Андрей Имранов - Каменное эхо

Гастен мотнул головой, выражая несогласие:

– Новомодная теория этого вашего, как его… Рахиа Алмары?

– Аламары, – поправила я. – Она вам не нравится?

– Нет. Я читал его книгу «О происхождении богов» и… скажем так, с ней не согласен. Да и вообще – в Мекампе она непопулярна. Рекомендую тебе не упоминать в Ишанне, что ты сторонница его теории.

Я пожала плечами:

– О, я вовсе не ее сторонница. Говоря прямо, я затруднюсь четко определить свое мировоззрение и свою веру. Нет ли богов вообще, есть ли – пока они не вмешиваются в мою жизнь, меня несильно заботит.

Гастен улыбнулся, собираясь что-то сказать, но тут в дверях появился небольшой столик на колесиках, толкаемый невысоким мужчиной в светло-серой одежде. Я даже вздрогнула, ни с чем хорошим этот цвет у меня не ассоциировался, но это оказался всего лишь официант, или как там эта должность называется на кораблях. На столике находился набор посуды и большое, накрытое крышкой блюдо, источавшее восхитительный аромат жареного мяса. Я, несмотря на уже съеденное, сглотнула слюну. Гастен подлил вина.

– В любом случае я рад, что ты осталась жива, – заявил он. поднимая свой бокал.

– А уж как я-то рада, – засмеялась я. То ли вино начало оказывать свое действие, то ли напряжение последних дней потихоньку начало меня отпускать, но я вдруг почувствовала блаженное спокойствие. Кому приходилось неожиданно выйти из тяжелого, казавшегося безвыходным положения, меня поймут. Я отведала мяса, вкус которого ничуть не уступал его божественному аромату, но даже вкусная еда не смогла отогнать вдруг навалившуюся усталость. Я отодвинула тарелку, залпом допила вино и заплетающимся языком произнесла:

– Спас-сибо, Гастен. Мне бы поспать…

Его лицо разочарованно вытянулось:

– Тебе не понравилось мясо?

Я помотала головой, улыбнулась:

– Мясо просто идеальное, выше всяких похвал. В жизни не ела ничего вкуснее. Просто спать очень хочется, сил нет. Извини, Гастен.

Мекампец вскочил:

– Ох, прости меня, я совсем запамятовал, что тебе пришлось пережить. Я-то провел последние дни в лени и праздности, когда ты сбивала ноги на этом острове. Пойдем!

Я благодарно улыбнулась и последовала за ним.

Очутившись в своей каюте, я рухнула на мягкую постель прямо поверх одеял и мгновенно уснула.

Проснулась я от негромкого звука, больше всего похожего на щебетание птички. Протерла глаза, потянулась и с удивлением обнаружила, что лежу, совершенно раздетая, под одеялом, а одежда моя аккуратно сложена на тумбочке у изголовья. Однако! «Любопытное явление», как сказал один доктор монашке, обратившейся к нему по поводу странного вздутия живота. Что-то мой мекампец чересчур расшалился, надо бы его притормозить. Только аккуратно, все же он довольно много хорошего для меня сделал.

Я выскользнула из-под одеяла, быстро оделась и только после этого заметила источник разбудившего меня шума: на резном столике стояла большая позолоченная клетка, и внутри нее раскачивалась на жердочке необыкновенного вида птичка – с длинным хвостом, торчащими веером длинными перьями совершенно невообразимой расцветки, – у меня аж в глазах зарябило.

– Нравится? – Голос за спиной заставил меня вздрогнуть. Гастен! Он что, подглядывал? Я, пылая негодованием, обернулась. – И в мыслях не было! – опередил Гастен мой вопрос. – Воспитанный мужчина никогда себе такого не позволит! А не постучался я лишь потому, что не хотел тебя будить. Хотя ты проспала уже почти сутки.

– А раздеть спящую женщину воспитанный мужчина может себе позволить? – поинтересовалась я желчно.

– Клянусь, я закрыл глаза и ничего не видел. – Гастен приложил руки к груди и крепко зажмурился. – Вот так. И делал все на ощупь.

Он открыл глаза, и такие веселые искры бегали в них, что я невольно улыбнулась.

– Наверное, это было непросто?

– Мм. – Гастен мечтательно прикрыл глаза. – Не то слово, м-леди, не то слово. Провести груженое судно через Макреловы Зубы в сильный шторм и то проще. Хотя, не скрою, куда менее приятно.

Я почувствовала, что краснею, и поспешила сменить тему.

– А что это за птичка? Я таких никогда не видела.

– Неудивительно. Это шарака, или повторяйка. Они питаются только плодами магрова дерева, а оно не растет в холодных краях. Так что в Амаре ты их видеть и не могла… хотя нет, соврал. В Мелисе есть парочка шарак, им магру раз в месяц кораблем привозят. Представляешь, во сколько их содержание обходится?

Я пожала плечами.

– А чего в них такого особенного?

Мекампец хитро улыбнулся, подошел к столику и провел пальцем по прутьям клетки. Птичка встрепенулась, встопорщила перышки и спросила:

– А чего в них такого особенного?

Причем женским голосом, очень похожим на мой собственный! Гастен посмотрел на меня и расхохотался. Это заставило меня собраться, закрыть рот и перестать таращиться на птичку, которая все прыгала по клетке и повторяла: «А чего в них такого особенного?»

– Ничего себе, – сказала я, – это что, магия?

– Ничего себе, – сказала птичка, – это что, магия?

Гастен хихикнул, подобрал со стоящей рядом тарелки какой-то небольшой темно-зеленый плод, открыл дверцу клетки, закинул его внутрь и закрыл дверцу. Птица тут же перестала бормотать про магию, прыгнула к плоду и принялась, негромко щебеча, его клевать.

– Никакой магии. – Гастен подобрал с тарелки еще один плод, ловким движением разломил пополам и протянул половинку мне. – В южных лесах до сих пор можно встретить диких шарак. Они, правда, куда менее разговорчивы и совсем не столь ярки, но даже их можно выучить повторять слова.

Я покрутила в руках половинку плода, понюхала, попробовала. Магра оказалось довольно приятной, напоминала по вкусу яблоко, а по консистенции – сырое тесто. Доела, облизала пальцы.

– Удивительно. – Я покачала головой. – В мире столько необъяснимого… У меня давно уже нет никаких сомнений, что он не возник сам по себе, как утверждают некоторые. Но вот зачем Создателю (или создателям) было нужно все это создавать – мне непонятно.

– Непонятно. Непонятно, – донеслось из клетки.

Я вздохнула и спросила:

– Как скоро мы доплывем до Ишанна?

– Дней за восемь – двенадцать. – Гастен развел руками. – Погода в это время года часто меняется, так что точнее сказать не могу. Но мы в любом случае будем там намного раньше, чем «Сын ветра» – он был и вполовину не так быстр, как «Принцесса».

Я улыбнулась:

– Пусть. Меня ничуть не отяготит и куда более долгий путь в такой приятной компании. А уж в такой приятной обстановке – тем более.

Гастен просто расцвел. Я даже устыдилась немного, ибо слегка покривила душой – терпеть не могу долгого однообразия. Надеюсь все же, что не стану невыносимой к концу нашего путешествия.