Галина Романова - Тайна лорда Мортона

– А русалки? – подал голос кто-то.

– Русалки относятся к другому отряду. Кроме того, не путайте водяниц и мавок – настоящую нежить, – с албасты и фараонками. У последних существуют самцы и самки, а нежить к воспроизводству себе подобных практически неспособна... Итак, продолжим. Кроме этих существ, есть животные собственно мифические – Единорог, Василиск, Гиппогриф, Скарапея, Семаргл-Переплут и другие. Их количество ограниченно, многие находятся на грани исчезновения, а другие и вовсе истреблены человеком. Еще одна группа – криптозвери. Многие из них известны и простым смертным. Это снежный человек, морские змеи...

– Несси, Кракен, мамламбо, – опять донесся голос с задней парты.

– Именно они, – кивнул я. – А также те самые албасты и фараонки. Эти две последние формы жизни очень древние, и есть мнение среди ученых авторитетов, что большинство криптозверей и антропоморфы имели общих предков. Ну и наконец, самая большая группа мифических животных – это звери, наделенные Силой, звери-символы. Например – собака. Это и Груманский Пес, и Собака Баскервилей, и воплощение Семаргла. Кошка – это и кошки богини Фрейи, и Сфинкс. Волки – Гери и Фреки великого Одина, а также знаменитый Фенрир сын Локи и Белый Князь Волков. Конь, корова, петух – список можно продолжать. У большинства этих зверей есть мифические прототипы, но и самые обычные собаки, кошки и лошади при определенных условиях тоже способны на проявление волшебных свойств...

Здесь я оборвал сам себя, потому что, обводя взглядом класс, заметил, что в аудитории добавился новый человек. Худой, болезненно-бледный подросток в старомодном одеянии – батистовая рубашка с кружевами, широкий пояс, бриджи, чулки и башмаки с пряжками – сидел на краю передней парты и торопливо что-то строчил на длинном пергаменте, кажущемся бесконечным, как лента Мёбиуса.

– Ты кто такой? – спросил я.

Юноша перестал писать и сделал нетерпеливый жест рукой – мол, потом, сперва лекция.

– А это Прилежный Ученик, – просветил меня Кристиан. – Он привидение.

Незнакомый юноша оторвался от своих пергаментов и помахал ладошкой. Вглядевшись, я заметил, что он слегка прозрачен. Но еще больше, чем наличие в классе привидения, меня поразило то, что одно из них явилось при дневном свете!

– Да он безобидный. Просто пришел с вами познакомиться, – объяснили мне ребята. – Таскается на все лекции с утра до ночи, а ночами сидит в библиотеке.

Прилежный Ученик был действительно одним из привидений Школы МИФ. Когда-то давно он был настоящим человеком, но, одержимый идеей познать все на свете, дошел до того, что сам не заметил, как стал призраком и наконец-то мог не тратить время на сон, еду и отдых.

– Вот классический пример того, что много учиться вредно – можно заучиться до смерти, – назидательно промолвил второй мой главный собеседник, Дэвид, и прикоснулся к своему амулету: – Развеять?

– Зачем? – улыбнулся я. – Пусть сидит. Мне он не мешает, а знания не бывают лишними.

Постепенно я снова увлекся лекцией. Сделать это было просто – мифические животные мне всегда нравились, и я готов был рассуждать о них часами. Опомнился я только когда прозвенел звонок, знаменуя окончание занятия. Но на самом деле это было только начало – меня ждали еще четыре урока – трех третьих классов и одного седьмого.

Выжатый, как лимон, чувствуя, что посадил с непривычки голос и завтра буду читать лекции шепотом, я поплелся в учительскую. Каждый педагог был обязан в конце своего рабочего дня посетить ее – вдруг завучу придет в голову что-то сообщить.

Переступив порог, я сперва решил, что у меня дежа-вю. В центре стоял накрытый стол, вокруг него были расставлены кресла и теснились женщины. Все, как вчера вечером – за исключением того, что тут был весь педколлектив, а блюда и напитки на столе стояли нетронутыми. Когда я закрыл за собой дверь, учителя громко, но недружно прокричали:

– Поздравляем с боевым крещением!

– Мы рады тому, что вы среди нас! – прожурчал голос Сирены, и она, колыхаясь многочисленными юбками и оборками, подошла и взяла меня за руку. – Вы – сама юность и свежесть. И надежда на то, что наша трудная стезя не зарастет терниями и волчцами, ибо вниз каждый катится сам, а вверх, к свету и знаниям, идти нелегко. Для нас это счастье, для нас это – жизнь во всех проявлениях ее.

Сирена подвела меня, слегка оглушенного звуками ее голоса, к столу. В руки мне сунули бокал и протянули на тарелочке тартинку.

– За нового члена нашего коллектива! – воскликнул мессир Леонард. Сам он, как я заметил, бокала не поднимал. Перед ним на столе стояли две плошки – в одну был налит пунш, а в другой покрошен салат.

Здесь было принято самообслуживание, но все учительницы почему-то сразу кинулись ухаживать за мной. Они наперебой предлагали мне то тартинку, то бутерброд, то салатику, то еще пунша, то угощали сладостями. Из-за своей застенчивости неискушенный в общении с дамами – рядом с красавцем Эрастом я всегда проигрывал в глазах девушек – я стеснялся, и был едва ли не благодарен даме Моране, когда она вдруг сказала:

– Может быть, хватит? Максимилиан, как вы нашли живой уголок? Пожалуйста, подумайте, кого из опасных тварей надо в нем ликвидировать?

– Ликви... что? – не понял я.

– Вы не знали? Я думала, что леди Ульфрида вам все объяснила вчера вечером, когда провожала в вашу комнату. – Завуч бросила на преподавательницу магии стихий убийственный взгляд. – Вашу предшественницу покусали бешеные шуликуны! В школе развели неоправданно много животных. Их притаскивали даже сами дети, что недопустимо. В конце концов от скученности и при отсутствии квалифицированной ветеринарной помощи там стали возникать болезни. Раз вы специалист, вы должны вылечить больных и подать список тварей, которых следует отправить на ликвидацию. Мы не можем держать в школе опасных зверей!

– Простите, – моргнул я, – но я еще не был в живом уголке.

– То есть как?

– Вчера было уже поздно, а сегодня с утра...

– Можно было хотя бы заглянуть! Отправляйтесь немедленно!

– Но...

– И не забывайте – вы еще должны написать мне четыре программы – отдельно для третьего курса, отдельно для четвертого, шестого и седьмого, где у вас занятия. И подать список расписания факультативов.

У стола воцарилось неловкое молчание. Корпоративный междусобойчик был забыт. Но самое главное – меня поразило то, что директор и большинство женщин спокойно отнеслись к устроенной мне выволочке. Я поставил бокал на стол, положил недоеденный бутерброд.

– Хорошо, – промолвил я в наступившей тишине. – Я могу идти?

– Идите, – с видом победительницы кивнула дама Морана.