Диана Гамова - Шёпот бессмертных

— Что это такое? — Недоумённо покосилась я на небольшой свиток. Поколебавшись, взяла его. — Вёрс больше ни о чём не говорил?

— Нет, — отрицательно мотнул головой Крисп. — А должен был?

Резко отвернувшись, я ответила чуть поспешней, чем надо было:

— Нет. Если больше ничего не сказал, значит, не надо. — Я сразу перевела разговор на другую тему. — Сможешь взять машину Вёрса? Нам нужно съездить за Димой.

Криспиан поднялся. Он сделал несколько шагов к двери, потом оглянулся и вымолвил:

— Надеюсь, однажды мы станет хорошими друзьями, и будем доверять друг другу.

Вскоре он вышел, плотно закрыв за собой дверь.

Я тяжело вздохнула. Жаль, что вздох не мог снять всю ту тяжесть, скопившуюся в душе. После вчерашнего визита Марка я приняла ряд решений. Некоторые из них оказались тяжелыми.

А он… доверять друг другу.

То, что я решила, я бы не сказала и своей лучшей подруге — Татьяне. Незачем ей это знать. У неё своих проблем по горло. Криспиан… возможно, мы станем друзьями. А возможно, я допущу самую тяжёлую ошибку в своей жизни. Как ты там говорил, «кора-зу»? Я постараюсь довериться своей удаче. Надеюсь, она снова поднимет меня. Но если нет… Не будем об этом.

— Не понимаю, почему ты не захотела брать линормов? — Ворчал Криспиан, тщетно пытаясь соблюдать скоростной режим. — Кто выпустил этих… баранов на дорогу?! Ни снега, ни льда, а он ползёт, как червяк! — Скоростной режим, конечно же, был имени Криспиана. Раньше я считала верным замечание о том, что какой русский не любит быстрой езды. Теперь сюда можно добавить и пару «английских». Я улыбнулась своим мыслям.

— Линормы слишком заметны. Нам пришлось бы оставить их далеко от деревни и идти пешком. Мне такие прогулки по слякоти со снегом не нравятся.

— Зато они нашли бы твою деревеньку в два счета. А ты терзаешь карту два часа. — Едко заметил он.

Не спорю, слегка ошиблась. Нет, ну направление я выбрала правильно. Кто ж виноват, что станиц, сел и деревень по дороге оказалось, куда больше, чем я рассчитывала? И в каждом таком населённом пункте была улица Первомайская. В результате терпение Криспиана не выдержало. Он остановил машину у обочины и потребовал, чтобы я немедленно сконцентрировалась, и точно ткнула в карту там, где должен находиться мой сбежавший хороший враг.

В итоге мы въехали в одну большую деревню, тянущуюся по двум берегам быстрой речки на десяток километров. Не успели мы заехать в Лихожитскую, именно так называлась деревня, как сразу почувствовали мощные магические «тучи».

Крисп сбавил скорость до 40 км/ч.

— Что тут такое твориться? — Я не смогла скрыть удивления.

Люди недобро на нас косились. Не лаяла ни одна собака. А вот все дома делились на два класса. Нет, не на «богатые» и «бедные», а на «жуткие» и «милые».

— По-моему, сюда сбежались все ведьмы-колдуны ближайших окрестностей и поселились тут. Не зря же «Лихожитская».

— Думаешь? — Недоверчиво глянула я на сурового ребёнка, немигающим взглядом проводившего нашу машину.

— Нет. Просто чувствую, что половина здешнего населения — сплошь маги. Хотя нет, — он скривился, — маги — слишком громко. «Порчуны» и «Исцеляльщики».

— У вас в роду с Грегом точно русских не было? Юмор у тебя больно… наш.

— Русских?.. — Он картинно встряхнул волосами. — Нет, не было. Если б были, матушка не говорила бы: «Не знаю, в кого ты такой».

Он рассмеялся собственной шутке. Я тоже улыбнулась.

— Нам «Первомайская» нужна? — Спросил Крисп, внимательно изучая таблички на домах.

— Да. «Первомайская». Номер семь.

Он остановил машину. Глушить не стал.

— Сиди тут, — скомандовал мне и вышел из автомобиля. Огляделся и бодрым шагом направился к какому-то дедку.

Вернулся он довольно быстро, лучась от счастья.

— Кажется, удача наконец-то тебе улыбнулась, Рокси, — он произнёс это так, словно и был моей удачей. — Это крайняя улица. Выходит к тому вон лесу.

— Поехали.

Это была самая милая улица в Лихожитской. Из чего Крисп заключил, что мы находимся на вотчине «Исцеляльщиков». Седьмой дом оказался точно таким, каким я видела его в утреннем виденье. Голубого цвета, с новенькой крышей и железным синим забором. Окна, выходившие на улицу, изнутри занавешивались тюлевыми занавесками. Снаружи на ночь закрывались синими ставнями. Обычный деревенский домик. Не удивлюсь, если за ним расположен курятник и деревянная теплица.

Стоило нам остановиться у железных ворот, как за ними послышалось встревоженное рычание, а затем звонкий лай.

— Тише, малыш, — даже не видя собаки, причмокнула я. — Мы тебя не обидим.

Лай прекратился.

— Снова замок вскрывать? — Живо осведомился Крисп. Ну, точно, домушник!

— Нет. Думаю, здесь вообще не закрыто.

Но ломиться в чужой двор мне совесть не позволила. Криспиан хотел заметить что-то едкое по этому поводу, но я его опередила.

— Эй! — Закричала я, тарабаня в железные ворота. — Хозяева! Есть кто дома?!

Колдун скорчил кислую мину.

— Пошли уже. — Не стал он дожидаться ответа от хозяев, взялся за ручку и легко открыл тяжелую калитку. — Не отставай.

Дворик был небольшой, но чистенький, укрытый плетёным низким навесом, по которому вёл свои стебли хмель. Ой, как тут, наверное, па-а-ахнет летом. Тут же, сбивая меня с мыслей, голос подал чёрный большой пёс, дисциплинированно сидящий возле будки.

— А-а, привет, малыш, — хотя какой он «малыш». В холке сантиметров пятьдесят. Явная помесь черной немецкой овчарки с кем-то ещё. — Где твои хозяева?

— Тссс! — вдруг шикнул на меня Криспиан, и, пригнувшись, подбежал к крыльцу.

Мы с псом настороженно поглядели на него. Криспиан, сгенерировал боевой белый шар на своей ладони, бесшумным рывком открыл дверь. Всмотрелся в темноту и в следующую минуту скрылся в ней.

Как можно тише и осторожнее, я взошла по ступеням крыльца. Последовала примеру Криспа. За той лишь разницей, что в руке у меня появился комок синего пламени.

В доме было прохладно. Входная дверь, очевидно, давно пропускала холодный воздух с улицы.

— Смелее, — вынырнул из одной маленькой комнатки Крисп. — Здесь никого нет… в живых.

— Как? — Побледнела я и сама бросилась обыскивать дом. Правда, в дальнюю комнату меня не пустили.

Криспиан резко поймал меня, обвив руками за пояс, и жестко произнёс.

— Нечего тебе там делать.

— Кто, сколько и отчего умерли? — Не собиралась уступать я, но видя, что хватка колдуна только крепнет, перестала сопротивляться.

— Без сомнений, это хозяева. Всего трое. Тела высушены.