Всеволод Мартыненко - Белое солнце Пойнтера

Решив вложить свою долю участия в общее дело, я тоже ткнул пальцем в какое-то световое пятно, особо досадливо сиявшее в самом основании иллюзорного замка.

— Заклятие самоуничтожения снято! — благодарно отозвалась мембрана.

Эльфочки тут же кинулись щекотать алых светляков оборонных чар вокруг того места, отменяя попутно заполнение коридоров летучим ядом, заливку «ведьминым студнем» или огневым туманом и прочие партизанские меры внутренней самообороны твердыни Стийорров.

Наконец Хирра нашла что-то, весьма ее порадовавшее. Пристукнула огненную точку длинным коготком и поделилась с нами своим открытием:

— Я Харма из списка внешних эффекторов вывела! Это с его кадавровой части сигналы пришли, и на пожарную тревогу, и на боевую!

— Так вот кто устроил нам эти развлечения! — мрачно признал я отчего-то совсем не удививший меня факт. — Ну теперь я за него всерьез возьмусь…

— Ага, — мстительно подхватила Келла. — Не все же на моих крикунов валить!

Я хотел было сказать ей на это, что теперь с псом уже точно не будет «все хорошо». Но раздумал. Ни ее, ни моей вины в том нет и не будет. Пусть за все ответит нечто, превратившее Харма из всеобщего любимца в исчадие неясной природы. Если только в моей власти призвать к ответу неведомую причину сегодняшних бед…

На выходе главной лестницы в обитаемые помещения, к купальням и гардеробам, мы с женами столкнулись с вернейшим из слуг дома, возвращенным к жизни после тысячелетнего перерыва. Невозмутимый халфлинг встретил хозяев на пороге с перекинутыми через согнутую руку полотенцами, отнюдь не лишними в нашей ситуации.

Из всех нас Фроххарт единственный не пренебрег советом охранной системы и оградил себя соответствующим заклятием. Да еще и зонтик на всякий случай над собой раскрыл. Или на этот аксессуар и было наложено заклятие — когда халфлинг сложил зонт, серебристое сияние наподобие мыльного пузыря, колыхавшееся вокруг него, тихо истаяло.

Не знай мы истинного виновника наших злоключений, так бы и накинулись на дворецкого всем сколом. Уж очень выгодно он смотрелся на нашем перемазанном и потрепанном фоне. Разве что без белого цилиндра…

Но к чему кидаться на предполагаемых виновников, если предельно точно обозначил себя настоящий? Теперь главной нашей заботой был Харм. Хорошо хоть уже не главной бедой приютившего его дома…

Кое-как приведя себя в порядок, я тут же принялся за поиски. Жены остались в купальне — им предстояло возиться с последствиями пожарной тревоги дольше, чем мне. Фроххарта я попросил страховать меня с консоли управления в холле, а сам взял хрустальный шар калибром поменьше, с двухфунтовый файрболл.

На него, не без помощи дворецкого, удалось вывести целеуказание для Харма, перехваченное с центрального поста и выведенное в цивильную сеть. Теперь алая точка, обозначающая пса, плавала в глубине хрусталя между призрачными образами стен и перекрытий, пойманная и заключенная в шар — как предстояло теперь поймать самого неполноразумного кадорга.

Надеюсь, к его пользе. Что бы ни творил пес, поверить в его злонамеренность у меня никак не получалось. Тем не менее следовало принять необходимые предосторожности. Как-никак, шасси разведочного зооморфа, служащее ныне телом кадавризированному псу, и помимо его воли способно причинить немало неприятностей.

Может, просто что-то разладилось в сложнейшем магическом приборе, каковым остается всякий, даже самый простой кадавр? Вот и носит Харма по всему замку с непредсказуемыми последствиями. А сам он ни сном ни духом не виноват в творящемся повсюду безобразии…

Жаль, нельзя прямо с центрального поста обездвижить его так же легко, как обнаружить. Но армейскую защиту от магического вторжения с полпинка не обойдешь, даже с мощью целого эльфийского замка. Будь иначе, на фронте тесайрские Воины-Жрецы пачками взламывали бы мозги нашим кадаврам, а анарисские маг-хакеры отвечали им тем же. Уничтожить чудовище из семи металлов, движимое пятью стихиями, куда проще и дешевле, чем перехватить его управление.

Кстати, надо бы озаботиться средствами поимки и обездвиживания пса. Или полного истребления, если уж иначе никак…

Для этого пришлось снова, впервые со времен противостояния Охотничьему Клубу, наведаться в заброшенную игровую комнату моей высокородной. То есть арсенал профессиональной убийцы со столетним стажем.

Увы, долгий путь туда, на добрую четверть суточного оборота замка противосолонь, себя не оправдал. В хозяйстве Хирры нашлось немало средств, пригодных к тому, чтобы отправить за Последнюю Завесу любого из смертных, коротко — или долгоживущих — но ничего, что могло бы остановить взбунтовавшееся шасси кадавра, пусть даже и не самой мощной разведочной модели Мк.IV, вдобавок облегченной за счет удаления сегмента боевой нагрузки и лишней пары лап.

Файрболлы не в счет — в замкнутых помещениях замка применять их себе дороже. Не в том смысле, что ремонт дорого обойдется — эльфы строят крепко, — а в том, что, в отличие от пострадавшей утвари, ко мне самому заклятие экстренного обновления неприменимо. А действие сгущенного заклятием огневого тумана в замкнутых помещениях поистине ужасает. Хуже только единодушно запрещенные всеми воюющими сторонами боеприпасы, снаряжаемые жидким вакуумом, да тесайрская каучуковая бомба, заклятая на тысячу прыжков.

— Фроххарт, есть у нас ловушки, сети или еще что-нибудь в этом роде? — Волей-неволей мне пришлось снова обратиться к дворецкому, пользуясь связью магических шаров.

— Осмелюсь предложить вам охотничий зал Стийорр, хай-сэр, — не замедлил с ответом как всегда исполнительный халфлинг. — Всего три часа посолонь и ярус вверх.

Оставалось лишь поблагодарить его, сетуя на собственную недогадливость. Правда, даже сообрази я самостоятельно, где искать ловчую снасть, не факт, что сумел бы обнаружить ее без помощи дворецкого. В силу принципиального отсутствия интереса к охоте.

Гоняться за чем-то, что даже не собираешься съесть, за-ради пустого времяпровождения — не по мне. В Мекане, понятное дело, любая съедобная тварь шла в котел законным приварком, а шкура ее, в зависимости от прочности, размера и мохнатости — либо на заплатки, подметки да голенища обуви, либо на топчаны в блиндажах вместо тощего казенного одеяла. Да и кинься на меня или кого поблизости какое чудовище — при невозможности удрать прибью незамедлительно и без сожаления. Но впустую, без нужды зверье добывать никогда не тянуло…

Пятнадцать минут, за которые я пешком преодолел три часовых сектора от позднего заката до полуночи, под такие размышления прошли незаметно. А аккурат под охотничьим залом, на главном ярусе оказались те самые лаборатории покойного властителя ау Стийорр, в которых жены почерпнули с утра оборудование для магического расследования телепосыльных чар в приемной.