Анатолий Нейтак - Камень и Ветра 5. Путь наверх

- Неужели?

- Да. Та сообщница, что покрупнее, успела пригнуться – изрядное достижение для дамы её габаритов, надо заметить. И солонка, пролетев мимо неё, благодаря удивительному совпадению попала точно в лоб даме с инжектором. Большой-то от такого хоть бы хны, а маленькая сомлела. Выронила свой пистолетик, а там и сама прилегла отдохнуть от трудов неправедных.

- Выходит, ты не зря корчила особо зверские физиономии.

- Выходит, не зря.

- А дальше что?

- Дальше неинтересно. Набежали подчинённые Тёртого, скрутили коварного злоумышленника, скрутили его крупную сообщницу…

- И тебя?

- Да ну, что ты! Разве я похожа на особу, которая ни за что ни про что даст себя скрутить чужим мужчинам? Нет, меня не скрутили. Хотя не могу сказать, что не старались. К счастью, ещё через примерно минуту в зал снизошёл самолично Тёртый. В лучших традициях жанра наорал на невиновных, похвалил непричастных, всех разогнал, построил, ещё раз разогнал – короче, вывел с низкой орбиты на высокую и во всём разобрался. Даже без записей с камер наблюдения, почему-то не зафиксировавших перипетии инцидента, просто по свидетельским показаниям. Коварный злоумышленник оказался тесно причастен к паре умертвий в одном из объёмов Второго Пояса, как и его девицы-сообщницы. Люди из Красного Ворона их оперативно-добротно тряхнули, нашли и по горячим следам взяли водилу, который транспортировал "перебравших подружек/друзей", нашли и не успели взять "чёрного" мясника, и даже, говорят, что-то там в файлах его выудили, полезное в трудном деле охраны порядка в Инкимсоре. Я всем этим уже не интересовалась.

- Напрашиваешься? Напрашиваешься. Чем же ты интересовалась, милая?

- Как – чем? Выбиванием компенсации из Тёртого, конечно! Я давила на него до тех пор, пока он в обмен на помощь в аресте коварного злоумышленника не согласился свести меня с более-менее опытным, а главное, вменяемым пауком. К сожалению, тот, кого он мне сосватал, успел спалиться, так что придётся нам сейчас искать опытного и вменяемого самостоятельно.

- А угощение за счёт заведения?

- Ну, это уже совсем просто. Охрана "Сумерек" на меня напала? Напала. Компенсировать это мне кто-то был должен? Должен. За действия вассалов отвечает сюзерен, верно?

- Верно, – вздохнул Устэр. – Пей уже своё вино, любимая. Жаль хорошего напитка.

- Хорошего – или просто дорогого?

- Не "или", а "и".

- А вот это утверждение требует проверки.

Не прошло и получаса, как в клуб начали подтягиваться серьёзные (читай, не бедные) клиенты. На самом деле пауков среди них было не так уж много, куда больше – потенциальных клиентов и так называемой тусы. Классический паук есть разновидность фанатика, а у правильных психов этой разновидности, как правило, нет времени шататься по реальным клубам.

На сетевые-то времени не хватает…

Нас с Устэром тоже приняли за клиентов. Странных, но нетерпеливых и, возможно, готовых повестись на мыльную радугу. Юница, раскрашенная под леопарда (ВСЯ раскрашенная, в чём окружающих убеждал минималистский прозрачный наряд), с поддельной вальяжностью подкатила к нашему столу и поинтересовалась, глядя в пространство между Устэром и мной:

- Вам срочно встал большой паук? Чистый лом, огранка, впрыск тумана, редкие моды, тест примочек? Что-то лиловое?

- Не гни, цыпа, – ответствовала я. – Твоему стержню до большого паука ещё линять и линять. Ты здесь только потому, что ему никто не сливает, кто и зачем. А вот патрон твоего стерженька мог бы нас сосватать, да только не с той стороны переборки, с какой надо.

Леопардовая всё просекла правильно и молча удалилась.

- Милая, – сказал муж, – ты не могла бы, чисто в познавательных целях…

- Легко. Перевожу близко к тексту: "Вам срочно понадобился хороший спец? Добыча защищённой информации через сеть или установка сетевой защиты, наладка криптосистем, заливка знаний и навыков прямо в сознание, проверка работы имплантатов и иных интеллектуальных устройств? Что-нибудь такое, чего нет в списке вполне законных услуг?"

- Да, жаргон явно компактнее перевода. А что ты ответила?

- "Не будьте так настойчивы, лицо женского пола (с оттенком уничижительности). Твоему сожителю до хорошего спеца ещё учиться, покупать импланты и снова учиться. Ты к нам подошла только из-за того, что вы – новички в этом круге и даже общеизвестные слухи вам никто не пересказывает. Может быть, нам кого-то подходящего мог бы посоветовать тот добрый человек, который шефствует над твоим сожителем, да только этот добрый человек не в ладах с законом, и знакомые его тоже. А нам проблемы с Красным Вороном и другими законниками не нужны".

- Мило. Тут все так разговаривают?

- Не все, но многие. Туса, что с неё возьмёшь. Но ты не мандражь. Во-первых, вменяемые люди из того круга, что нам нужен, умеют говорить так, что их понимают не только "свои". Это, собственно, один из самых надёжных критериев вменяемости паука: умение объясниться с любым богатым идиотом, и вообще – с любым. А во-вторых…

Я помолчала.

- Что там "во-вторых"?

- Любимый! Ты думаешь, я провела долгие часы, заучивая "паучий суржик"? Делать мне больше нечего, кроме как всякой шелухой мозги себе засорять.

- Тогда как ты объяснялась с леопардовой цыпой?

- Легко. А ты волен придумать свой способ. Уважаемый глава семьи.

Устэр подумал. То есть действительно хорошо подумал – вплоть до краткого погружения в полноценный транс. А выйдя из транса, пробормотал коротенькую формулу на Бесконечном наречии. Вполне оригинальную… и способную заменить достаточно развесистый коммуникационный имплантат. Та формула, которую для тихого подключения к чужим умам я изобрела ещё в свой первый визит в Иридосеть, ничуть не была похожа на творчество моего мужа.

И замечательно. У каждого свой путь достижения поставленной цели. Иначе жизнь была бы и вполовину не так неинтересна.

Спустя ещё некоторый срок народа в зале стало достаточно, чтобы Тёртый скомандовал начать программу. У него действительно иной раз выступали живые, но в самом начале, для так называемого разогрева, почти всегда шли записи. Нынешний вечер исключением не стал. Слиток мрака, которым представала сцена, чуть посветлел. Сквозь него поплыли к наблюдателю из отдалённой точки крохотные яркие звёзды. Раздалась тихая, но сразу берущая за душу мелодия.

Вот из-за чего завидую планктону Иридосети, так это из-за местной музыки. Если композитор по-настоящему талантлив, с помощью своего дара и изощрённой местной техники он или она могут вытворять тако-ое… Править. Добавлять звучанию красок и обертонов. Пробовать разные инструменты, смешивать стили, цитировать, заимствовать и гранить. Менять не слишком удачные места, добиваясь идеального звука – того, который в полную силу гремит лишь в голове гения да в божьих чертогах… Пресыщенный местный планктон просто не в силах оценить, какое бесценное сокровище находится рядом – только руку протяни.