Юлия Сотникова - Танцующая со Смертью

Хмуро посмотрев на правителя, я, молча, отвесила ему глубокий поклон, стараясь сгладить первое впечатление.

— Не знала она! Да ты…

— Все в порядке, Грейгор, — улыбнувшись, прервав Чувствующего, правитель поднялся, подходя ко мне ближе. — Так это и есть твоя знаменитая ученица? Любопытно…Весьма любопытно…

— Ученица? — недовольно поморщившись, вновь опустившись в кресло, Грейгор вздохнул. — Скорее головная боль. И что тебе не терпелось? Встретились бы завтра, ничего бы с тобой за это время не случилось. Хотя, зная тебя…

— Ну не такая уж я и безнадежная! — я возмущенно фыркнула, прекрасно зная, что наставник прав, еще ни одно мое посещение столицы не оставалось незамеченным. — У меня слишком серьезные новости, Грейгор, чтобы откладывать их на завтра.

— Не думаю…

— Пусть говорит, видно же, что она не отстанет.

Вздрогнув, я только сейчас обратила внимание на третьего мужчину, все это время остававшегося в тени. Лица его не было видно из-за полумрака комнаты, однако, судя по голосу, он был явно не стар. И очень уставший. Я невольно почувствовала жалость, однако тут же взяла себя в руки, прислушавшись к другим своим ощущениям, уже некоторое время предупреждающим об опасности. Так чувствуешь себя, находясь рядом с хищником, но никак не с человеком.

— Вы не против, правитель? — наставник посмотрел на Ронуэрта.

— Нет, — мужчина усмехнулся, внимательно меня разглядывая. — Раз девочка считает, что новость важна, то пусть говорит.

Почувствовав, как медленно поднимается волна гнева, я заставила себя успокоиться. Ненавижу, когда меня разглядывают! Пройдя вглубь комнаты, я забралась на кровать, подобрав под себя ноги, справедливо решив, что, раз все кресла заняты, то эту наглость мне простят, тем более что в комнате наставника мне известен каждый угол. Немного поерзав, устраиваясь поудобнее, я с интересом обнаружила, что на кровати, с головой укрывшись одеялом, кто-то спит.

— Не смей! — я так и застыла на месте с протянутой к одеялу рукой, удивленно смотря на мужчин, тут же подскочивших с кресел.

— А в чем дело?

— Эль, — мгновенно оказавшись рядом, наставник подтянул меня к краю кровати, настороженно поглядывая на спящего. — Говори быстрее, что хотела и не трать больше наше время.

— Хорошо, — подозрительно оглядев мужчину, я лишь пожала плечами. Все равно ведь узнаю, что здесь происходит. — Недалеко отсюда произошло нападение Дарракши-Лан на деревню, причем жертвами стали лишь дети. Четверо погибли, еще четверых мне удалось спасти. Из разговора с жителями я узнала, что Пьющих Жизнь было двое, мужчина и маленькая девочка, все дети общались с ней до смерти.

— Ты в этом уверена? — правитель напряженно посмотрел сначала на меня, после чего перевел взгляд на незнакомца.

— Да.

— Как тебе удалось спасти остальных? — мужчина, остававшийся в тени, поддался вперед. И вновь появилось чувство опасности, заставившее меня тут же поднять щиты.

Настороженно наблюдая за ним, я поднялась, отходя к окну, чтобы в случае чего, иметь возможность выбраться.

— Что такое, Эль? — Грейгор удивленно следил за моими действиями.

— Это я хотела спросить у тебя, наставник, — обернувшись, я посмотрела на него. — Почему, как только я вошла в твою комнату, меня не отпускает чувство опасности? Даже на Грани я чувствовала себя спокойнее.

— Ты побывала на Грани? — судя по голосу, незнакомец очень удивился.

— По-другому детей спасти я не могла, пришлось рискнуть. Можешь не стараться, Грейгор, — заметив гневное выражение лица мужчины, я недовольно поморщилась. — Мне прекрасно известно, что ты хочешь сказать. Да, я дура, но ты не видел и не чувствовал того, что там происходило.

— Это твоя жизнь, если хочешь уйти за Грань раньше положенного срока, пожалуйста, мешать не буду, — он скрестил руки на груди.

— Брось, мне почти ничего не угрожало, бывать на Грани я привыкла.

— Привыкла?! О, Боги, когда же ты, наконец, образумишься? — Грейгор нервно взъерошил короткие волосы, цвета меди.

— На погребальном костре, да и то не факт, — я усмехнулась, наблюдая за наставником.

— Никогда не слышал, чтобы кто-либо смог ступить на Грань, выжив при этом, тем более, несколько раз, — правитель задумчиво посмотрел на спящего человека. — Мне кажется, это именно то, что нам нужно.

— Нет, это исключено, — Грейгор мгновенно вскочил на ноги, встав перед мужчиной, закрывая меня собой.

Кажется, что-то происходило, но что именно, я совершенно не понимала, удивленно оглядывая присутствующих.

— Больно… — тоненький голосок, раздавшийся с кровати, заставил всех подскочить.

Резко подбежав к маленькой девчушке, показавшийся из-под одеяла, незнакомец опустился перед ней на колени, поднеся стакан воды к губам.

— Выпей, лиарни, станет немного легче.

— Не хочу пить, — девочка отвернулась, болезненно поморщившись. — В груди болит.

Лиарни…Милая. Обращение на языке Древних. Странно, я думала, что на свете больше не осталось никого, кто мог бы на нем говорить. Нетерпеливо отмахнувшись от наставника, попытавшегося меня остановить, я подошла к малышке, присев около нее, даже не пытаясь дотронуться, лишь просматривая ауру. Перед глазами все поплыло, а в висках появилась тупая боль. Не понимая, что это такое, я протянула вперед руку, коснувшись щеки девочки.

— Тьма! — резко отскочив назад, прижимая к телу руку, полыхающую адской болью, я обессилено прислонилась к стене, точно бы оказавшись на полу, однако третий мужчина успел вовремя подхватить меня на руки. — Что это такое?

Почувствовав под собой мягкость кресла, я притянула к себе колени, сжавшись в комочек, изо всех сил стараясь, молча переждать приступ боли. Но она казалась бесконечной. С каждой секундой рука горела все сильнее, заставляя до крови закусить губу. Будто издалека доносились голоса мужчин, но я их даже не замечала, полностью отстранившись от всего происходящего.

Внезапно что-то изменилось. Открыв глаза, я наткнулась на обеспокоенный взгляд ярко-синих глаз с необычными зрачками, имеющими форму звезды.

— Не плачь, — малышка залезла ко мне на руки, вытирая слезы маленькими ладошками. Странно, а я и не заметила, что они катятся по моим щекам. — Прости меня, я не хотела сделать тебе больно, — удивительные глазки закрылись, а девочка вздохнула, свернувшись, будто котенок, у меня на груди.

Боль тут же спала, а малышку начала бить сильная дрожь. Посмотрев на застывших мужчин, настороженно разглядывающих меня с разных сторон, я повернулась к тому, кто до сих пор не представился.