И в горе, и в радости

3

  Они были в пути пятый день. Вас'Вит  видел, что его  молодая госпожа устала с непривычки, из-за чего дорога ей давалась с трудом. И он бы обязательно дал девушке отдохнуть, если бы не приказ барона, вернуть дочь в родовой замок как можно быстрее. А сегодня еще и ось в экипаже сломалась. Им повезло, что на тот момент отряд всего ничего отъехал от постоялого двора, куда они смогли вернуться для ремонта. Вот именно из-за этой непредвиденной задержки они и не успели засветло добраться до следующего места ночевки.

   Отец Вас'Вита был из обедневшего аристократического рода. Чтобы поправить семейное состояние он сразу же, стоило ему получить рыцарство, отправился вместе с войском Его Величества на завоевание новых территорий. Вот только ни славы, ни почета,  ни денег ему не суждено было получить в этом походе, так как в первом же бою он лишился обеих ног. Удивительно как сам выжил. Вот и пришлось неудачливому рыцарю возвращаться ни с чем домой. А через некоторое время он узнал, что дочь местного купца, с которой он провел несколько ночей, перед тем как отправиться свершать ратные подвиги, родила от него ребенка. Понимая, что других детей у него не будет, обедневший аристократ женился на этой девушке, чем смог немного поправить свое финансовое положение. И, конечно же, он признал сына.  А по достижению  Торсиансом десяти лет, с рекомендательным письмом, послал его служить пажом к барону О'Салкарну. Благодаря тому, что мальчик был смышленым и шустрым, уже в четырнадцать лет его определили в оруженосцы, а к двадцати, после боя при Нордасе, он получил рыцарское звание и был приближен к себе бароном, войдя в его личную охрану. Сейчас же ему было оказано неимоверное доверие, которое он собирался оправдать даже ценой своей жизни, если это понадобиться.

   Маленькую хозяйку Истеллу в баронстве все любили. Несмотря на свой юный возраст, она была не по годам очень серьезным и ответственным ребенком. С четырех лет ей пришлось начать использовать свой дар. К десяти годам она его  развила до невероятно высокого уровня. Последние два года урожаи на их землях были богатые и обильные. И тут такое несчастье.

   Когда произошло похищение, а после и гибель ребенка Торсианса не было в баронстве. Его тогда с небольшим отрядом отослали с поручением в столицу. О произошедшем несчастье он узнал из письма О’Салкарна. Последний же приказал ему оправиться в Исидскую обитель и узнать, не проснулся ли дар в средней его дочери. И если это случилось, то немедля привести ее в родовой замок. При этом барон сам проложил путь, которым надо будет ехать, потому что боялся повторения произошедшего. Все же не так много было родов, девушки в которых обладали магией природы и способны были при любых погодных условиях помогать созревать урожаю.

   Множество раз капитан слышал о разорении поместий лишь из-за того, что произошло наводнение или несколько лет подряд была засуха. Поэтому девушек со столь необходимым для процветания земель даром знали чуть ли не поименно. Редко когда кто-то случайно с ним рождался. И тут такое несчастье. Похитителей, конечно же, удалось схватить, но магическая печать не позволила узнать, кто именно их нанял. А раз так, то опасность  похищения второй носительницы дара все еще оставалась. Именно поэтому, Вас'Вит получил приказ не задерживаться и ехать обходными дорогами, а не напрямик.

    Несмотря на нежелание покидать обитель, девушка все же покорно приняла волю отца и стойко переносила все невзгоды дороги. Она ни разу не пожаловалась ни на усталость, ни на то, что будят ее еще до рассвета, а спать она ложится после заката. И даже если останавливаться им приходилось на захудалом постоялом дворе, а то и в таверне при дороге, она молча поднималась к себе в комнату, опустив взгляд в пол, и лишь перебирала четки, молясь богине и благодаря ее за скудный ужин.

  Вот и сегодня,  когда сломалась ось, и экипаж резко наклонился, только чудом не упав набок, из-за чего молодая госпожа ударилась о стенку и рассекла себе бровь, она ни слова не сказала, смиренно вытерпев перевязку, и даже не застонала, когда пришлось обрабатывать рану. Разве что одинокая слезинка прокатилась по ее щеке, тем самым вызвав чувство вины у сопровождающих ее воинов.  А ведь, по-хорошему, ее надо бы показать целителю, или, на худой конец, хотя бы знахарке какой. Но на постоялом дворе при дороге, рядом с которым случилось поломка, никого такого не было. А до следующего селения они добраться так и не успели. И это несмотря на то, что ночь заявила свои права на мир еще несколько часов назад. Из-за этого скорость передвижения пришлось уменьшить, так как горное ущелье, в которое они въехали не любит суеты и поспешности.

     Выслав вперед одного из воинов, чтобы тот проверил дорогу, Торсианс замедлил своего коня, поравнявшись с экипажем, и негромко постучал в дверь. Занавеска на окне тут же отъехала в сторону. Он увидел бледное, осунувшееся лицо молодой госпожи, освещенное тусклым светом магического светильника и в темноте придающего коже девушки синеватый оттенок.  

  - Как вы себя чувствуете, леа Одарита?

 - Все хорошо, - слабо улыбнувшись, бывшая послушница окинула разочарованным взглядом окружающие их темные массивы гор. - Мы скоро прибудем на ночлег?

   - Часа через два. Извините, но раньше никак не получится. Постарайтесь подремать в экипаже.

   - Конечно. Как скажете.

   Ответив, девушка сразу же задернула назад занавеску, скрывшись в глубине кареты. И вновь ни одной жалобы. Выровнявшись в седле Сав’Bит решил отдать приказ немного ускориться, когда один из воинов остановился, сообщив, что впереди завал. И в ту же секунду,  непонятно откуда прилетевшая стрела, пронзила глаз возницы.

   - Нападение. Всем  защищать госпожу.

  Одним слитным движением спрыгнув с лошади, Торсианс приготовился отразить атаку неизвестных. Его товарищи по оружию  последовали  примеру своего командира, окружив экипаж и собираясь защищать его любой ценой.  Вот только честно с ними сражаться никто не собирался, и в защитников девушки полетело сразу же множество стрел.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍