Гэв Торп - Warhammer: Битвы в Мире Фэнтези. Омнибус. Том I

Земля тряслась, колонны падали — остров Пламени охватило землетрясение. Остров колыхался, и Каратриля швыряло направо и налево. Он едва успел отскочить в сторону от сыплющейся сверху черепицы — та с треском рассыпалась по мраморным плитам.

Над головой собрались темные тучи, и остров поглотил мрак. Засверкали молнии, подул леденящий ветер. Громовой рев сотрясал землю. Среди рева и грохота Каратриль услышал перепуганный крик: вопль чистой боли пронзил ему душу.

Внутри храма князей, жрецов и рыцарей швыряло из стороны в сторону. Скамьи катались по полу, столы опрокидывались. Со стен и потолка сыпалась штукатурка. По плитам разбегались широкие трещины, а у восточной стены открылся пролом в три шага шириной, откуда вырвался удушающий столб каменной пыли.

Пламя Азуриана бледнело, из темно-синего оно стало ослепительно-белым. В его середине виднелся силуэт Малекита с распростертыми руками.

С оглушающим хлопком священное пламя вспыхнуло, наполнив зал белым светом. Внутри огня Малекит упал на колени и схватился за лицо.

Он горел.

Князь запрокинул голову и закричал — пламя пожирало его. Крик боли заметался по храму, отражаясь от стен и становясь все громче. Извивающийся в огне силуэт медленно поднялся на ноги и выскочил из пламени.

Дымящееся, обгорелое тело Малекита рухнуло на пол — лежащий рядом коврик вспыхнул, в воздух поднялась сажа. Почерневшая плоть и расплавленные куски доспеха падали на землю. Князь протянул перед собой руку и снова упал. Его одежды сгорели, тело местами прогорело до кости. Лицо казалось черно-красной маской, с которой смотрели темные глаза без век. Из лопнувших вен поднимался пар. Князь Нагарита содрогнулся и замер… — Азуриан вынес свое решение.

Скоро весь Ултуан поглотит пламя.

Король Теней

Часть I

Дитя Курноуса

Смута в Нагарите

Неотступная Тень

Предательство Малекита

Глава 1

Юный охотник

В эпоху своего правления первый Король-Феникс, Аэнарион-Защитник, основал в суровой северной области Ултуана княжество Нагарит. Там наггаротты — так называли подданных Аэнариона — изучали искусство войны и создали внушительную армию для защиты от демонов Хаоса.

Оплотом Аэнариону служила неприступная крепость Анлек — там он жил со своей королевой Морати и держал двор. Там они произвели на свет сына, Малекита. На пике своей власти, когда до победы над демонами оставалось совсем немного, Аэнарион погиб, и правление Нагаритом перешло в руки его сына. Малекит исполнил обещания отца и защитил земли и состояние князей, которые сражались бок о бок с Аэнарионом. Но затем его увлек дух войны и приключений, и Малекит отправился сражаться в колонии.

Вторым после великого Каледора Укротителя Драконов король Аэнарион почитал Эолорана из дома Анар, который был знаменосцем Короля-Феникса. Ему Малекит отдал лежащие среди холмов и подножий Кольцевых гор земли на востоке Нагарита. Эолоран правил от имени Аэнариона и Малекита, и его подданные наслаждались покоем и благополучием.

Он был мудрым князем и расширял влияние своего дома, не вступая в конфликты, хоть и отправил сына Эотлира ненадолго в колонии, чтобы тот узнал, что такое война. Княгиня погибла во время войны с демонами, после ее смерти Эолоран стал замкнутым, но тем не менее никогда не отказывал в помощи низкородным дворянам Нагарита. Шли годы, и стремящиеся к свершениям князья обретали известность — деяния Эолорана начали стираться из памяти эльфов за пределами Эланардриса.

Когда Малекит покинул Нагарит и отправился на завоевание новых земель, в его княжестве стали прорастать всходы раздора. Морати завидовала дарованной Эолорану власти, к которой тот прибегал лишь изредка, и плела интриги, чтобы поссорить дом Анар с остальными княжествами Ултуана. В то же время вдовствующая княгиня все больше прибирала к рукам власть над Анлеком и Нагаритом. Эолоран не желал говорить о заговорах даже со своей семьей, так что родным оставалось только догадываться, какие планы строит старый эльф для возрождения семейной славы и строит ли вообще. Эолоран запретил всем жителям Эланардриса посещать Анлек и довольствовался тем, что рассылал другим князьям письма, напоминая о полученной столетия назад помощи и принесенных дому Анар клятвах верности. Сын Эолорана, Эотлир, пытался поддерживать былой статус княжества, но его не отпускало чувство, что грядут перемены. Он не мог объяснить, что именно его настораживало: какие-то видения на краю зрения, звуки за пределами слуха, неуловимый запах в воздухе.

Стоял сезон холодов тысяча сорок второго года правления Короля-Феникса Бел Шанаара. На родине анарцев гулял северный ветер и нес с гор зимний холод. С высоких вершин, неторопливо вихрясь, летел снег. Дальние опушки сосновых лесов накрылись белыми шапками, и суровая зима с каждым днем подбиралась все ближе. Майет плотнее завернулась в длинную шаль из темно-синей шерсти — они с мужем Эотлиром стояли в саду особняка Эланардриса. Князь обнял ее за плечи и улыбнулся.

— Внутри ждет тепло очага, зачем ты стоишь на холоде? — спросил он.

— Слушай, — ответила женщина.

Оба замолчали, и какое-то время тишину нарушал только шелест ветра. Затем до них донеслось отдаленное карканье.

— Одинокая ворона зимой, — произнес Эотлир. — Думаешь, это плохой знак?

— Да. Хотя вряд ли он сулит что-то худшее, чем полный дом нежданных гостей из Анлека, которые ищут у нас убежища.

— Это временно. Когда-нибудь князь Малекит вернется и положит конец выходкам Морати. Нам нужно набраться терпения.

— Выходкам? — Майет горько рассмеялась. — Ты называешь убийства и разврат «выходками»?!

— В Анлеке много ее сторонников. Но хватает и тех, кто считает правление княгини незаконным и готов сопротивляться.

— Когда? — требовательно спросила Майет. Она высвободилась из объятий мужа и уставилась на него. — Уже много лет они ничего не делают, и мы тоже бездействуем.

— Морати — мать князя Нагарита, вдова Аэнариона; откровенный бунт против нее будет считаться предательством. На данный момент достаточно того, что мы правим своими землями и не пускаем сюда охватившую Анлек проказу. Если Морати попытается открыто посягнуть на нашу власть, то ее ждет гораздо более сильное сопротивление, чем она предполагает.

— А как же Тарной, Фаергиль, Лохстет и прочие, которые сейчас живут в нашем доме и боятся вернуться в Анлек? — спросила Майет. — Разве они не князья Нагарита? Они тоже когда-то считали, что Морати не посмеет открыто выступить против них.