Лиза Истомина - Записки рыжей эльфийки

   Я стояла в воде по щиколотки несколько минут, затем стала погружаться дальше. Вот стою по колено, потом по середину бедра, по попу, по талию. Когда вода была на уровне груди, я заметила странное движение на озере - на него будто бы опустился туман. Я перестала видеть сакуры, Храм, наставника. Остались только я и озеро Линь-Кэ, один на один я со своей фобией. Знакомое чувство панического ужаса поднималось снизу вверх по телу, я судорожно заглатывала воздух. "Так, Лиза, успокойся", - говорила я сама себе, но не верила в слова. Я одна, мне никто не поможет.

   Неожиданно чьи-то тёплые пальцы обхватили мои запястья и потащили вниз, под толщу волшебной воды. Я не хотела бороться - я не думала о сопротивлении. Пусть делают, что хотят. Кусают, плюют, убивают - мне всё равно. Лишь бы потерять навсегда это чувство беспомощности в озере и больше никогда не ощущать цепенеющий страх.

   Вопреки моим мыслям, меня не хотели убивать. Громко взвизгнув около уха, одна их тех, кому принадлежали тёплые пальцы, растолкала меня и следом проорала кому-то:

   - Дед совсем из ума выжил! Девчонка воды, как осинового кола, боится, а он и в ус не дует! Старый маразматик!

   Я с удивлением распахнула глаза и уставилась на трёх синекожих высоких красавиц с ультрамариновыми волосами до пояса. От пояса у них шли фиолетово-зелёные, несколько перламутровые, рыбьи хвосты. Ундины!

   Левая, та, которая кричала, мило представилась:

   - Аша, знакомая этого Наставника. В принципе, мы все его знакомые. А ты, я так понимаю, та самая Лиза. - Ундина покачала головой. - Как ты вообще согласилась на его затею? Он её одурачить захотел, а она поверила ему. Вот... суицидница.

   - Это я-то суицидница? - От возмущения я глотнула воды и закашлялась.

   - Ну, не я же. Я, Ана и Ата - мои сёстры - едва вытащили тебя. Если бы мы не покрыли озеро туманом, вряд ли бы смогли утащить. Да, ты не особо удивляйся, - русалка махнула хвостом и сбила пару водорослей, - мы тебе временное дыхание под водой дали, побудешь у нас чуток. Пусть дед побесится, попугается. Совсем из ума выжил, - повторила она сокрушённо.

   - Значит, я правильно угадала, и вы и есть те самые три рыбы в озере?

   - А что такого? Твой новый наставник, когда пребывал в Селруне, заставил нас уйти вместе с ним. Мы проигрались ему в карты и в результате должны были уйти из страны. Он без особых проблем провёл нас через Предел и поселил в этом озере. Как туристы приходят, так и начинают: "О, какие красивые! Давайте их заинстаграмим! Представьте, сколько лайков наберём!" Фу, аж бесит. Лаек настоящих на них не хватает.

   Я только невинно похлопала глазами. Я лучше промолчу, что тоже хотела кое-кого "заинстаграмить", но, похоже, мне не разрешат.

   Ундины были слишком непоседливыми. Они не могли устоять на одном месте и нескольких секунд. Вечно болтали, смеялись, плакали. Куда-то рвались и внезапно останавливались в задумчивости. К концу нашего разговора у меня заболела голова, и я уже совсем вяло отвечала на вопросы, сев прямо на подводный песок.

   Пару раз, к слову, русалки сталкивались лбами, и тогда из их ртов текли нескончаемые потоки грязных слов, в прямом смысле вытекая грязнючим, явно взятым на Чёрном море, песком. Я спросила их об этом.

   - Проклятие, - спокойно пояснила Ата. - Не надо было нашу принцессу оскорблять. А во всём виновата - кто, подумаешь, - вот она, проходимка! - показала пальцем на Ашу, и они вновь сцепились.

   Наконец у меня лопнуло терпение:

   - Хватит! - Сёстры потрясённо взглянули на меня. - Ведёте себя, как маленькие дети! Вам сколько лет? Наверняка не пятьдесят, не сто и даже не двести!

   - Двести двадцать три, - хлюпнув носом, хмуро признались синекожие. - Но это для магов мы старые - для нашего народа мы ещё совсем подростки.

   - Подростки они. - Я фыркнула. - Так никто интересоваться у вас не будет, кто вы у своего народа. Для нас вы взрослые, и этого достаточно. Поймите, что на вас всё равно будут смотреть, как на долгоживущих и многое повидавших. Вот и соответствуйте этому. Пусть вас слушают, а не слышат.

   Три сестрицы переглянулись и явно задумались. Да, а им не помешает разговор с японцем-мудрецом, может хоть он сможет наставить их на путь истинный.

   - Ты правда так думаешь?

   - Конечно, какой смысл мне врать вам?

   - Тогда у нас есть для тебя кое-что. Он должен тебе понравиться.

   Меня подхватили под руки и потащили куда-то в самую глубь озера. Молчали все четверо. Я рассматривала окружающую меня обстановку - тёмная толща воды и много-много сине-зелёных водорослей. А вот где-то на глубине я заметила блестящую штуковину, так маняще поблёскивающую, что сразу понятно - магическая штучка.

   Русалки вместе со мной подплыли к штучке, оказавшейся маленьким сундучком. Трижды стукнув по крышке сундучка, они открыли его и достали оттуда деревянный гребешок для волос. Протянула Аша мне его и сказала:

   - Гребень русалочий. Даём такие не всем, но раз мы согласились обучать тебя, так хоть сначала задобрим, в отличие от Рю-Тецуо. Расчеши им волосы тому, кого полюбишь. Если на следующий день гребень почернеет - не того ты выбрала, останется неизменным - неизвестно ничего, но вот если на гребне цветы вырастут и почки появятся - есть надежда. Использовать его можно только один раз и смотри, Лиза, как бы его у тебя не украли. Спрячь или храни всегда рядом с собой - мало ли чего. На свете много людей, хорошо разбирающихся в наших артефактах.

   - А если кто-то возьмёт да и воспользуется им? Что тогда?

   Русалки переглянулись.

   - Беде быть с этим человеком, нельзя чужой русалочий гребень в руки брать. И сама смотри, не пользуйся. Только по назначению бери, не дело это, с нашими артефактами шутить. Потом, после использования, сожги. Лучше всего тогда, когда рядом никого не будет. Пепел оставь себе и высыпи в любую маленькую тару. В таком виде им можно пользоваться, как пыльцой фей.

   Сестрицы одновременно подняли головы вверх.

   - Туман рассеивается, тебе надо спешить. Если опоздаешь - можешь навсегда остаться тут, как в тюрьме. Плыви.

   И они подтолкнули меня. Я, неумело загребая руками воду, поплыла на солнечный свет, крепко сжимая в руке гребешок. И ведь знаю, что буду пользоваться. Ведь знаю, что пригодится.

   Вынырнула. В окрестностях никого не было, только на берегу лежало зеркало. Отплевавшись от воды, я подошла к нему и с удивлением узнала его - оно висело в моей комнате и давным-давно треснуло по краю (книгой от расстройства по нему шандарахнула), что придавало ему особый шарм древности. Откуда оно здесь взялось? Куда подевался Рю-Тецуо, и почему меня так тянет посмотреть в зерцало?