Ярослав Коваль - Могущество и честь

— Как только почувствует силу, которой не нужны будут подкрепления.

— Это уж как сказать, — чародей принял чопорный вид. Ну да, он ещё пока не привык к вольности моих суждений в адрес высшей власти. — Можно покарать лорда, а его армию присоединить к своей, ведь солдаты-то не виновны, они не выбирают, кому служить.

— Сперва эту армию надо будет разгромить. А там уж останется ли, что присоединять…

— Проще разгромить армию, если напомнишь младшим командирам об их долге. И тем самым косвенно намекнёшь на возможности, открывающиеся перед императорскими офицерами.

Я приподнял бровь.

— Да, собственно, это интермировая картина перетягивания полководцев из лагеря в лагерь. Метод кнута и пряника, самый простой и самый действенный.

Хидбар развёл руками и, впервые на моей памяти улыбаясь в ходе подобного обсуждения, отметил:

— А зачем мудрить-то?

Действительно — ни к чему мудрить. Один-единственный ужин и несколько умело сказанных фраз обеспечили Аштии дополнительную армию в несколько тысяч человек, преданность которых пребывает на удовлетворительном уровне: по крайней мере, до тех пор, пока его величество не потерпит серьёзное поражение, или пока целы заложники. Север без малого единым порывом (пусть даже вынужденным) встал под знамёна законного государя, несущего в своих жилах долю демонической крови аж в три четверти таковой.

Только личные отряды Хрустального графа, находящиеся сейчас в Атейлере вместе со своим господином, не вписываются в эту сусальную картину. Сеньор, похоже, планировал сформировать из вассалов второй эшелон. До второго эшелона дело не дошло, и графские войска получил в своё распоряжение противник… Пожалуй, Аше права насчёт стратегического значения этой победы.

Я торопил своих людей и торопился сам к Рохшадеру, больше всего на свете боясь, что нас прихватят на пути, не допустив даже до замковых стен. Собственно, у нас и цель-то — не бить железным кулаком промеж ушей, не вставать стальным заслоном на пути, а просочиться сквозь все возможные изъяны в обороне и потрепать с тыла, когда атаку начнут регулярные войска. На просачивание нам — чуть больше суток. И рассчитывайте, господа, как можете.

Но с другой стороны — а какой вариант вообще могла бы предложить мне госпожа Солор? Диверсионные войска, как и разведывательные, всегда движутся в отрыве от основной армии. Последняя производит слишком много шума и поднимает чересчур большой переполох, чтоб поблизости от неё мог проскакивать незамеченным даже самый малый отряд. Такие, как мы, передвигаются стремительно, скрытно и на свой страх и риск. Им никто не гарантирует безопасности даже до вступления в первый запланированный бой. Зато при абсолютной осторожности и удачливости результат, как показывает практика в Хрустальной провинции, может оказаться ошеломляющим.

Я, конечно, не рассчитывал на такую же удачу, как в Хрустале, но подспудно трепыхалась надежда — а может, повезёт так же? А вдруг? Ну бывает же… Всякое бывает…

Мысль, что не стоит себя расхолаживать подобными соображениями раньше времени, пришла лишь раз, и то довольно вяло. Меня успокаивало единственное соображение: я не суеверен. А быть более подтянутым и внимательным, чем сейчас, не смогу — езда в седле требовала максимума моей сосредоточённости и воли (пластуна мне всё же не досталось). Но даже если вдруг я ненадолго отвлекусь, есть Аканш, Ильсмин и Ревалиш, есть другие офицеры, которым тоже хочется жить, успешно завершить операцию и получить за это все причитающиеся плюшки.

Отряд шёл в основном ночью, днюя в глубине леса и выставляя обильные дозоры, чтоб миновать глаза обывателей. Благо хоть Рохшадер не был провинцией дроворубов и углежогов, здесь редко встречались промысловики, и на отряд мог наткнуться разве что какой-нибудь случайный охотник на зверя или другие дары леса. А такой пока до деревни доберётся, да пока всем расскажет, да пока слух распространится… Словом, болтайте на здоровье, господа штатские, только с ножами не кидайтесь — и будете целы.

Изнемогая в пути от боли в спине (конь попался с тряской рысью), я время от времени вытаскивал карты области и показывал их Ильсмину. Тот без особого труда обозначал наше местонахождение — разведчики-конники докладывались ему. Периодически над картой появлялся Аканш — в этом походе у него разом оказалось слишком много обязанностей, и немыслимо было требовать от него ещё и постоянно торчать поблизости от меня.

Рохшадер оказался умеренно гористым, умеренно лесистым, не слишком густо населённым. Он славился своими ремесленниками, в частности скорняками, своеобразными винами, великолепными породистыми лошадьми, но, к счастью, пастбища и виноградники занимали здесь далеко не всё пространство. Было где спрятаться от посторонних глаз. Если я верно понял, из этой провинции везли ещё зерно, овечью шерсть и дары моря, но это уже нас не касалось. По предгорьям мы должны были пройти спокойно.

Нашей целью был замок Рохшадер-Малый. Его название, однако, не свидетельствовало о том, что имеется и какой-то Рохшадер-Большой. Помимо Малого провинцию защищали Морской и Горный замки, но последний, как я понял из пояснений Аштии, находился в руках одного из ставленников императора. Войск у него немного, однако крепость он удержит, так что на её счёт беспокоиться не требовалось. Оставались две твердыни, и Морская встала второй на очереди. Оно и понятно, до неё дольше добираться.

— Вот, — Ильсмин расстелил передо мной искусно написанную на шёлке карту замка и окрестностей. — Удобнее всего будет подойти к замку вот с этой стороны, — он аккуратно кольнул ткань кончиком ножа. — Правда, придётся заложить дугу в обход этой вот горы и озера, и можно побеспокоить местное население, если не повезёт…

— Везение тут ни при чём, осторожнее надо быть. За ночь успеем обойти?

— Успеем, точно. Но ночь на это уйдёт.

— То есть на месте окажемся только к утру… Не радует… Есть идеи, как можно было бы атаковать замок на рассвете?

— На рассвете — это если успеем. В принципе… Вот с этой стороны в стене имеется задняя калитка. Она наверняка будет закрыта, но можно попробовать снять дозорных вот здесь и здесь… С этой стороны обзор у гарнизона хуже. Можно воспользоваться этим преимуществом.

— Но не при свете же дня! Так, поднимай ребят, выступим в сумерках и попробуем за ночь пройти чуть больше, чем обычно.

— Но ведь не в ущерб скрытности, командир.

— Нет, не в ущерб. Ни в коем случае.

Всё-таки лес вокруг был жидковат, большую армию не спрячешь. С одной стороны, хорошо, что у меня так мало солдат, с другой — чем их меньше, тем выше шанс, что они лягут ещё у стен. Война, конечно, но бойцов жалко. Нам предстояло за ночь проделать путь в полтора наших ночных перехода, и при этом не вымотаться настолько, чтоб потом у финиша лечь и сдохнуть. Ящеров нельзя было погонять в лесу — они бегут не разбирая, маневрировать ими сложно, расшибут себе что-нибудь, и мы останемся без ящеров. Даже мой конь с этой точки зрения лучше, чтоб ему пропасть…