Оля Виноградова - Еще одна Ллеверлин!

Тем временем эльфы перешли к обсуждению факторов, влияющих на мое поведение. Первое место занял Принц Тьмы. Оба сошлись во взглядах, что демон на меня плохо влияет. Вторым, однозначно, признали воспитание. Тролли всегда слыли смутьянами и возмутителями спокойствия. В Стилусе даже поговорка на сей счет есть: по стопам тролля драка идет. В качестве третьего фактора, семейный совет обозначил мои любимые таблетки. Возмутительное предположение! Каким образом успокоительное провоцирует агрессию? Каспея нащупала браслет с тайником у меня на запястье, извлекла из него одну таблетку и спрятала в карман шорт. Телохранительница собралась ее местному врачу на экспертизу сдать.

Она ослабила бдительность. Этим я и воспользовалась: перевернулась, сбросила эльфийку с себя и рванулась к двери уютной маленькой комнатки. Два шага, оторванная дверная ручку и… глубокое разочарование. Гардероб!

- Где? - крикнула я, состроив умоляющую рожицу и пританцовывая от нетерпения на месте.

- Там! - убийца догадался раньше дочери. Романтичный указал на противоположную дверь.

Я ринулась к цели. Ворвалась в туалет, связанными руками стащила с себя одежду и наконец-то расслабилась. Спустя минуту, полностью удовлетворенная вышла. Засучила несуществующие рукава и наигранным грозным тоном спросила:

- Ну, кто тут хочет порцию любви и доброты получить?! - сдвинула брови.

Эльфы покатились со смеху. Я посмеялась вместе с ними. Напряжение в отношениях между нами растаяло. Они поняли, что перегнули палку и пообещали аккуратнее вести себя с подопечной, взамен выпросив обещание - поработать над своим характером. Согласие они получили.

Почти сразу затренькал у-у. Звонили администраторы из холла. Они попросили забрать посылку, доставленную только что демонической экспресс-почтой. Втроем мы спустились вниз, я расписалась и получила сверток. Валдрис с нами простился, сказав, что пойдет наблюдать за отдыхающими и молить своего бога-покровителя об удаче в поисках. Каспея проводила меня наверх, в номер, где мы и распечатали посылку, в клочья разорвав бумажную обертку, скрывающую белую плоскую коробочку. На крышке был нарисован контур руки - защитное заклинание. Никто, исключая меня, не сможет открыть коробку.

Я приложила руку. Контур вспыхнул оранжевым. Картон съежился и расползся пеплом, открыв конверт из синего бархата, перевязанного голубой лентой. По упаковке чувствуется - дорогой подарок. Как хорошо иметь заботливых подруг. Каспея тронула меня за руку, призывая поторопиться. Ее темноэльфийский нюх говорил о спрятанных под тканью драгоценностях.

Когтем подцепила ленточку, разорвала ее, развернула конверт и залюбовалась идеально круглой большой черной жемчужиной на тонкой золотой цепочке.

- Моя… - уголок губ дрогнул. - Моя! - шлепнула ладонью по руке Каспеи тянущейся к подарку.

- Дай подержать! - потребовала телохранительница.

Еще чего! Много хочет - ничего не получит. Я схватила жемчужину, распутала цепочку и защелкнула на шее замок. Погладила пальцами круглый бок сокровища и улыбнулась.

- Дай подержать, сказала! - эльфийка с воплями набросилась на меня. Да что она хочет, сумасшедшая?!

Я отшвырнула Каспею от себя, бросилась к окну, открыла его и позвала на помощь. Сверху раздался вопль драконодона, визг мартышек, рычание медведя и собачий лай… Мама, весь зверинец решил на зов откликнуться. Что будет…

Окно разлетелось крупными осколками. Вместе с осколками из проема вылетел стул, ударился сиденьем о перила балкона и ухнул вниз. Выпутавшись из занавесок на балкон вышла телохранительца.

- Отдай! - рыча она протянула руки к моей шее. Истинно Медуза Горгона! Змей на голове не хватает. Впрочем, зачем они ей? Каспея и без них прекрасно страх нагоняет.

- Ни за что, - мотнула головой. Зажала жемчужину в кулаке и… бросилась в лобовую атаку. Противница сделала то же самое! Как наши лбы выдержали и не растрескались - мне неведомо.

Отскочив друг от друга, словно мячики, мы плюхнулись на попы, синхронно потерли набухающие шишки и повторили попытку. С тем же результатом! Ы-ы-ы… Шишка разом увеличилась вдвое, а перед глазами запорхали белоснежные пегасы.

Эй, эй, что происходит? Балкон под попой зашатался. Сильный рывок, скрежет металла о камень, второй рывок и полет… Что?! Балкон обрел способность летать? Я открыла глаза, изучила обстановку, схватилась за прутья и расхохоталась: зрелище цветущих воинственно размахивающих хвостами мартышек верхом на драконодоне с балконом в пасти кого хочешь развеселят.

Каспею к полу прижимала собака. К ней же собирался прыгнуть медведь. Нет, не надо-о-о-о…

Балкон перекосило. Меня подбросило вверх. Небо дважды поменялось местами с землей, я замахала руками в тщетной надежде увеличить длительность и продолжительность полета, но потерпела неудачу. Не хочу вниз, там жесткая брусчатка!

Кто-то наверху услышал мои молитвы. Не иначе, как чудом, мне удалось зацепиться за торчащую из балкона арматуру. Я выдохнула, поблагодарила Олимпийцев и… обругала их, ибо такой массы челюсть птички выдержала. Ящер выпустил балкон из пасти. Упс… За метр до земли я разжала руку, упала на бок, перекатилась под куст, сжалась в комок и прикрыла голову руками. Бах! Пыль и осколки догнали, накрыли с головой, забили уши, рот и нос.

Отряхнувшись, я вскочила на ноги. Все живы?! Собака воевала с розарием, куда угодила. Цветочки, несмотря на шипы, проигрывали в схватке с зубами пса. Медведь сидел на попе, крутил рогатой головой и ревел на одной ноте, обнимаясь с Каспеей. Кажется, оба не совсем понимали в какой действительности после падения очутились. В их они были лучшими друзьями, опорой друг для друга. Гера, лишь бы не сразу опомнились.

Возле места крушения балкона стали собираться существа, но вели они себя странно: не пытались помочь, узнать в чем дело, а неотрывно смотрели на жемчужину. Я - шаг назад, они - два вперед! Добром мы явно не разойдемся. Круто развернувшись на пятках, я побежала к пляжу. Толпа ринулась за мной на приличной скорости: они отдыхали, силы копили, теперь с радостью их тратили. Моему здоровью, подорванному участием в реалити-шоу приходилось туго.

У кромки песка толпа почти нагнала меня. Толстяки, потрясая телесами, были впереди всех. Афина, да они меня массой задавят и отнимут жемчужину. Не бывать этому! Ллеверлины не сдаются… Если только под ноги смотрят и не забывают через лежаки с загорающими перепрыгивать. Гонка-преследование превратилась в забег с препятствиями. Весьма прыткими препятствиями: существа вскакивали и присоединялись к погоне. Ха, знаю, где они от меня отстанут - повела их к полосе препятствий.