Papirus - Барс - троглодит

— Слушай, парень. Извини, не знаю, как к тебе обращаться…

— Родеро. Меня зовут Родеро и я… лекарь. Простой лекарь.

— Так вот, Родеро. Ты ведь не местный? А какие твои планы? Я имею в виду, остаться здесь или уехать куда?

— Завтра собираюсь выехать в столицу с караваном Набура.

— Мы предлагаем тебе вступить в наш отряд. Временно или постоянно — это как захочешь. Такой воин, да еще лекарь, нам очень нужен. Обещаем равную со всеми долю в добыче. Ели ты не слышал, мы планируем пройти севернее столицы до восточной границы Кронтора с Дракией, затем в столицу. Там, говорят, можно продать добычу на треть дороже.

— Я должен подумать…

— Хорошо. Подумай. Мы утром зайдем за тобой. Ты где остановился?

— В гостинице «Луч Короны».

— Договорились. Тогда до завтра?

— До завтра.

Мы расстались, а я глубоко задумался над предложением Лима и команды. Караван, конечно, пойдет по прямой, но с грузом и длительными остановками в пути для торговли явно гораздо медленнее, чем отряд Лима. Так что вполне реально быть с отрядом в столице раньше торговца. К тому же, сама столица мне особо и не нужна. Мне как раз нужнее именно восточная граница.

У коменданта я не собирался задерживаться надолго. Подустал за этот суматошный день. Тот, понимая мое желание добраться до койки, первым делом вручил мне две небольшие серебряные пластины. Одну прямоугольной формы с закругленными углами и красивой гравировкой по периметру, другую — овальную и более простую. В центре первой в круге красовалась физиономия беса до плеч с саблями наголо и надписью: «Барон Бессора лекарь Родеро». На второй пластине в центре красовалось личико гоблина и текст: «Банк Гобшильд и сыновья». Обе пластины содержали слепок моей ауры.

— Эти документы срочно изготовлены для тебя лично, — кратко пояснил мне архибек. — Первая карта (пластины называли почему-то картами) свидетельствует, что ты — подданный Бессора и барон. Все, у кого титул выше, имеют золотую пластину, но тебе, думаю, не надо, чтобы кто-то начал копать, откуда столь знатная персона взялась. Медная — для безземельных дворян и младших сыновей баронов — мне показалась недостаточной. Баронов достаточно много, чтобы не быть на виду, и, в то же время, случись что, разбираться будут не ниже, чем на уровне правительств, учитывая наше подданство. Это может отчасти защитить тебя юридически. С нами все боятся ссориться. Вторая — серебряная карта банка. По ней можно снять почти четверть нашей казны. После того, как гномы потеряли свою развитую сеть банков, а вместе с ней и секрет быстрого перемещения ценностей между филиалами, это дело оказалось в руках гоблинов. Теперь они содержат самые крупные и надежные банки. Пока у нас не было на них нареканий. В любом более-менее крупном городе континента есть их филиалы.

Я поблагодарил коменданта за предусмотрительность, спрятал карты в карман поближе к телу и даже на пуговицу застегнул. Потом мы прошли в хранилище, и я тщательно осмотрел вещи убиенных вампиров. Ничего интересного не обнаружил, за исключением перстня торгового представителя. Перстенек содержал структуру воздействия «Алмазная чума» и одновременно накопитель. Причем я мог точно сказать, что это не осколок прежнего государства вампиров, а самый натуральный новодел. Книги однозначно свидетельствовали, что применившего это воздействие ждала медленная и мучительная смерть по законам всех народов, даже если применили его во благо собственного. Поэтому прежние архимаги делали такие артефакты тайно и буквально в мизерном количестве. И никогда не забывали снабдить его дополнительной структурой, стиравшей все следы после применения. Маг, который внедрял воздействие в этот перстень, скорее всего, просто не умел создавать столь сложные структуры, хотя существовала небольшая вероятность, что не посчитал нужным.

Я рассказал об особенностях перстня коменданту и одновременно Фареку, напомнив последнему необходимость вспомнить уже более конкретно: не пересекались ли пути его дочери и торгового представителя вампиров. Недолго подумав, тот действительно вспомнил, как восемь дней назад, почему-то к нему домой, а не в служебный кабинет, заявился представитель и стал просить снова рассмотреть вопрос, в котором ему уже было отказано. Пробыл недолго и быстро откланялся. Войдя в дом, увидел Корсу, которую раньше не замечал, а тут наговорил кучу любезностей и даже руку поцеловал, при этом поцарапав ладонь девушки камнем перстня. Этого самого или другого — неизвестно. Поскольку ранка была пустяковая, девочка даже бинтовать ее не стала, а так и побежала к подругам.

— Вот что, Лоскер. Насколько я понял, кроме торгового представительства других официальных миссий вампиров в городе нет? — получив подтверждение от коменданта, продолжил. — В таком случае, когда к тебе заявятся послы соседей узнать о судьбе своих сограждан максимально тяни время и напускай побольше туману. Пусть догадываются, что тебе кое-что известно, но держат эти догадки при себе. Ты же понимаешь, что этот перстень — отличный casus belli (повод к войне). Однако я еще не выяснил — они так подставились или их так подставили? Действовал представитель по приказу короля или по своей инициативе? А, может, здесь и вовсе чисто торговые интересы.

С облегчением завершив дела на сегодня, я вышел из комендатуры и пошел в гостиницу. В городе уже зажгли фонари, улицы почти обезлюдили и только кое-где мелькали силуэты припозднившихся прохожих. Практически бесшумно проходили навстречу патрули бесов, и топали отряды представителей других рас — в стражу набирали не только бесов.

Моя задумчивость и то, что никто не собирался меня убивать или калечить может послужить небольшим оправданием того, что я позволил схватить себя за рукав и грубо рвануть в сторону.

— Ты, смерд, пойдешь со мной! — по-прежнему никакой ненависти по отношению к себе я не чувствовал, только огромную усталость и раздражение в сочетании с облегчением — наконец-то дело сделано.

Не люблю, когда меня так хватают, да еще оскорбляют. Назвали так не потому, что не разглядели социальный статус, а с целью именно унизить. Это кто ж так верит в свою безнаказанность? Один момент и обидчик скрючился у моих ног от удара «алмазным пальцем» в солнечное сплетение, а рука, только что сжимавшая мой рукав, оказалась в жестком захвате, не давая распрямиться. Неучтивый тип был одет в цвета телохранителей мальчика, но гораздо богаче и, я бы сказал, более вычурно. То есть богато — с уймой кружавчиков, рюшечек, пряжечек, галунчиков и шеврончиков — но безвкусно. Похоже, один из главарей наемников. Двое рядовых, кстати сказать, стояли сзади и уже угрожающе обнажили сабли. Моментально мой кинжал оказался у горла их главного, заставив наемников отступить и задуматься.