Альвина Волкова - Стальная: наследие авантюристки (Гордость черного дракона) (Часть 1) (СИ)

Я села напротив зеркала. Зажгла свечу. Сижу, жду и приговариваю: «Суженный мой, ряженный приди. Себя покажи да на меня погляди»! Сидеть пришлось долго. У меня успели окоченеть ног, как вдруг зеркальная поверхность дрогнула. Я даже позабыла, как дышать. Глаза выпучила, пошевелиться боюсь. А в отражении позади меня тени сплелись во что-то огромное и живое. Это что-то заворчало и открыло глаз. Один глаз… но какого размера!! По моим детским воспоминаниям это был глаз три с половиной метра в длину и два в высоту — красный с вертикальным зрачком. Сфокусировав на мне взгляд, он словно отдалился, и я смогла увидеть огромные белоснежные клыки. Разобрать, что же это за чудовище, мне не удалось. Все, кроме глаза, кроваво-красных десен и белоснежных клыков, было глянцево-черным. А оно словно почувствовав мой страх, отстранилось и взревело так, что зеркало треснуло, а я с воплем выбежала во двор. Споткнулась, носом пропахала дорожку в снегу, расцарапала руки и сильно изодрала коленки.

Никому я ничего не рассказала, даже по секрету. Хотя меня и не спрашивали — так сильно я была напугана. Бабушкин сарай, с той поры, обходила стороной. Мне еще долго по темным углам «суженный мой, ряженый» мерещился. Месяц засыпала только со светом. Родители даже хотели к детскому психологу отвести, но передумали.

Я моргнула и остановилась. Мысли веселой каруселью крутились в голове.

— Ну, наконец-то, — фыркнул сидящий на корточках Ласснир, — а то я уже начал беспокоиться.

— Ты, — сказала, как плюнула.

Почуяв неладное, Лохматик поспешил скрыться в неизвестном направлении.

— Я? — не понял моей реакции дракон, — И что?

— ТЫ!!!

Я схватила диванную подушку и со всей дури врезала по этой наглой смазливой морде. Дракон опешил, и не сразу среагировал. Этим я и воспользовалась, еще несколько ударов повалили его на пол.

— Ты зараза клыкастая! Зубастик перерощенный! Мечта окулиста… ТЫ!!! СИДЕТЬ!!! — не переставая дубасить скорчившееся на полу тело, — Да, из-за ТЕБЯ!!! Из-за тебя!!! Я боялась по ночам без света спать!!! ЛЕЖАТЬ!! Суженный, блин, ряженый. Да, чтоб тебе дантист все зубы повыдергивал, и кляп в рот вставил!!

— Какой суженный, ты о чем? — дракон сопротивляться, но как-то вяло.

— Да, чтоб тебя кариес замучил, мутант ящерицы с острова Комодо! Гибрид птеродактиля с крокодилом!

— Ни'ийна, успокойся, ррр! Тфу, — отплевываясь от перьев.

— ЛЕЖАТЬ!!

Выдохлась минут через десять. Осипла и утомилась. Зло, отшвырнув ошметки когда-то красивой бархатной подушки, я удалилась к себе в комнату, неприлично громко хлопнув дверью. Все — финиш.

На смену злости пришла апатия, а так же осознание того, что я натворила. Но даже если он сейчас прибежит меня убивать, — все равно. Мои страхи слишком долго мучили меня.

Я ожидала бури, грома и молний. Вжавшись в кресло, и, обхватив голову руками, застонала. Ну, за что мне все это!? В соседней комнате что-то грохнуло. Я подскочила.

Прислушалась. Тишина. И тут за стеной раздался столь оглушительный хохот, что задребезжали стекла, а меня снесло к противоположной стене.

Прижав руку к оглохшему уху, я вышла в коридор. Все в моем доме ходило ходуном: растрескалось зеркало в прихожей, в дребезги разлетелся дорогой сервиз, упала входная дверь, и, что самое неприятное, из своих квартир повыскакивали до икоты перепуганные соседи.

— Ниночка, а что это у тебя здесь происходит? — пропыхтела Светлана Анисимовна, проталкиваясь между Федором Константиновичем и Ольгой Ильинишной.

Свой любопытный нос главврач нашей районной поликлиники совала в мою личную жизнь чаще, чем кто-либо. Даже родители не были так осведомлены, как эта стервозная дамочка бальзаковского возраста. Удивительно то, что с ней я предпочитала не общаться, а Володя, ее сын, с мамой особо не контачил. С соседями я никогда не откровенничала, да и, если быть честной, предпочитала не высовываться без лишней надобности.

Так из каких же таких источников этот несостоявшийся шпион в юбке узнавал о моих краткосрочных романах, неудавшейся попытке выйти замуж и разрыве с последним бой-френдом!? Эту головоломку мне не удалось разрешить до сих пор. И вообще, что она здесь делает? Она же должна быть на работе?!

— Ничего, — смущенно улыбнулась я.

— Ничего? — красиво нарисованные брови изогнулись, — А что же тогда случилось с твоей дверью? Вчера вечером я слышала жуткий грохот с твоей стороны. Тебя ограбили?

— Нет, меня не ограбили. А дверь…, - посмотрела на упомянутую, словно она могла бы мне помочь придумать правдоподобную легенду, — Ну…. это…дверь…

— Я ее сломал.

При звуке его голоса я вздрогнула и обернулась. Ласснир стоял в коридоре, облокотившись о стену, и ухмылялся точно сытая акула. Рубашка едва ли не трещала по швам, а он еще и рукава закатал. Выглядел дракон как-то иначе, я даже не сразу поняла, в чем дело, но приглядевшись, ну конечно — глаза. Глаза Ласснира были обычными без вертикальных зрачков, красивого золотисто-зеленого цвета.

— Прямо с петлями? — опешил Федор Константинович.

— С петлями, — кивнул дракон.

— А что ж вы…? — проблеяла его супруга, — Зачем же?

— У Нины замок заело, — пожал плечами Ласснир, — Она попросила меня помочь ей. Вот я и помог… Разве что сил не рассчитал.

Такое объяснение устроило бы всех, но только не Светлану Анисимовну.

— А, вы молодой человек, кто будете?

— А это имеет какое-то значение? — дракон сложил руки на груди.

Лучше бы он этого не делал. Верхние пуговицы не выдержали и отлетели, ворот рубашки разошелся. Ольгой Ильинишной ахнула и покраснела. Светлана Анисимовна в своей медицинской практике, видавшая и не такое, только одобрительно хмыкнула.

— Да, молодой человек, имеет. Так кто вы?

— Приятель Нины.

— Ну, Ниночку я знаю давно. И ее приятелей знаю. А вот вас, молодой человек, я вижу впервые.

— Вы так уверены, что знаете о Нине все? — тон, с которым был произнесен этот вопрос, заставил меня вспыхнуть.

Светлана Анисимовна призадумалась.

— Что ж возможно вы правы, но если я узнаю, что вы обманули меня…, - глаза женщины недобро сверкнули, — Лучше вам на самом деле быть ее приятелем.

Такой свою соседку я видела впервые. В груди приятно защемило, и на глаза навернулись слезы.

— Спасибо, Светлана Анисимовна, — подхватывая ее под локоток, — Со мной все хорошо. Он и, правда, мой приятель. Мы просто не так давно с ним познакомились.