Юрий Погуляй - Счастливые Земли

– Ну? – неприветливо осадил его главный Искатель.

– Прибыли, – почти шепотом сообщил Меч и заговорщицки подмигнул. – Можно сегодня отправляться.

– Когда тайну знают многие – она перестает быть тайной, – фыркнул Друз. – Весь Стургод в курсе, что мы куда-то идем? А Дундэйлу-то сообщили?

Дубина ухмыльнулся:

– Дык, я же все равно с вами иду. – Он повернулся к друзьям спиной и зашагал в лес.

– Сегодня никуда не пойду, – хмуро заявил Гезеш. – Ну их... Завтра!

– Гнев, интересно, попрощаться хоть зайдет? – поинтересовался Джаззи.

– Зайдет, конечно. – Паблар уверенно кивнул. – Не на отдых же едем.

Лагерь Мечей находился от городских стен в получасе неторопливой ходьбы. Возле мелководного озерца, которое легко можно пройти от берега до берега и не замочить головы.

Дубина, отмахиваясь веткой от насекомых, шел впереди и не оборачивался. Зной, комары, мошкара... Гезеш не раз ловил себя на мысли, что прошлые мечты о тепле кажутся такими глупыми! Уж лучше зима. В ушах не жужжит. Тело не чешется от укусов. Да, холодно, но достаточно лишь потеплее одеться.

Миновав замаскированный в ветвях дуба дозорный пункт, Искатели оказались в лагере.

Дубина, все также не оборачиваясь, повел приятелей к центральному костру.

– И впрямь – мадрал. – Джаззи заметил у огня волосатую фигуру.

Нелюдь лениво ковырялся в углях палкой.

– Вот он, – бросил Дубина и подошел к мадралу, сидящему к Искателям спиной. И тут Волкоголовый обернулся.

– Тьма?! – опешил Джаззи. Паблар изумленно ойкнул.

– Все-таки ты – это ты, – сморщил морду старый знакомый. – Впрочем, уверен, что на этот раз все закончится так же плохо.

Тьма! Мы ж тебя, считай, похоронили! – восторженно завопил Джаззи.

Ну, извини, – пожал плечами мадрал и вдруг бросился к шуту. С довольным рыком обняв приятеля, он повернулся ко все еще беззвучно разевавшему рот Паблару и повторил нехитрую процедуру.

Остальным он просто кивнул.

– Когда тех чудаков в золотом покрошил, понял, что мне не по пути на север. Черная Стена – прибежище трусов и слабаков. Удивлен, что вы туда не ушли.

– Старый козлобаран! – Джаззи счастливо раскинул руки.

– Все, заканчиваем радостные визги, – прорычал Тьма. – Я собрал небольшой отряд мадралов. Он ждет нас в Лесу. У реки. Не Гончие, конечно, – при этих словах нелюдь покосился на Гезеша, – но тоже ничего. Пролетим без опаски.

– Сегодня не пойдем, – предупредил Лесоруб, которого нарочитая неприязнь мадрала задела.

– Завтра тоже не пойдем, – оскалился тот. – С Гневом потолковать надо.

– Он же тебя спалит, – задумался Джаззи. – Ты ведь ему ничего не сказал.

– Не спалит, думаю. – Мадрал почесал правый бок. – Надеюсь...

– А я бы поджарил, – вдруг очнулся Паблар.

– Ты бы раньше сдох, – парировал Тьма. – Жив я, и все. Радуйтесь. Почему, когда смерть не настоящая – близкие обижаются или беснуются, а? Будто недовольны, что так вышло.

– Ну, знаешь, друзей терять неприятно...

– Но я-то жив!

– Но мы же не знали! – Паблар хлопнул себя по бедру.

– Теперь знаете, – пожал плечами Тьма.

– Живой, ста-а-рый! – продолжил радоваться Джаззи.

– Цыц! – проскользнуло наружу веселье нелюдя. – Отправимся послезавтра. Мне еще интересно, какого Призрака нам в попутчики втюхают.

– Без понятия, – хмуро ответил Лесоруб.

– А ты молодец, – неожиданно произнес Тьма. – Решиться во второй раз... Молодец! Может, что и выйдет. Хоть я сильно в этом сомневаюсь, но чем Безумие не шутит?

– Выйдет, – Джаззи уверенно кивнул. – С нами Храм! И отовсюду отряды ползут.

– Кстати, а где остальные? – мадрал огляделся. – Старый нытик? Тек? Лир? Рыбак?

– Нет их больше... Один Рыбак остался. Он в деревушке осел, в Эльнан. А Мудрый... Мудрый сволочью оказался, – ответил Родинка.

– Мне он сразу не понравился, – фыркнул Тьма. – Жаль ребят...

– Пойду, железо скину. – Друз зашагал в сторону палатки. Гезеш поплелся следом. Хорошую идею наемник подкинул – сталь надоела. А в город без нее лучше не соваться. Мало ли в какой переулок занесет.

Остальные расселись вокруг мадрала. Им было о чем поговорить.

Из палатки Гезеш не вышел, молча завалился на свое место, завернулся в плащ и долго глядел в потолок. Под серенаду комаров неплохо думалось. Из головы все не шли слова волкоголового. Молодец? Как странно... Гнев его чуть не убил, хотя раньше они были друзьями, а мадрал, сразу же невзлюбивший Лесоруба, похвалил?

Впрочем, скажи Искатель нелюдю то, что он ляпнул Горящему – тут бы смерть и пришла.

Незаметно для себя Лесоруб провалился в сон.

Тихий стук. Вкрадчивый, осторожный и одновременно уверенный. Словно гость точно знал, что его прихода ждут, боятся, но обязательно откроют.

– Не подходи к ней! – одернула Гезеша испуганная Малия, жену (Творцы, он женат?!) била крупная дрожь.

Стук повторился. С улицы донесся чей-то безумный вой, череда проклятий, девичий плач. На этом фоне тихая дробь заставляла оцепенеть от ужаса.

– Не подходи... – взмолилась Малия.

Гезеш медленно прошел к стене, на которой висел старый отцовский клинок. Игрушка абсолютно бесполезная, ненужная... Он никогда не умел с ней обращаться. Знал, как сделать отличный меч, но пользоваться им просто не учился. На кузне такие таланты не требуются...

Он кузнец! Точно! Он же работал в кузне, помощником старого, хромого Туеса! На окраине Фурмагара... Очень любил доспехи ковать! Как раз такие, что были в Ан-Да-Геде!

– Не открывай! – простонала жена. А стук опять повторился, теперь он был настойчивее. Тихо свистнула, покидая простенькие ножны, холодная сталь.

– Иди на второй этаж, спрячься, – Гезеш понимал, что гость ничего хорошего не несет. Звуки на улице говорили отнюдь не об обыденности визита. Случилось что-то страшное.

Малия тут же скользнула в комнату, где наверх вела винтовая (да-да-да, он еще в детстве обожал сидеть на ее ступеньках) лестница.

– Кто? – Гезеш облизнул пересохшие губы и поплотнее сжал рукоять меча.

– Открывай, хозяин, – послышался насмешливый голос... (Где он его слышал?!) – Дело есть...

– Кто таков?! – повысил голос кузнец. Нет, правда, дома и стены помогают, сил придают, смелости.

– Открывай, – повторил гость.

– Вали туда, откуда пришел! Мы никого не ждали! – огрызнулся сквозь дверь Гезеш.

Идиотский смех был ему ответом. Но смеялся не незнакомец. Кто-то другой. Кто-то из соседей...

– Отойди, – вдруг проговорил гость.

– Чего? – не понял кузнец, и в тот же момент дверь с треском сорвалась с петель, сбила Гезеша с ног и грохнулась на пол.