Наталья Цепкова - Точка отправления

— Я же говорил, мы не любим чужеземцев, — начал он размеренным тоном, — когда в нашу деревню заходит странник, все всегда меняется и не всегда в лучшую сторону. А мы не любим перемен. Недавно, когда в нашей деревне появился альв, то многие переполошились, а вчера, когда увидели тебя, подумали что ты из дасу и что скоро война, которую пророчат между королем Светлокрая и Черным милордом.

— Но причем тут я?

— Притом, что тебя Черный милорд считает главным врагом, — совсем рядом раздался мелодичный высокий голос.

Наташа поняла, что что-то пропустила и в испуге метнулась в сторону. Упала, но быстро встала на ноги. Повернувшись лицом к незнакомцу, она обомлела. Перед ней стоял высокий худощавый юноша с голубыми, почти прозрачными выразительными глазами, с длинными изогнутыми ресницами. Его отрешенный взгляд блуждал с лица девушки на лесовика и обратно, можно было подумать, что юноша о чем-то мечтает. Вот только сдвинутые брови и поджатые тонкие губы, которые превратились в тонкую розовую линию, говорили совсем о другом. Некоторое время Наташа не двигалась и с опаской смотрела на альва. Но немного осмелев сделала несколько шагов вперед и села около ног Видеора, прямо на траву. Лесовик тоже был не меньше ее удивлен таким неожиданным появлением. И был разочарован тем, что он, лесной житель, не услышал как к ним подошел гость. Ведь именно лесовики не только могут бесшумно пройти рядом, но и услышать любой шорох.

«Совсем снорвку потерял» — подумал Видеор, а в слух сказал:

— Приветствую тебя!

— И вам привет! Позвольте представиться, Молнезар, сын Лучезара племянника короля Светлокрая, волшебник второй ступени и защитник прекрасного Светлограда. Я рад видеть ту, которой мы обязаны процветанием нашего королевства, — молвил незнакомец и поклонился Наташе. Альв говорил певуче, но не делал промежутков между словами, от чего фраза походила на одно слово. И тот, кто не знаком с альвийским языком, вряд ли, что мог понять.

Но та лишь смогла из себя выдавить:

— Это тот самый альв?

Наташа не сводила с него глаз. Тонкие черты лица выдавали королевскую кровь. Но он был одет в льняную рубашку, подпоясанную широким кожаным поясом со светло-фиолетовой вышивкой, которая изображала спираль. На поясе висел небольшой меч и мешочек. Узкие льняные штаны были заправлены в небольшие полусапожки. А длинные волосы были заплетены в тугую косу. Альв был на самом деле красив, как и пишут все учебники по фентези, вот только красота эта была холодная, неземная (если это можно применить к миру сказок). Будто луна одарила его частью своего волшебного алмазного света.

Вообще Наташа была общительной девушкой, пока речь не заходила о тех, кто ей сильно нравится или может стать кандидатом в ее парни, тогда она начинала сильно смущаться и даже заикаться. Но сейчас рядом с таким совершенством, она чувствовала себя убогой и никчемной. Язык прилип к небу, не давая выговаривать слова.

— Я, Молнезар, сын Лучезара… — начал снова альв, но сбился, встретившись с непонимающим взглядом девушки и передернув плечами, замолчал.

— Это Наташа, — представил ее Видеор, видя общее замешательство.

— Очень рад. Наконец-то мы знаем имя той, кого можем прославлять вместе с Ладой и Лелей.

— Но я ничегошеньки не понимаю!

Молнезар перевел взгляд на Видеора, но тот только пожал плечами, мол, разбирайтесь сами. Альв, моргнув, снова посмотрел на Наташу:

— А что вы не понимаете?

— Ну, для начала, как я здесь оказалась? — Наташа была довольна, что хоть кто-то сейчас внесет ясность в эту неразбериху.

— Я и еще пять моих братьев поклялись, что спасут от беды ту, которая когда-то спасла нашего короля. И вот я здесь.

— Но я никого не спасала. Это нелепая ошибка…

— Нет, ошибки здесь никакой нет, — ответил Молнезар и улыбнулся, обнажив свои белоснежные зубы. Девушка заметила выступающие клыки, и ей стало не по себе. Этот мир такой прекрасный и светлый, таил в себе что-то ужасно опасное, как и этот альв, свои острые клыки. Поежившись, она все же ничего не сказала, а продолжила слушать, — это было давно и в твоем мире. Здесь мы выглядим несколько иначе, там же мы больше похожи на бабочек или светлячков. У нас нет выбора, мы не может предстать такими, — и он рукой показал на себя, — вы просто вычеркнули нас из памяти или стали считать нас духами, и нам пришлось ими стать, просто, для того чтобы выжить.

— Но я не помню, — растерянно призналась она. Но тут в памяти всплыл момент из детства, когда она в первый и последний раз попробовала наркотики. Тогда казалось, что она все выдумала, но теперь…

Наташ тряхнула головой, так что кудряшки рассыпались по щекам и плечам, и внимательно посмотрела на альва. Ведь ей и прежде встречались такие вот выразительно-томные глаза.

— Я спасала альва, который запутался в паутине?

— Вы вспомнили!

— Кажется, да, — ответила Наташа, но в голове кружилось: «Это ведь невозможно!»

Все походило на беспорядочное действие актеров, которое вызвано одурманенным умом режиссера, нежели на правду. Взрыв. Появление в другом мире. Лесовики. Альвы. А теперь еще она спасла короля, и за ней охотятся, чтобы убить. Бред какой-то.

— Как странно, под наркотиком вы видите мир такой, какой он есть на самом деле, с нами и другими существами. Но трезвые вы просто отказываетесь верить в происходящее, для вас мы всего лишь галлюцинации. Вы вытеснили нас своим неверием и заблуждениями, и мы вынуждены были переселиться в параллельный мир. Но свой прежний мир забыть не в силах, ведь тут нас создали, и иногда мы приходим, чтобы полюбоваться им и вспомнить давние времена.

Наташа только кивнула. А Молнезар продолжил:

— Так вот, когда я почувствовал, что вам грозит опасность, то попытался, вас спасли, но я еще не сильный волшебник и взрыв, случившийся в вашем мире, помог мне и вытолкнул тебя сюда.

— Так значит, обратно ты меня не вернешь?

— Мне очень жаль.

— А моя жизнь там…или…или я умерла? — только сейчас Наташа осознала, что с ней могло случиться.

— В том мире вполне возможно, но точного ответа я не знаю, так же, как не знаю, могу ли вернуть вас домой, ведь сюда вы попали с помощью своего мира.

— Но ты, какой ни какой волшебник! — взорвалась Наташа.

— Я потратил много сил, а восстанавливаются они не так быстро, как хотелось бы. Если только попробовать открыть врата через несколько недель.

— Недель?!

Наташа даже привстала, но снова села и тяжело вздохнула. Теперь ей придется привыкать жить в новом мире, где все ее считают если не врагом, то странноватой чужестранкой, от которой не известно что ждать. Хотя и в своем мире она отличалась от москвичей и даже среди своих друзей слыла «чудачкой». Но все же тот был мир, где она имела понятия как выжить. А здесь? Что знает она об этом мире?