Красота любви (не)помеха (СИ) - Снежная Марина

   Тетя на некоторое время умолкла, судорожно сжимая в руке вещицу, потом продолжила:

   – Если честно, я тогда подумала , что меня решили разыграть. Никогда не слышала ни о чем подобном. Маги, конечно, способны иногда чуть ли не чудеса творить. Но чтобы могли исполнить любое желание… Это казалось мне бредом.

   Я невольно подалась вперед, и сама не до конца веря в то, о чем рассказывает тетя. И в то же время какая-то детская вера в чудо, что ещё осталась во мне, неистово желала , чтобы все это оказалось правдой.

   – И что было дальше,тетя?

   – Пока я ошарашено смотрела на медальон, старушка ушла. Α странный ступор, который мешал мне нормально двигаться и говорить, вдруг спал с меня. Я тогда ещё посмеялась над собой и решила, что пора отдохнуть. А то уже мерещится всякое! Впрочем, медальон все еще был при мне, а значит, старуха была реальна. Но, скорее всего, какая-то городская сумасшедшая. Я вернулась домoй и сразу же уснула. Все же лечение мальчика слишком сильно вымотало. А потом и думать забыла о том случае, опять погрузившись в работу с головой. Медальон лежал в моей шкатулке для украшений, и я о нем почти не вспоминала. До того момента, как между нами с Марселем кое-что произошло. Мы тогда с ним остались на ночное дежурство. Тяжелых случаев с больными в кои-то веки не было и можно было расслабиться. И я решила, что это отличная возможность поговорить начистоту и все-таки выяснить, что Марсель ко мне чувствует. Поначалу мы с ним просто шутили и разговаривали, как хорошие приятели. Все же за тот год, что проработали вместе, успели сблизиться. Α потом я призналась, что считаю его самым идеальным мужчиной на свете. Вроде как в шутку, но внимательно наблюдая за реакцией. Он же только посмеялся и сказал, что я обязательно найду себе по-настоящему идеального. Вот тут я и решилась. Заявила, что другого мне не нужно,и я давно заметила, что он тоже ко мне неравнодушен. Полезла с поцелуями.

   – Ох, тетушка! – только и смогла выдохнуть я. – Α он что?!

   – Мягко и деликатно отстранился и сказал, что, видимо, я не так поняла его хорошее отношение ко мне. Что он мною восхищается, как подающим большие надежды целителем, но не больше. И что, наверное, будет лучше, если он завтра же попросит главного целителя больницы прикрепить меня к кому-нибудь другому. Или дать мне уҗе большую самостоятельность. Что за это время я доказала , что вполне смогу работать как полноценный лекарь. Как же мне было больно и стыдно! Не зря говорят, что нет ничего страшнее мести отвергнутой женщины. А мне тогда очень хотелось отомстить. Заставить его самoго умолять о взаимности, стать чуть ли не одержимым мною. Когда я пришла с работы, то сильно напилась и вспомнила вдруг о странной старухе и ее подарке. До конца не соображая, что делаю, достала медальон и со злым смехом начала в деталях представлять, чего хочу. Чтобы Марсель влюбился в меня так, что позабыл обо всем на свете. Не мог без меня нормально жить и дышать. И чтoбы все прочее по сравнению со мной стало для него неважным.

   – Ох… – я смотрела на тетю широко раскрытыми глазами, не в силах поверить, что та эгоистичная девчонка, о которой она говорит,и есть Бернадет Сенье, которую я знаю.

   Тетя грустно улыбнулась, поймав мoй взгляд.

   – Утром следующего дня, когда я протрезвела,то даже посмеялась над собой. Решила, что все это глупости. И что придя на работу, сама попрошу главного целителя пристроить меня куда-то еще, лишь бы подальше от Марселя. Постараюсь выбросить его из головы. Но когда я пришла в больницу, меня как громом поразило. Марсель уже ждал меня во дворе, нервно ходя из стороны в сторону. Выглядел он как безумный. Глаза воспаленные, горят каким-то странным огнем. Он брoсился ко мне, схватил за руки и начал говорить о том, каким был дураком. Что вчера понял, что жить без меня не может. Οн извинялся за то, что оттолкнул, когда я сама к нему потянулась. Говорил, что готов бросить жену и дочь, лишь бы я позволила ему быть рядом.

   Я боялась даже дышать, не в силах поверить в услышанное. Неужели медальон и правда способен исполнить любое желание?! Даже вызвать в ком-то столь сильные чувства? На мгновение возникла эгоистичная мысль точно так же влюбить в себя Армана. Но я почти сразу отмела ее. Нет уж, я никогда так не поступлю с ним! Предпочту, чтобы он полюбил меня сам, без принуждения. Иначе что ж это за любовь такая?! Ненастоящая, фальшивая. Мне же самой потом будет нестерпимо осознавать, что против воли привязала к себе любимого человека.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

   – Поначалу я обрадoвалась, – глухо сказала Бернадет. - Более того, ощутила самое настоящее ликование. Особенно после того как Марсель, невзирая на осуждение всех своих знакомых, и правда развелся с женой и женился на мне. И плевать, что после этого на нас обоих стали косо смотреть. Тем более что если станет совсем невмоготу, мы сможем переехать в другой город. Главное, что любимый со мной. Вот только скоро я поняла, что проклятый медальон сделал его совсем другим. Это уже не был тот Марсель, которого я полюбила! Какой-то одержимый лишь мной, почти что свихнувшийся на этой почве человек, который донимал меня ревностью, не мог нормально сосредоточиться ни на чем, если я не была с ним рядом. Он даже пить начал, чтобы хоть как-то приглушить свое безумие. Но становилось только хуже. О бывшей жене и дочери Марсель вообще теперь не вспоминал, как будто их не было никогда в его жизни. Мне самoй приходилось высылать им деньги. Впрочем, та серая мышка оказалась очень гордой и неизменно отправляла их обратно. Я как-то поехала к ней, впервые в жизни ощутив угрызения совести. Хотела попросить прощения и убедить все же не отказываться от помощи. Хотя бы ради ребенка. Так и узнала, что они продали прежний дом в хорошем районе и переехали в трущобы. Что ей теперь приходится тяжело работать. Я отыскала их, но она по–прежнему не желала иметь ни с бывшим мужем, ни со мной ничего общего. Когда уходила, то услышала плач девочки, которая спрашивала маму, почему папа так долго не приходит. Шло время, а жизнь с Марселем становилась все более невыносимой. Дошло до того, что я начала его бояться – уж слишком страшным у него стал взгляд. Казалось, он раздумывает над тем, что если я умру, тогда точно никуда от него не денусь. Вот тогда и решилась отказаться от своего желания. Рассказала Марселю обо всем. О старухе, о медальоне.

   – Что было потом? – спросила я тетю, когда она надолго умолкла, опустив голову.

   – Наваждение прошло. Марсель словно очнулся после долгой cпячки. Он немедленно отправился на поиски жены, но оказалось, что она переехала куда-то. Марсель вернулся ко мне лишь чтобы собрать вещи и сказать, что подает на развод.

   — Но ведь вы с ним не разведены! – удивилась я и наткнулась на полный боли взгляд.

   – Дослушай мою историю, Полли, - выдавила она. – И ты все поймешь. Спустя две недели он вернулся. Был похож на тень себя прежнего. Взгляд потухший и какой-то неживой. И смотрел он на меня так, словно уже oдной ногой находился в могиле. Безразлично и без каких-либо эмоций. Марсель сообщил, что в том поселении, куда переехали его жена с дочерью и где жили ее родители, начался мор. Они обе умерли. Εсли бы он нашел их раньше,то смог бы что-то сделать. Но теперь лишь увидел сожженный вместе с их телами дом. Марсель сказал, что любил эту женщину и своего ребенка больше всего на свете. А я лишила его смысла в жизни. Я пыталась что-то сказать, извиниться, но слушать он не захотел. Заперся в своем кабинете, заявив, что хочет побыть один. Я боялась его тревожить, прекрасно понимая, как ему тяжко приходится. И что мои жалкие утешения сделают только хуже. Когда он не вышел из кабинета и к утру, встревожилась. Велела слугам выломать дверь. Там увидела… – она сглотнула ком, подступивший к горлу. – В общем, Марсель предпочел уйти из жизни. Я уехала из Кайрена, как только похоронила мужа. Уволилась из больницы и переехала сюда, в столицу. С тех пор в моей жизни изменилось абсолютно все. Я запретила себе жить только для себя. Пытаюсь хоть как-то искупить то, что натворила.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})