Валерий Иващенко - Горький пепел победы

А здесь эльфы отчаянно пытались восстановить контроль над нефтяными полями - без топлива и, соответственно, гномьих танков их положение оказывалось попросту безнадёжным. День-два, запасы вычерпают - и войне попросту конец. И как говаривал дядька, ухмыляясь в поседевшие усы, "настанет мир, и вот помянешь мои слова - всем станут заправлять бабы"…

- Миномётная батарея на связи! - так внезапно завопил притихший и что-то бубнящий в трубку гоблин, что Вал едва не сбился с осмотра - найти затаившегося в камнях и тощем кустарнике эльфийского пулемётчика это задачка отнюдь не тривиальная.

Краем уха сержант прислушивался к передающему координаты комбату, а сам с нехорошим интересом присматривался к лежащему вроде бы не на своём месте валуну. И в это время сэр рыцарь бросил в трубку короткое "ждите!" и дёрнул его за ногу.

- У нас там вроде несколько пленных эльфов есть? Приведи кого поцелее, - по правде говоря, Вал так и не понял - зачем командиру остроухий. Но заученно козырнул и ужиком, ужиком пополз в тыл, старательно вжимаясь телом в малейшие углубления каменистой почвы.

Честно говоря, ему и самому не улыбалось бросаться в атаку под кинжальные очереди пулемёта, и дядькина идея попросту забросать попавших в мешок парашютистов тяжёлыми минами понравилась куда больше. Но, приказ есть приказ…

И вот он уже притащил в окопчик тощего, грязного и злого как королевская кобра эльфа, которого так оглушило взрывом гранаты, что повязали остроухого живым и тёпленьким.

Бесцеремонно сграбастав худощавого и смазливого даже в таком виде пленного за шкирку, комбат несколькими жестами показал и объяснил тому безнадёжную позицию сотоварищей, а затем стащил обратно в окоп.

- А теперь слушай меня очень, очень внимательно, пидор остроухий, - комбат прокашлялся от набившейся в горло пыли.

- Войну вы проиграли - ну максимум день-два ещё кровушки нашей попьёте, но всё равно вам звиздец. И здесь, как видишь, тоже не вырваться вашим головорезам, - он проникновенно заглянул в потемневшие зелёные глаза. - Но я не стану гнать своих хлопцев в атаку, чтоб додавить этих змеёнышей в ущелье - у меня на проводе ждёт команды батарея тяжёлых миномётов. Соображаешь?

Породистое и гордое даже в таком виде лицо эльфа ничуть не изменилось. Он чуть привстал, опираясь об осыпающуюся стенку окопчика связанными спереди руками, ещё раз мельком осмотрел позицию вокруг, и нехотя кивнул.

- Это понятно, homo, - еле слышно прошелестел его севший голос.

- Так вот, - устало продолжил комбат. - Я не хочу лишней крови - даже с вашей стороны. Война окончена.

Он выдернул из ножен трофейный тесак добротной гномьей стали. И глядя эльфу в глаза, перерезал стягивающие того путы.

- Иди и передай своим - если через четверть часа я не приму от вашего командира сдачу в плен, то на ваши дурные остроухие головы полетят пятидюймовые пирожки с крепкой начинкой… - рыцарь кивком головы указал на гоблина, терпеливо держащего в лапках телефонную трубку с на всякий случай прикрытым ладонью микрофоном. - А могу и летунов вызвать - после вакуумно-магической бомбы вас даже и хоронить не придётся в этом ущелье.

В глазах эльфа что-то мелькнуло. Непонятно что - даже сторожко приглядывающему за ним Валу. Но определённо, взгляд парашютиста стал немного иным.

- Воздушно-десантная дивизия "Галадриэль" в плен не сдаётся, homo - неужели ты этого не знал?

Комбат, казалось, полностью был поглощён раскуриванием извлечённой из-за уха папиросы. Невозмутимо пыхнув чуть резко щипучим дымком, он прищурился в полуденное солнышко, и вроде бы в сторону, негромко проговорил:

- А если вы сдадитесь не армии Тёмного Повелителя, а лично мне, сэру Лестеру, рыцарю благородного и древнего рода?

Над окопчиком воцарилась такая тишина, что разом стал слышен тонкий посвист ветерка над головами и звяканье лопаток в соседних окопчиках, где штурмовики с мудрой солдатской предусмотрительностью углублялись в каменистый грунт по уши - лучше помахать руками, чем схлопотать эльфийскую пулю или осколок.

- Так вот ты каков… наслышан, - эльф подобрался, цепко осмотрел сидящего перед ним на корточках небритого и грязного офицера. - Да, такой враг делает великими и нас… На каких условиях, homo?

- Это я буду обсуждать с вашим командиром, - комбат нагло выдохнул дымок прямо в лицо отшатнувшемуся эльфу, прекрасно памятуя, что курящие среди них так же редки, как и лесорубы. - Сержант, шумни там, чтоб не стреляли.

Вал негромко выкрикнул в обе стороны приказ, несколько секунд прислушивался, как передаваемые по цепочкам команды разбегаются в стороны, словно два огонька по бикфордовым шнурам. А затем, поднатужившись, гаркнул что есть мочи в сторону окружённых в ущелье парашютистов - так мол, и так, мать вашу, и разэдак. Идёт парламентёр и всё такое, не горячитесь там.

- Пошёл, сволота, - он напоследок не удержался, чтобы не наподдать высоким шнурованым ботинком по тощей заднице вылезающего из окопа эльфа. Не для того, чтобы сделать больно, а так… затем приветливо и с улыбочкой воплощённой невинности помахал недоумённо оглянувшемуся парашютисту рукой, и махнул в сторону ущелья.

- Иди уж, златокудрая бестия, - по правде говоря, патлы у эльфа сейчас были такого же рыже-землистого колера, как и оскорблённая в лучших чувствах физиономия.

Но тот понял, и лишь беззлобно оскалился.

Больше всего Вал боялся, чтобы дядьку на переговорах не подстрелили - уж кто-кто, а эльфы на подлянки горазды. Но видать, комбат умел не только командовать, но и убеждать. Да и у остроухих особого выбора не было - в какой мелко изрубленный фарш превратит их несколько залпов тяжёлых полковых миномётов, представлять даже не хотелось. К тому же, одно дело сдаться какому-то вояке тёмных, а совсем другое - прославленному воину, рыцарю старинного рода и всё такое. Тут даже Тёмный Повелитель ничего сделать не сможет. Осталось принести присягу лично сэру Лестеру, и всё.

Держа горячий от полуденного зноя "штурмган" наизготовку - строго под пресловутые сорок пять к земле, сержант пристально всматривался, как редкая цепочка понурых эльфов выходит из ущелья и складывает на полинялом брезентовом полотнище оружие. В основном "страйкеры" и "эльверы", да у каждого ещё и пара-тройка керамических гранат в рубчатой оболочке - гадость ещё та, между прочим. Ведь их осколки в теле ни один рентген не видит.

- Стоять, - негромко распорядился он, и для пущей убедительности повёл стволом. - Тесак забыл отдать, остроухий.

Пошатывающийся эльф с перебинтованным плечом, на котором расплывалось бурое - совсем как у людей - пятно, замер. Медленно, левой вынул из ножен клинок, взял за лезвие другой рукой с мерцающим на пальце обручальным кольцом - а затем слегка согнул. Ага, понятно - пластик с алюминиевым напылением, церемониальная игрушка.