Не драконь меня, ведьма! (СИ) - Гром Мира

Тим вздохнул:

— Ксана, милая, не надо тебе этого знать…— попытался съехать он. Не тут то было!

— Тим, мы с тобой команда? Мы инспектора? Мы равны?! – засыпала я его вопросами, не дав договорить.

— Да. – В его голосе читалась такая обреченность, что я почувствовала себя гадиной, бьющей туда, куда бить не следовало.

— Тогда рассказывай, — я примирительно юркнула ему под руку и положила голову на плечо.

Инспектор приобнял меня за талию.

— Дай мне слово, Ксана. Дай слово выслушать и не истерить. – Голос жесткий, чужой. Я даже поежилась.

— Я обещаю тебе сперва проанализировать, потом давать реакцию, – вздохнула я, оставляя все же лазейку, если истерики миновать не удастся. Что он может мне такого рассказать, от чего я не выдержу по его мнению? Про какую-нибудь бывшую подружку? Так не страшна мне уже ни одна баба, он мой, мой и точка! Так с чего бы переживать. Но что тогда? Додумать мне инспектор не дал. Все это время он усердно сжимал в руках кружку, и вот она лопнула, разлетелась на три части, звонку цокнув об стол. Я тут же схватила его за руку, нет, не порезался…

***

— Пять лет назад я совершил страшную ошибку, — начал рассказ Тим, даже голос у него стал сдавленный, севший, словно мой дракон вот-вот готов был разрыдаться…— в одном из миров появился сумасшедший бог, он подчинил своей воле каждого жителя мира. Все разумное, что когда-то жило и радовалось, за месяц превратилось в безвольное стадо рабов. Мир встал на грань исчезновения… Тогда Демиурги приняли решение отправить опытного инспектора на решение проблемы, — Тим говорил, а глаза его едва заметно поблескивали от рвущихся наружу слез,— уж не знаю, где я так нагрешил, но выбрали именно меня. Я начал искать сумасшедшего бога, рыскал по всему миру, как слепой. Никто не мог указать дорогу, никто не желал общаться…— инспектора затрясло, он, не мигая, смотрел в одну точку. Варун встал, налил мутного самогона и протянул стакан моему дракону. Муж залпом опрокинул в себя жидкость, и слеза все-таки скатилась по его щеке. Боже, я монстр! Зачем я его так мучаю?! Совесть кусала меня так больно, что я даже не чувствовала, как по собственным щекам текут слезы. Он сглотнул подступающий к горлу ком и продолжил, — через месяц поисков, на привале ко мне вышел мальчик-сирота. Пятилетний, плохо одетый для зимней погоды ребенок попросил еды. Мы дошли до деревни, я купил ему одежду и попытался пристроить в какую-нибудь семью. Но малыша никто не хотел брать, а мир неумолимо катился в бездну. Тогда я принял решение, показавшееся мне единственно верным на тот момент, возить мальчонку с собой, пока не найдет место, где я смогу не беспокоиться о маленьком почемучке…— Тим снова замолчал, я попыталась коснуться его, но инспектор поёжился, словно я гладила его ледяной рукой,— Малыш задавал невероятно много вопросов. Каждый миг он стремился чему-то научиться, — каким-то трепетным голосом, полным нежности, сказал мой дракон,— к тому же, у ребенка оказался не слабый магический дар и я невольно начал его обучать. Шли дни… пролетело два месяца. Я уже перестал искать родителей для него. Он… — Тим сглотнул и как-то виновато покосился на меня, — он стал мне как сын… Поиски бога, задумавшего уничтожить мир, затягивались и не давали результата. Контора слала мне гневные письма. А я никак не мог понять, где искать этого гада…— Тим замолчал на несколько минут, а потом скривился, болело внутри, и отпечатывалось на лице. Бедный мой дракон… — Однажды, мальчик заговорил со мной о власти. Мы ехали по тракту, и он неожиданно спросил, какую силу дают инспекторам и почему они такие крепкие. Я сначала онемел, а потом спросил, зачем ему это знать. А когда он заговорил, передо мной сидел уже не ребенок. Из детского тела говорил монстр, — Тим закрыл лицо рукой, прикрывая слезы. Не моей истерики он боялся в этот раз. А своей…— уже не я, а он объяснял мне, что почему-то не может проникнуть в мое сознание, подчинить своей воле. Осознание пришло не сразу. Я искал того, кто все время был со мной. И тогда, не смотря на всю злость и досаду, я не смог. Впервые в жизни я не сумел убить очевидное зло, стоящее передо мной… Но он и не был злом, — инспектор отрицательно закачал головой, — не был и все! За жаждой власти пряталось обычное детское сердце, которое обижалось за то, что родители бросили его, которое хотело любви, заботы, внимания… Я просто не мог его убить…

— Он привел мальчика в академию. Мы заперли его в защищенной комнате в подвале. Создали все возможные удобства и договорились, что Тиму лучше с ним не видеться, — тихо продолжила Марианна, — и все эти пять лет я учила его. Я пыталась дать ему шанс стать кем-то достойным, но он оказался неисправим. И два дня назад он каким-то чудом сбежал из академии. И где он сейчас, я не знаю… — директриса виновато понурила взгляд.

Я с остервенением потерла виски. Мысли уже клубились в голове, но я наконец-то решилась высказать их вслух:

— Ребята, это же он призвал ту тварь! Это… — я запнулась, повернувшись к Тиму, он знал, он уже догадался, но все еще не хотел верить и боялся в этом признаться даже себе, — Морган, срочно собирай богов! – взмолилась я. Старший бог понимающе кивнул и встал из-за стола.

Я поднялась и заходила по комнате, наматывая круги. Каждый раз, когда взгляд останавливался на муже, я спотыкалась. Столько боли, горя и страдания было в его лице…

После очередного виноватого взгляда, внизу живота неприятно кольнуло. Я невольно вскрикнула. Тим в мгновение ока оказался рядом со мной. Я активировала заранее подвешенное заклинание защиты на своего малыша. Боль прошла, а я схватила инспектора за руку и потащила в ближайшую комнату.

Как только мы остались наедине, я усадила его в кресло, а сама уселась на спинку и прижала своего любимого крепко и нежно. Не знаю, сколько прошло времени. Может пара минут, а может часов. Я целовала его в макушку и просила прощения, а он твердил, что я ни в чем не виновата.

А потом в дверь постучали.

— Ребята, совет давно идет, у вас все хорошо? – поинтересовались из-за двери голосом Варуна.

— Да, — ответил Тим, — сейчас придем,— и тихо добавил, — работа есть работа, нам пора, милая…

***

Боги, собравшиеся полным составом, уже успели вытянуть из Мари подробное описание мальчишки и даже отправили команду самых шустрых на его поиски.

— Но это же все равно, что искать иголку в стогу сена! – выразила я вслух свой пессимизм.

— Не совсем, — ответил Морган,— инферно, будь оно не ладно, поглотило мальчика. Его страхи и жажда власти приманили эту тварь и от того ребенка, которого знал Тим уже ничего не осталось. Теперь в нем живет смерть и ужас. А их энергию довольно просто почувствовать.

— Почему тогда мы не выдвинулись на поиски все вместе? – спросила я.

— У некоторых слишком тяжелое оружие, — рассмеялся Морган, глянув на Платона, подпирающего стенку, с огромным молотом наперевес.

— У жрецов ордена тот же отпечаток силы, это затрудняет поиск, — пояснил Гелос.

— Ладно, и что нам делать? – мне никак не сиделось на месте.

— Спать идите, это самое полезное из всего, что можно придумать, — пробурчал Варун.

Тим заглянул мне в глаза. В его зеленых плескалась грусть воспоминаний.

— Боги, — привлекла я внимание почтенного совета, — можно попросить?— на меня изогнули около трех десятков бровей, — если будет хоть один шанс спасти мальчика, используйте его!

Я получила несколько согласных кивков и, подхватив Тима под руку, утащила спать.

Муж сладко посапывал под боком, а я никак не могла уснуть. Как только я закрывала веки, перед глазами стояло лицо Тима, лицо полное сожаления, желания защитить, помочь…

Ну не могу я так спать! Надо что-то сделать…