этих слов по щеке побежала колючая слеза, но отец увидел её, и мягко стерев пальцем, сказал:

— Не плачь, мы обязательно увидимся, даже если не в этом году, то обязательно в другом. Ты мне обещаешь, что если сможешь, то вернёшься?

— Обещаю, — шепнула я.

Выезжали мы, провожаемые огромным количеством народа, но для меня самым главным из всех, был отец. Он стоял в стороне и лишь на мгновение, в его тёмных глазах, я увидела серебристые слёзы. Даже закалённые в боях солдаты плачут, когда прощаются с близкими людьми.

Как только ворота оказались позади, я тут же строго посмотрела на сестру, которая задумчиво пилила ноготок пилочкой.

— Я удивляюсь, насколько ты беспечна!

Сестра подняла на меня свои тёмные глаза и ответила:

— А что в этом такого — она указала взглядом на пилочку, — У меня, может, ноготь сломался…

— Ой, беда — то какая! — Воскликнула я. — Ты девушка совесть- то имей! Или ты будешь следовать моим правилам, или бегом отправишься домой! — я прекрасно понимала, что немного, конечно, переборщила с сердитым тоном, но что поделаешь — если не так, то изнеженная аристократка все мозги мне выпарит.

— Итак, — начала я перечислять правила, — Никакого нытья по поводу остановок. Во- вторых, — если говорю спрячься или беги — ты должна безоговорочно исполнять — не выполнишь — цена проступку — смерть, — Вики с ужасом воззрилась на меня. Я улыбнулась в уме, торжествуя победу, и продолжила более мягким тоном. — Послушай, Вики. В школе нас учили уничтожать таких монстров, что тебе и не снилось, но ты должна понять — я не всемогущая. Поэтому, если говорю — беги — ты берёшь ноги в руки и бежишь. Понятно? — я заглянула в её глаза. Та кивнула, и мы продолжили свой путь. Нет, это конечно деспотично, но что поделать?

Северная вырубка показалась только к закату. Путь занял слишком много времени, но пока солнце не село, я решила осмотреть место происшествия и заодно, набрать хвороста для костра. Заночевать решили в лесу, на той самой полянке, где и пропали лесорубы.

Наш остров имеет очень интересный рельеф. Правда, приезжие обычно называют его — хаотичным и глупым. В действительности же, они правы — плоские, как блин, равнины, перемежаются с острыми скалами и невысокими холмами. Отцу повезло — ему дали весьма ровный участок, правда, с юга, там, где начинался лес — рельеф менялся. Здесь возвышались огромные валуны, поросшие деревьями, кое-где были глубокие пещеры. И чем дальше в лес — тем выше становились холмы, превращаясь в горы.

У самого подножия, там где и начинался лес, а земля ещё была ровной — мы и остановились. Не знаю почему, но климат в горах был удивительный, он чувствовался даже на относительно ровной поверхности. Воздух чистый, кристально прозрачный — в городе такого нет, и не будет никогда, сколько бы местные маги-экологи не боролись с природой.

Кутаясь в свой плащ, я продиралась сквозь заросли кустов, попутно выискивая хоть какие — то следы людей. Нет, на поляне всё и так было понятно — работало множество лесорубов, они валили деревья, распиливали их на дрова — вообщем занимались своими обычными делами, пока не произошло что-то, что заставило десять человек просто-напросто исчезнуть. Конечно, была у меня одна маленькая догадка — учитывая, что выше находились пещеры, в одной из них могла поселиться какая-нибудь прожорливая тварюшка.

Наконец, мне надоело смотреть на серый лес и месить грязь, и я поползла, обратно. И тут же натолкнулась на любопытную вещицу — на стволе одного дерева была выжженная полоса. Насколько я помнила, — лесорубы никогда не разводили огонь в лесу — это их золотое правило, тогда откуда здесь этот след? Теряясь в догадках, я наконец, ввалилась на поляну. Весенний холод всё больше давал о себе знать, пробираясь внутрь под и без того холодный плащ. Сестра сидела на пеньке и с мечтательным видом смотрела на небо, там вспыхивали первые, тусклые звёзды, а небо окрасилось в синевато — лиловый цвет, красиво конечно, но хорошего это не предвещает — значит, часа через два начнётся дождь или судя по морозу, снег. Значит, стоило найти укрытие заранее, а то молнии у нас били даже во время снегопада, как будто в подтверждение моих слов в небе раздался гром, а где- то неподалёку затрещало дерево, тут же повеяло дымом. Бросив сырые ветки на землю, я скомандовала:

— Так, быстро собираемся, иначе сейчас поджаримся. С весенней грозой лучше не спорить! — видя решимость на моём лице, сестра решила ничего не говорить, точнее не упрямиться и быстро запихав в сумки всё, что было, вскочила на своего коня.

Но перед тем, как уехать, куда глаза глядят, я всё же додумалась провести небольшое заклинание, обнаруживающее магию и всяких существ. И того и другого было вполне достаточно — деревья всегда хранят на себе отпечатки любого проявления силы, чуждой их естественной природе, вот и сейчас я подробно рассматривала на остывшие следы людей, и чего-то неведомого, что силой заставило повиноваться бедных лесорубов. Я слезла с лошади и, махнув рукой, велела сестре идти за мной, но так как в глаза постоянно лезли ветки, а из-за «магического зрения» глаза закрыты, то тут Вики проявила чудеса находчивости и, взяв меня за рукав, поддерживала.