Линси Сэндс - Высокий, тёмный и голодный

— Да. Это радость и гордость Дэйва. Хочешь зайти?

Бастьен кивнул, а затем последовал за Терри по тротуару, и только тогда заметил, что она несла сумку с продуктами. Очевидно, деверь сначала отвез ее в магазин. Бастьен вошел следом за Терри в маленький домик, и, закрыв за собой дверь, стал с любопытством осматривать помещение, заметив, что коттедж был небольшим, но уютным и со вкусом обставленным. Затем Терри повернулась к нему лицом.

— Прости, — выпалила она. — Прости меня. Я не должна была убегать.

— Терри…

— Нет. Подожди. Дай мне сказать, — настаивала она. Я сделала ошибку. Глупую ошибку. Потому что боялась. Я… Я люблю тебя, Бастьен. Правда. Мысль о твоей болезни и о том, что тебе придется пережить то же, что моя мама и Ян, напугали меня, но я хочу сделать это, и мы с тобой сможем чудесно провести то время, которое нам осталось. Я буду стойко переносить превратности судьбы. Я…

— Я не болен, — прервал ее Бастьен.

Терри остановилась и непонимающе уставилась на него:

— Что?

— Я не болен, — твердо повторил он.

— Но пузырьки в твоем холодильнике…

— Пузырьки? — спросил он. Спустя некоторое время его осенило: — Сыворотка для Винсента?

— Сыворотка для Винсента? — как эхо повторила она.

— Да. Ты же знаешь о его проблемах с пищеварительной системой. Лекарство разработали в лаборатории специально для него. Это новая сыворотка, и мы надеемся, она поможет, — ответил он, тщательно подбирая слова, чтобы и сказать ей правду, и не раскрыть всей сути. Пока.

Терри внезапно плюхнулась на диван.

— Значит, это для Винсента.

— Да.

— Но… а как же кровь и штатив для капельниц?

— Штатив? В шкафу хозяйской спальни? — удивленно спросил Бастьен. Терри кивнула. — Да он там давно. Он некоторое время требовался Лиссианне, и мы так и не избавились от него.

— Лиссианне? — ее голос перешел в писк.

— Да, Лиссианне.

— А кровь? — спросила она. Бастьен заколебался. С этим было сложнее. Терри продолжала: — И Кейт сказала, что ты должен мне что-то рассказать, с чем нам придется разобраться, если мы вообще собираемся с чем-то разбираться.

— Это правда, — признался он. Бастьен был рад, что избежал темы с кровью. — Есть кое-что, что мы должны обсудить, если ты согласишься выйти за меня замуж, но это не то, что я неизлечимо болен. Я вообще не болен.

— Ты хочешь жениться на мне? — радостно воскликнула Терри.

— Терри, дорогая, — Бастьен закатил глаза. — Я только что пролетел две тысячи триста миль, гоняясь за тобой. Это не просто, чтобы пригласить тебя на свидание.

— О! Бастьен! — Она сорвалась с дивана. Бастьен поймал ее с возгласом "ууух", а затем увидел, что ее губки сложились бантиком для поцелуя.

— Терри, милая, подожди. Нам нужно поговорить.

— Позже, — пробормотала она. — Я была так несчастна с тех пор, как услышала разговор Кейт и Лиссианны в ванной комнате, я… — Она замолчала и вопросительно посмотрела на него: — О чем же они говорили? Что я должна буду понять? Я думала, они имели в виду, что ты болен, а я смогу понять все из-за моего опыта с Яном.

— Нам нужно поговорить, — вздохнув, сказал Бастьен.

— Просто скажи мне.

— Терри, это не то, о чем можно спокойно заявить.

— Сейчас ты заставляешь меня нервничать.

— Извини, но это… — Взяв ее за руку, он повел Терри к дивану и сел рядом. — Это не плохая новость, — начал Бастьен, надеясь, что она согласится с ним.

— Правда?

— Да. — Пытаясь придумать лучший способ, как рассказать ей, он оглядел гостиную домика, рассеянно замечая очарование комнаты. — Ну, — наконец сказал он, — ты когда-нибудь видела фильм "Американский оборотень в Лондоне"?[76]

Терри недоуменно хихикнула:

— Да. А разве кто-то его не видел?

Бастьен кивнул:

— Так вот. Я не американец, и не оборотень, и мы не в Лондоне.

Она несколько раз моргнула в ответ на его слова. А затем медленно сказала:

— Нет. Мы в Хаддерсфилде.

— Я канадец, и я вампир, — беспечно сказал он.

— Угу… — медленно произнесла Терри. — Бастьен, ты хорошо себя чувствуешь?

— Терри…

— Ты сам придумал такую шутку?

"Это начало ее раздражать, — тревожно подумал он. — Как, черт возьми, Этьен и Люцерн рассказали Рейчел и Кейт о том, что они вампиры?"

— Терри, милая, — начал Бастьен, — я действительно вампир.

— Понятно, — ее голос звучал раздраженно.

Интересно… Он раньше не видел ее раздраженной. Ну, если только с продавщицей из "Секрета Виктории". "Нет, — решил Бастьен. — Она просто поставила девушку на место, но не выходила из себя".

— Ты вампир, — в голосе Терри сквозило недоверие, и она постоянно мотала головой то вверх, то вниз. Это не выглядело обнадеживающе. — Прекрасно. Укуси меня.

Девушка с вызовом вытянула руку, и Бастьен нахмурился.

— Терри, я не хочу кусать тебя. — Затем он замолчал и сказал немного более откровенно: — На самом деле, в данный момент я немного голоден, но предпочел бы не…

— Угу… Укуси меня, — отрезала она. — Если ты вампир, укуси меня!

Бастьен с минуту смотрел на ее руку, затем взял ее, приподнял и укусил.

— Ой! — Терри вскочила с дивана, вырвав руку. Бастьен должен был быстро спрятать свои клыки, чтобы удержаться от соблазна впиться в вену и плоть. — Ты укусил меня! И у тебя есть клыки!

— Теперь ты веришь?

Прижимая руку к груди, девушка начала пятиться назад.

— Терри, пожалуйста. Не бойся меня. Я люблю тебя, — мягко сказал он, делая шаг ей навстречу и умоляюще протягивая руку. Он успокоился, когда Терри заколебалась. — Милая, это ведь хорошо. На самом деле. Тебе никогда не придется волноваться о том, что я умру ужасной, мучительной смертью, — сказал он. — Я не умру, как твоя мать и Ян. Я просто не могу.

Она уставилась на него:

— Но твой отец мертв. Ему вогнали кол в грудь?

— Нет. Он сгорел. Мы можем сгореть и умереть таким образом, — произнес Бастьен, а затем быстро добавил: — Но мы не умираем от долгих и мучительных болезней. Ни один из способов, приводящих к нашей смерти, не является долгим и затяжным.

— Так, кровь в твоем холодильнике…

— Это еда. Мы больше не кусаем людей. Только в случае крайней необходимости.

— Вы не люди.

— Конечно же, мы люди! Своего рода разновидность. Как будто другой национальности. Мы почти бессмертны, в противоположность вам, смертным. Мы жители Атлантиды, а не англичане, например. Ну, сейчас мы все канадцы. По крайней мере, моя семья. — Бастьен сделал паузу и нахмурился. Он явно потерпел неудачу. — Послушай, милая. Присядь, и я все объясню. Наш вампиризм основывается на науке, это не проклятие или что-то подобное. Мы не бездушные. Все думают, что вампиры — это ночные демоны, но все это просто большое недоразумение.