Оксана Панкеева - Рассмешить богов

Теперь разыскивать короля, наверняка занятого чем-то важным, было бы глупо – не хватало только вломиться к нему в кабинет именно в тот момент, когда он иностранных послов принимает, и какую-нибудь высокую дипломатию его величеству подпортить. Оставлять Диего тоже не хотелось, – не дай бог, выбежит из комнаты и с кем-нибудь подерется. Чтобы самому себе доказать, что он на что-то способен, а то бедняга так переживает… Во время сегодняшней заварухи в Хине он метнул в неизвестного злодея сразу два ножа с двух рук и не достал гада – это и было причиной его ужасных переживаний. Если подумать, так Диего и не виноват – он же не промахнулся и не знал, что злодей в броне. Но, будучи в расстроенных чувствах, мистралиец был уверен, что именно виноват, и не иначе, потому что должен был сразу сообразить и не в корпус целить, а в лицо. Тогда бы попал. Убеждать его было бесполезно, цитировать поговорку о теоретических аспектах выращивания грибов во рту просто жестоко. Оставалось смириться с неизбежными капризами больных людей и временно побыть для них родной матерью, а по совместительству и психотерапевтом.

Итак, как раз в тот момент, когда Ольга с подобающим сочувствием выслушивала очередное выступление принца-бастарда о том, как он мог так недостойно и неподобающе поступить с королевой Глафирой, где-то неподалеку раздался взрыв и жизнерадостное «дзыннь!» бьющегося стекла.

– Опять Мафей что-то учудил? – предположила Ольга, встревоженно оглядываясь.

– Тханкварра! – простонал Элмар, подхватываясь с кресла. – Это не в башне, а в центральном крыле! В кабинете или приемной! Ты не знаешь, Шеллар там?

– Там, – еле слышно подтвердил Диего, и его лицо в одно мгновение сделалось… не то чтобы бледным, но намного светлее, чем обычно. – Долбаные демоны дери этого посланника! Почему король не взял меня с собой!

Ольга быстро вскочила и дернула его за рукав, не дожидаясь очередного сеанса самобичевания:

– Бежим скорее!

Бежать надо было недалеко, но при виде переполоха, который творился во дворце, Ольга успела вообразить себе полнейший конец света. У двери приемной собралась толпа любопытных и перепуганных придворных, сквозь которую Элмар прошел напролом, как бульдозер, расшвыривая всех, кто не успел сам убраться с его пути. За ним, пользуясь образовавшимся проходом, устремились Диего и Ольга, так и не выпустившая из рук рукав своего друга. Азиль ухитрялась проскальзывать между столпившимися людьми, даже не задевая их. Два стражника у двери, бледные и слегка испуганные, торопливо шагнули в стороны, пропуская Элмара. Диего, Ольга и Азиль успели проскочить за ним, прежде чем стражники опомнились и опять загородили дверь.

В приемной стоял противный, тошнотворный запах и кипела бурная деятельность. Разумеется, первыми здесь оказались маги, способные к телепортации, и стражники, чьи посты находились ближе всего. У двери, которую перекосило и сорвало с одной петли, лежала без чувств молодая магичка. Рядом стоял Марк, отпихивая от щели рыдающего Мафея и объясняя ему, что не стоит туда заглядывать, и вообще, детям, женщинам и Жаку надо запретить входить в приемную. Господи, что же там должно было произойти, в этом кабинете, если волшебница в обморок упала, а Мафею вообще смотреть не дают?

Белый как смерть Элмар метнулся к двери, легким мановением руки отодвинул в сторону Мафея вместе с Марком, заглянул в кабинет и тут же отшатнулся назад.

– Что? – дрогнувшим голосом спросил Диего, пытаясь заглянуть через его плечо.

– Выгони отсюда женщин, – с трудом выговорил Элмар, тяжело дыша, словно ему не хватало воздуха. – Мафей, найди мэтра Истрана. Срочно. Марк, что с дверью? Почему все в щель заглядывают?

– Замок заклинило, – пояснил Марк. – Ломать надо.

Мафей послушно исчез в телепорте. Кто-то из особо исполнительных придворных вывел в коридор бледную, испуганную Азиль. Ольга отступила за ближайший шкаф, опасаясь, что ее и вправду выгонят, но Диего, похоже, не рвался исполнять приказы его высочества. Вся его деятельность по изгнанию из помещения женщин ограничилась тем, что он оттащил в сторону бесчувственную магичку и поручил ее заботам коллеги, после чего тут же вернулся к двери, которую Элмар как раз пробовал на прочность.

– Что там? – опять спросил мистралиец, пытаясь заглянуть через плечо принца-бастарда. Тот тихо ругнулся в ответ и проворчал:

– А ты как думаешь?

– Что-нибудь видно? – продолжал допытываться Диего.

– А ты как думаешь?! – заорал Элмар и в отчаянии несколько раз ударил в дверь кулаком, отчего перекос слегка выровнялся. – Так хочется посмотреть? Видно! Много крови, мяса и дерьма! По всему ковру! Ты доволен?

– Стол видно?

– Стол? При чем тут стол, тханкварра!

– Король всегда сидит за столом. Может, он до сих пор там. Может, он… уцелел. – Диего повторил попытку заглянуть через плечо двухметрового паладина и с отчаянной мольбой в голосе добавил: – Стол-то дубовый…

– А это… – Элмар судорожно сглотнул и мотнул головой в направлении кабинета, – Это… кто?

– Это посланник, наверное. Он всегда стоял в центре кабинета… Далеко от короля…

Вдохновленный хоть какой-то надеждой, принц-бастард тут же отскочил на пару шагов и со всей дури ударил в дверь плечом. Дерево треснуло, однако металлические полосы, которыми дверь была окована, не позволили ей развалиться.

– Элмар, – напомнил Диего, – она наружу открывается.

Принц-бастард кратко послал советчика, куда обычно посылают, и попытался потянуть дверь на себя, ухватив за отогнутый край. Затем отобрал у Марка алебарду и попробовал воспользоваться ею в качестве рычага, отчего она тут же сломалась. В отчаянии выдав еще несколько варварских ругательств, принц-бастард пнул упрямую дверь сапогом и воззвал, уже чуть не плача:

– Шеллар! Ты там? Ты жив или нет? Отзовись! Ответа, разумеется, не последовало. Если король и остался жив, вряд ли он был в сознании.

Когда появился мэтр Истран, Диего как раз намеревался расстрелять замок из пистолета и, похоже, был слегка разочарован, что необходимость в дополнительных разрушениях отпала.

– Почему в помещении толпа? – первым делом спросил придворный маг с раздражением, обычно ему несвойственным. – Ваше высочество, почему, как только возникает необходимость в вашем руководстве, вы оказываетесь совершенно неспособны выполнить свою задачу? Чем, позвольте спросить, вы заняты и почему до сих пор не осмотрели кабинет?

– Дверь! – коротко рявкнул принц-бастард, из последних сил стараясь скрыть истерику за агрессивным рычанием.

А вредный мистралиец, с горя утратив последние остатки вежливости, сердито спросил, чем был занят сам почтенный мэтр, что его так долго пришлось искать. Мэтр как бы между делом отвесил ему отеческий подзатыльник и сердито поинтересовался: не желает ли кабальеро утратить дар речи на пару лет или все-таки предпочтет помолчать в ближайшие полчаса?