Гром над Академией. Часть 1 (СИ) - Машуков Тимур

– Это моя сестра, Хидеко Назуми. Сестра, позволь представить тебе князя Владислава Андреевича Громова.

– Можно просто Влад, – сказал с улыбкой я. – Мы же вместе будем учиться, к чему излишние церемонии?

– Тогда и ты зови меня Оз, – довольно отозвался тот. – Мы…

Но наш разговор прервался из-за появления Геннадия Ивановича. Он поднял руку, требуя тишины, и, когда все разговоры затихли, заговорил.

– Итак, расселение прошло успешно и без эксцессов, чему я откровенно рад. Далее, сейчас вы проследуете в лекарский корпус, где вам проведут первичный осмотр и поставят противозачаточную руну. Что? Я услышал смех? Смеяться буду я, когда вы забеременеете, и будете метаться со слезами на глазах, думая что делать и боясь, чтобы об этом не узнали родители. Там же получите форму академии.

Затем отправитесь в библиотеку, где получите учебники. После этого на сегодня можете быть свободны. Завтра будет первый сводный урок. Общие лекции читаются всему курсу, индивидуальные уже отдельным группам. Так, что же я забыл… Ах, да. Столовая работает ежедневно с восьми утра и до восьми вечера. Четкого расписания завтрака, обеда или ужина нет. Можете в любой момент зайти и принять пищу. Кроме того, на территории академии есть магазин, где можно приобрести предметы первой необходимости. Это актуально для первокурсников, особенно если учесть, что за территорию академии их в первый год обучения не выпускают. Исключения составляют аристократы высоких родов и кланов, что прошли инициацию самостоятельно, больше года назад. На этом пока все. Расписания предметов получите каждый на академический планшет, что находится у вас в комнатах. Лекарский корпус находится там.

И он махнул рукой в сторону большого здания, стоящего чуть в стороне от главного здания академии.

Развернувшись, мы дружною толпою, под неутихающие разговоры двинулись в нужную сторону. Увидев Гришу, я подошел к нему.

– Ну, как тебе? – обвел я рукой пространство, показывая, что имею в виду.

– Ты знаешь, здорово, – с энтузиазмом отозвался он. – Столько народа, да и иностранцев много. Я тут таких девушек видел, закачаешься! Надо будет обязательно познакомиться. А Машка Латынина не прошла, прикинь! То ли переволновалась, то ли еще что… Но выдала совсем маленький поток. Сказала, будет пробовать на следующий год.

– Так, только в шестнадцать лет же можно поступать, она не успеет?

– Успеет, у нее еще пять дней будет. Она ж пятого сентября родилась. В этом году закрыли глаза на то, что ей нет шестнадцати, а на следующий год она будет в своем праве. Вы с ней поссорились, что ли? Она, как слышала твое имя, ругаться начинала.

– Да не то, чтобы прямо поссорились. Просто не сошлись во взглядах на прием лечебных ванн. В общем, все сложно, – усмехнулся я.

– А, ну это дело твое. Жалко, что она не поступила, веселей бы было. Хотя и так неплохо. Ух, смотри, как на тебя девчонки смотрят!!!

Оглянувшись я увидел трех смуглых девушек, одетых в странные наряды, что шли рядом с нами, не сводя с нас глаз.

– Это что за Покахонтас?

– Ты уже познакомиться с ними успел? Они из Империи Ацтеков. По одежде не видишь, что ли?

– Да не, не успел. Просто это единственное индейское имя, что я знаю.

– Говори тише, – зашипел он. – А то услышат, кольнут в сердце ритуальным ножиком, и полетишь на встречу с их богом. Ты, кстати, в какой группе?

– Один А сказали.

– Ну да, ты ж Высший. У меня один Ф. Не повезло, чуть до мага не дотянул. Ну ничего, быстро вырасту.

На входе в здание мы разделились. Девушки пошли налево, парни направо. Хотя логичней было бы наоборот, хе!..

Некоторые парни сунулись вслед за девчонками, но под их возмущенный визг вернулись обратно. И на что они надеялись – непонятно.

Медицинский осмотр прошел странно. Нас развели по разным комнатам и принимали по одному, вызывая по фамилии. Очередь шла достаточно быстро, но, как я и подозревал, меня оставили на закуску. Когда, наконец, прозвучала моя фамилия, я уже успел порядком устать и даже слегка вздремнуть на стуле, что стоял у стены.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Медицинский кабинет, куда я зашел, не отличался по виду от тех, что я помнил по прошлой жизни. Только медицинские работники тут носили не белые, а темно-зеленые халаты. Меня встретили внимательные взгляды троих лекарей, ректора и моего куратора, Аллы Евгеньевны.

– Ну-с, молодой человек, – сказал один из лекарей. – Разденьтесь до нижнего белья и встаньте по центру комнаты.

Быстро скинув с себя вещи и оставшись в одних плавках, я прошел в центр. В тот же момент на меня хлынул такой яркий свет, что, казалось, он просвечивал каждую клетку моего тела. Продолжалось это минуты две, после чего свет пропал.

– Так, ясно, что ничего не ясно. Можете одеваться, юноша.

Ничего не понимая, я оделся и стал ждать, что еще скажут местные эскулапы.

– А скажите-ка мне, любезный, – обратился ко мне один из них. – Откуда у вас такое множество шрамов по всему телу? И еще, не могли бы вы уточнить, каким оружием или иным предметом они были нанесены?

– Шрамы как шрамы, – я пожал плечами. – А нанесены когтями.

– Когтями? – подался тот вперед. – А что за животное нанесло их? И они разного размера, значит, подразумевается, что оно было не одно?

– Демоны, – помедлив, произнес я.

– Что – демоны? – непонимающе переспросил мой собеседник.

– Шрамы нанесены когтями демонов. Сколько их было – не знаю, но много и разных размеров, это точно.

Тот удивленно откинулся на кресло и, достав платок, нервно вытер внезапно вспотевшие руки.

– То есть, вы хотите сказать, что на вас напали демоны? И, сражаясь с ними, получив такие ранения, вы смогли от них отбиться, не истечь кровью и выжить? Я все правильно сказал? Ничего не пропустил? – и он бросил странный взгляд на сидящего рядом коллегу.

– Я не чувствую лжи, – ответил тот. – Ну, или по крайней мере, он верит в то, что говорит. И обратите внимание на его тело. Перед нами идеальная машина для убийств. Глядя на него, удивляешься, как мать-природа могла сотворить такое. Мощный скелет, обтянутый жестким каркасом мышц. Отличные рефлексы. Слегка повышенная мозговая деятельность, но, в принципе, в пределах нормы. Реакция зрачка на раздражители превышает обычную в три раза. Посмотрите на его позу. Он же стоит, будто постоянно ожидает нападения.

Я изумленно оглядел самого себя, но ничего такого не заметил.

– За исключением небольших рубцов на коже, которые ему, естественно, не мешают, этот молодой человек абсолютно здоров. А насчет демонов, молодой человек, вы можете пояснить, что имели в виду? И присаживайтесь, в ногах, как говорится, правды нет.

Не видя смысла скрывать информацию, я рассказал о битве с демонами, естественно, не упомянув, что она была частью тренировки и проходила в омуте памяти.

– А где вы с ними встретились, не просветите нас?

– К сожалению, ответ на это вопрос, я дать не могу. Пока не могу. Но в скором времени, вы все узнаете, обещаю.

– Хорошо, пока отложим этот вопрос. Кто то еще хочет высказаться?

– А скажите мне, Владислав Андреевич, каким вы видите свое будущее по окончанию академии? – спросил ректор.

– Для меня главной задачей было и остаётся сделать так, чтобы это будущее было. А плохое или хорошее – абсолютно не важно.

Он долгим взглядом посмотрел на меня, потом перевел его на лекарей, сидящих рядом и, дождавшись утвердительного кивка, сказал.

– Можете быть свободны, пройдите по коридору направо и получите форму. Библиотека находится в главном корпусе. Ее легко найти. Всего хорошего.

– Эй, а руну поставить?

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

– Ах, да, простите, – смутился один из лекарей. Картинно взмахнул рукой – и мне на руку приземлилось маленькое плетение, которое, ярко вспыхнув на коже, тут же погасло.

– Когда захотите ее удалить, приходите к любому целителю. Самостоятельно убирать не рекомендуется. Могут быть проблемы с потенцией.

– Не, не, я не планирую ее убирать, – горячо заверил я улыбнувшихся врачей.