Четвертый месяц осени - Алексей Чернояров

комнату и усадили за стол. На мои руки одели кандалы, прикованные к полу. Длина цепей была достаточной, чтобы я мог свободно двигать руками и, возможно, даже встать на ноги, но дальше уйти они бы мне не позволили. Возможно, пока все это происходило, я мог вырваться, но у меня просто не было сил.

Мне принесли еду, после того как я поел, меня отвели в ванную и отмыли там, после чего привели в порядок мои волосы, укоротив их, а также побрили меня. Все это время я вел себя абсолютно спокойно, пытаясь набраться сил. Мир вокруг стал понемногу обретать привычные очертания. После того, как меня привели в порядок, меня уложили в кровать, не забыв приковать руки и ноги, после чего я впервые за долго время смог заснуть.

***

Я стоял между решеток, одна из которых вела на арену. После того, как я проснулся меня ждал легкий завтрак, одевание в легкую броню и выведение к арене. На моем поясе висел меч, а публика вокруг, что-то скандировала на неизвестном мне языке. Дверь передо мной открылась, и я вышел на арену.

С другой стороны, вышел мужчина, он был немного ниже меня ростом и вооружен рапирой, также у него на поясе в ножнах была еще одна рапира, клинок которой, судя по всему, был несколько шире того, что был у него в руках и сама рапира была массивнее, но все это было, вряд ли, подходящим оружием против тяжелого меча, которым был вооружен я. Это было похоже на какую-то шутку, и я не совсем понимал, что я должен делать.

Мужчина вышел на центр арены и стал ждать там меня. Я последовал его примеру, и как только я достиг центра, он атаковал меня сделав выпад. Тут мне сразу стало понятно, что именно нужно делать, увернувшись от удара, я обрушил на него сверху свой клинок, и он парировал этот удар своей рапирой. Моему удивлению не было предела, я думал, что он, скорее всего, увернется, но его рапира, каким-то образом, смогла парировать удар моего тяжелого клинка. Мужчина стиснул рукоять, и его клинок будто бы сам отбил мой меч в сторону. Прежде чем я успел, что-то понять он ударил меня плечом в грудь, резко двинувшись вперед. Я потерял равновесие и тут же получил мощный удар в челюсть. Он схватил меня за левую руку, и прежде чем я успел понять, что именно происходит, он свалил меня на землю и нанес еще несколько ударов ногами в грудь, после чего ударил меня по руке, в которой я держал клинок. Я выронил меч, после чего он убрал свою рапиру в ножны, поднял с земли мое оружие и отшвырнул его в сторону, а затем вернулся в центр арены.

По трибунам пронесся гул, зрители явно не одобрили действий моего соперника. Они, наверняка, ждали, что он убьет меня, но он не стал этого делать, почему же? Я встал на ноги и, подойдя к своему мечу, поднял его с пола. Все это время мой соперник спокойно стоял в центре. Что же он хочет?

Мы снова сошлись, и на этот раз я уже не был столь опрометчив как в первый раз. Я двигался быстрее и уже знал, что его рапира способна парировать мои удары подобно мечу. Сейчас моя форма была далеко от идеальной, но я не собирался проигрывать.

Атака сменялась атакой, инициатива переходила то ко мне, то к моему сопернику, и так прошло добрых пять минут. Понемногу начинало казаться, что эта дуэль затянется надолго, но тут мой соперник сделал вновь то, чего я не ожидал, сделав несколько ложных выпадов, он вроде бы перешел в оборону, но, когда я только собрался атаковать его, он резко прыгнул вперед на меня и вновь нанес мне удар плечом в грудь. Он вновь схватил меня за руку, и я вновь оказался на земле.

– Ты ведь даалец? – спросил он меня, на языке Промессы.

– Да, ответил я.

– И ты тоже пленник?

– Да, – я не знал, почему я честно отвечал ему, но, в конце концов, сейчас его клинок был приставлен к моему горлу, и это означало конец для меня.

– Понятно, почему ты так двигаешься. Я собираюсь сбежать отсюда и, надеюсь, что ты присоединишься ко мне. Нам нет смысла сражаться и удовлетворять публику. Здесь есть несколько лучников и порядка тридцати стражников, вдвоем у нас есть шансы, я атакую принца, чтобы заставить их переместиться в переднюю часть зала, после чего проделаю для нас выход в противоположную сторону, так мы отрежем их и сможем бежать, нам лишь нужно будет быстро вырубить стражу на выходе, так что начнем.

Этот воин сказал слишком много всего, и я даже не смог до конца оценить и понять его план. Мой недавний соперник, сопровождаемый гулом с трибун, подошел к той части решетки, что отделяла арену от восседавшего на троне человека, который, видимо, и был принцем.

– Вам, что-то угодно сэр Блейк? – спросил принц у моего соперника.

– Да, хотел пригласить вас к нам на арену, – ответил Блейк и достав вторую рапиру нанес ей удар по клетке, разрубив ее.

По залу прокатился удивленный вздох, после чего на мгновение остолбеневшие стражники ринулись к королю, а лучники натянули тетиву и выстрелили. Блейк отбил одну стрелу и увернулся от другой, после чего резко побежал к противоположной от принца стене арены. На ходу он отбил еще одну стрелу и затем в четыре удара прорубил путь на свободу. Стража, охранявшая выход из зала, ринулась на него, их было шестеро и четверо из них были вооружены копьями. Этот человек определенно был сумасшедшим, но его жажда выжить и выбраться отсюда была выше всяких похвал, это было, именно то, что хотел обрести я. Я должен выбраться отсюда. Встав на ноги и подняв клинок, я ринулся к проделанному выходу. Пока я мешкал, стража, которая переместилась было к принцу, уже практически вернулась назад к выходу из зала. Мой новообретенный товарищ смог ранить одного из копейщиков, но даже он был не способен победить всех за несколько десятков секунд.

В нашу пользу играло то, что лучники перестали стрелять, так как не хотели попасть по своим. Я выбежал с арены и мощным ударом разрубил стражника, который собирался проткнуть спину моего товарища. Копейщики, что бились с ним, на мгновение отвлеклись на меня, и Блейк сразу воспользовался этим, разрубив двух из них клинками. В