Шрам - Андрей Двок

Доналл Кедрик остановился в шаге от меня и начал буравить тяжелым взглядом. Лицо баронета от гнева пошло пятнами, он тяжело и громко дышал, кулаки до белых костяшек на пальцах сжимали дубину. У бойцов начали сползать с лиц улыбки.

За моей спиной стали скапливаться дружинники, а за спиной Кедрика — его «медвежата». А я стоял и думал, что у меня нет другого варианта, кроме как полоснуть его по горлу, как только он дернется. Когда тишина уже начала звенеть и руки бойцов потихоньку потянулись к оружию, баронет наконец «разродился»:

— Молодец, парень! Ты здорово сражался, — хлопнул он меня по плечу.

После могучего хлопка у меня отчетливо заныло все тело, напоминая обо всех «превозмоганиях», которые пришлось совершить в этом бою. Со всех сторон послышался одновременный облегченный выдох. Лица бойцов расслабились и на них снова появились улыбки.

— Почти как я, — продолжил Кедрик.

Вокруг облегченно заржали. Да и сам баронет открыто и как-то светло улыбнулся. Я недоуменно уставился на него. Для меня мгновенный переход от бешенства к добродушию был очень неожиданным. Глядя на мое лицо, бойцы заржали еще сильнее. У некоторых, вон, даже слезы выступили.

Барон, оставив Доналла Кедрика наводить порядок в своем маноре и озадачив похоронами павших воинов, дал команду на выдвижение дружины домой. Было заметно, что он допускает возможность нападения на замок и очень переживает, хоть и старается не показать этого.

Оказав помощь раненым, мы споро двинулись в обратный путь. Дошли быстро и без проблем. Тессен встречал наш отряд прямо в воротах замка, супруга и сын барона выдержали и дождались его у входа в донжон. Этим вечером, на ужине, в употреблении алкоголя никто никого не ограничивал.

Дружина шумела. Те воины, которые участвовали в отражении нападения северян, делились пережитым. С каждым опустошенным стаканом количество врагов росло, а удары рассказчиков становились все мощнее и точнее. К концу вечера создалось впечатление, что после нашего боя Снежная пустошь окончательно обезлюдела.

Слышал я обрывки разговоров и про себя самого. Товарищи, не жалея красок, описывали батальное полотно, где я ссаными тряпками гонял перепуганных тилинкитов. Молодежь восторженно глазела на рассказчиков, а ветераны понимающе ухмылялись. К себе ощущал в целом благожелательное отношение, и поймал лишь несколько раздраженных взглядов от дворянского стола и один, ненавидящий, — от Фрола. Заметив, что я на него смотрю, он сразу отвернулся.

Набрались изрядно. Я сидел со своим десятком под предводительством Андража. За нашим столом в основном говорил только один человек и это был не я. Андраж, немного расслабившись, щедро делился своим богатым опытом. Достался и мне ценный совет. Десятник сказал, что мои перчатки — дерьмо.

Надевать их вместе с моим доспехом, это оскорбление памяти предков. И надо либо сменить их, либо усилить кольчугой или металлическими пластинками. Пренебрежительно относиться к советам опытного человека глупо, поэтому я решил на следующий день сходить в кузню и проапгрейдить свои перчатки.

Спать я завалился в казарме. Ехать домой по окончанию ужина я оказался не в силах. Эпический герой, вертевший на своем копье тилинкитов десятками, был вынесен Бахусом в одну калитку. Проснувшись с тяжёлой головой, я подержал голову в бочке с водой и занялся делами.

Сходил в замковую кузню и заказал усиление перчаток кольчугой. Выбрал кольчугу, а не металлические пластинки потому, что у кузнеца имелись в наличии обрывки кольчуги, а вот пластинки еще надо было выковывать. Это и решило исход дела. Потом меня выловил Кисил и утащил на тренировочную площадку, где пришлось спарринговать с ним, пока он не выдохся, а из меня не вышел весь хмель.

Пообедав с дружиной, я узнал, что не нужен аж до завтрашнего вечера и убыл в город. Направляясь домой, я автоматически свернул на одну из улочек Торгового квартала и остановил Князя напротив обширного двухэтажного здания с красочной вывеской над входом. На вывеске под вычурной надписью «Камелия» была нарисована стройная девушка, подобравшая до колена юбки и рассматривавшая свою ножку, поставив ее на стульчик.

Похлопав по кошельку, я задумался. Очень хотелось зайти в «Камелию», я давно не общался с девушками, а после боя, этой адреналиновой встряски, «общения» хотелось еще больше. Однако, в таком скверном виде я у Ванды, хозяйки заведения, еще не появлялся.

Не мыт, не стиран. Однако за дополнительные деньги можно все это исправить и прямо у Ванды. Я растерянно почесал затылок. Тут над моей головой хлопнули ставни.

— Шрам! — по улице разнесся звонкий девичий голос. — Ты что встал как не родной? Давай к нам. Я сейчас скажу, чтобы у тебя приняли и обиходили коня. И попробуй только сбежать!

Я облегченно махнул рукой и спрыгнул с Князя. Вопрос решился сам собой...

На следующий день, выбравшись из «Камелии» уже после обеда, я чистый, отстиранный и умиротворенный, едва успев заехать домой и узнав, что там все нормально, убыл в замок. По прибытии доложил десятнику и узнал, что в замке гости. Пришел корабль из Помории. Я тут же двинул к замковой бухте. В замке была своя бухта, небольшая, вмещающая два корабля. Обычно там стояли оба струга барона: двадцатидвухметровый чердачный струг «Жемчужина» и четырнадцатиметровый струг «Тюлень».

Сейчас «Тюленя» в бухте не было. Может, его перегнали в городскую гавань. Она вмещала до двадцати двух судов. Там могли встать на стоянку четырнадцать судов у пристани и восемь — на якоре. А может, барон отправил «Тюленя» по какой другой надобности.

Рядом с «Жемчужиной» же сейчас стоял самый настоящий поморский коч. Он был совсем чуточку короче «Жемчужины», но почти в два раза шире. Весь вид этого судна показывал высокую надежность и мореходность, хорошую грузовместимость и... невысокую скорость. Несмотря на две мачты. На самом корабле я рассмотрел только одного моряка. Тот сидел на палубе, облокотившись спиной о грот-мачту, и замотавшись в плащ. Похоже, помор дрых без задних ног. Ну да, не мое это дело.

Я развернулся и пошел искать лейтенанта, чтобы узнать новости. Нашел Деяна на тренировочной площадке, где он гонял бойцов. На мою удачу, лейтенант был в курсе событий. Попытав его, по старой дружбе, узнал, что делегация поморов из соседнего с нами приграничного баронства Мезен, прибыла с целью договориться о помолвке Кисила с мезенской баронетой Беляной.

Деян просветил меня, что Беон тер Аристи достиг предварительной договоренности с поморами, но гости настояли на том, чтобы совершить совместный рейд на Китовые острова, на разбойничью базу тилинкитов. И при