Ив Форвард - Анимист

– Не знаю. Просто это беспокоило меня. Мне надо вернуться в колледж, но что, если возвращаться окажется некуда? Алекс ласково пересадил Пылинку на плечо.

– Уверен, там все в порядке, – убежденно сказал Темит. – Может быть, если бы речь шла об Колледже алхимиков, то я легко мог бы представить, как они – по неосторожности – исчезают в облаке ядовитого газа, но вы, анимисты, покрепче этого.

Алекс только вздохнул. «Хочу домой», – печально подумал он, но понимал, что сказать это будет просто ребячеством.

Стена была твердыней города, как и предвидел Генерал. Бельтасские войска приближались, но лучники и катапульты на деридальской стене вели непрерывный обстрел, не давая им подойти слишком близко. Захватчики начали скапливаться как раз за пределами досягаемости катапульт, и их численность все увеличивалась по мере того, как прибывали войска и опускались сумерки.

Медленно темнело; солдаты на стене наблюдали и ждали. Они ждали до полной темноты, а потом завели катапульты на полную силу – раньше они использовались лишь вполсилы – и обрушили на врага заряды крупной картечи и шрапнели. Солдаты и траусы с пронзительными криками бежали под ливнем огня. Один выстрел попал прямо в бельтасский запас черного порошка, и шар красно-золотого пламени был виден с высоты башен. Король Кэрэван хлопал в ладоши и горько жаловался, что его не пускают на балкон.

Во внутренних башнях дворца все успокоилось. Кое-кто даже уснул, судорожно вскидываясь при звуках далеких взрывов. Генерал стоял недалеко от короля, наблюдая за битвой острыми, как у ястреба, глазами, и время от времени давал команды посредством сигнальных флажков. Темит задремал в кресле, а Серра точила несколько больших мясницких ножей. Валенс, с перевязанной ногой, опирающийся на палку, казалось, не мог усидеть на месте и лихорадочно бродил из комнаты в комнату, проверяя и перепроверяя все. Принцесса тоже была беспокойна и металась по комнатам, как призрак заключенной в темницу девы, хотя немногим романтичным девам когда-либо хватало духу ходить со смертоносного вида арбалетом. Алекс, исполняя свои обязанности, наблюдал за Офиром глазами сидящей у него на плече Пылинки, но каждый раз, когда облаченная в белое фигура принцессы появлялась в комнате, он не мог не отвлекаться. Пылинка тихонько ворчала себе под нос и насильно проецировала Офир на его зрение, чтобы помочь Алексу сосредоточиться на непосредственной задаче. Он пытался храбро улыбаться принцессе, чтобы поддержать ее, но она, с крепко сжатыми губами и напряженная, словно не видела его.

Время шло, ничего, казалось, не происходило, и страх и возбуждение постепенно улеглись. Подслушав разговор Генерала с Валенсом, Алекс понял, что стена держится и солдаты отражают атаки захватчиков. Хотя ряды защитников Деридаля редели, похоже было, что превосходное обучение действительно поможет им победить. Алекс, заглянув в один из свободных телескопов, старательно высматривал фигуры грызов среди бойцов на стене, но не увидел ни одной. Он беспокоился все больше и больше, но не считал возможным просить разрешения уйти в разгар осады: это было бы слишком похоже на трусость. Юноша вздохнул и понадеялся, что бельтасцы скоро сдадутся и уйдут домой. Генерал, похоже, считал только вопросом времени, когда они поймут тщетность открытой атаки и предложат переговоры либо приступят к осаде. Алексу отчаянно хотелось начать искать способ помочь больным грызам. Чем больше отстукает времени, тем больше жизней будет потеряно.

Ночь тянулась невыносимо долго; изредка тишину нарушали звуки боевых действий. Офир был спокоен, разве что шумы на заднем плане. Алекс слышал где-то, что война – это долгие периоды ожидания, за которыми следуют короткие периоды внезапного возбуждения. Он понимал, что это – долгое ожидание, когда воцарилась скука, и наконец задремал, привалившись к куче свернутых ковров на вершине самой высокой башни. Ночное небо было темным и мирным. Короткий период возбуждения наступил через несколько часов.

Стена держалась. Ее хорошо строили и хорошо защищали. Расположение Деридаля на холме означало, что атакующим придется преодолевать не только действия защитников, но и крутые склоны. Возможно, деридальцев и меньше, но у них много боевых машин и достаточно солдат, работавших с ними.

Король Бельтар, наблюдающий за сражением с безопасного расстояния – с вершины одного из окрестных холмов, – с раздражением видел, как волна за волной его армия разбивается о гладкую высокую стену и откатывается прочь. Он не был тактиком и в общем-то никогда не оказался бы во главе армии, если бы не ухитрился родиться королем, но обычно численное превосходство было все, в чем он нуждался. Другие города Мирапозы – по большей части мелкие и простые – было очень легко осаждать и завоевывать, и стоило нескольким пасть, как гораздо больше сдалось без борьбы. Он все время откладывал взятие Деридаля: этот город был таким… ничтожным – со своим безумным королем и народом, который в отличие от большинства прочих подвластных ему народов, похоже, был не способен к каждодневным волнениям и сопротивлению. Времени было достаточно; и он всегда планировал это. Хоть, к несчастью, и не морской порт, Деридаль был расположен идеально: в самом центре Мирапозы и близко к нынешней столице. Еще следовало учитывать его удобное для обороны положение, акведуки, крепкую экономическую структуру и плодородные поля, не упоминая уже об очаровательном и удобном дворце. Да, он планировал, когда настанет время, взять Деридаль, перебраться в это приятное местечко и править всем островом из этого бриллианта среди городов. В данный момент, однако, Бельтар смотрел на этот бриллиант скорее как на воспаленный нарыв, отказывающийся быть должным образом вскрытым. Пока он занимался другими делами – другими городами, нашествием крыс, постройкой армады, – Деридаль тихо строил эту массивную стену и чему-то там обучал солдат – совсем не хождению строем. И теперь он видел чему. Это было ужасным разочарованием.

– Чародей! – крикнул Бельтар и огляделся. Нет ответа. Король вспомнил, что надо использовать имя этого типа. – Чародей Чернан!

Чародей остался в замке, но сказал, что, если понадобится повелителю…

Запахло мятой, и перед ним, мерцая, возник Чернан. Король подскочил.

– Ваше величество звали? – учтиво спросил чародей с легким поклоном.

В качестве признания факта, что они воюют, Чернан убрал косы в кожаные чехлы и носил поверх одеяния что-то вроде бронзовой кольчужной накидки. Король не помнил, чтобы видел прежде подобные доспехи, но, в конце концов, и чародей был далеко не обычным.

– Хватит фиглярничать! – огрызнулся Бельтар. – Почему мы не побеждаем, черт побери!