Константин Калбанов - Рыцарь

— Свое оружие в порядок то привел.

— Конечно.

— Ну тогда пошли в оружейную, займемся моим.

Тяжко вздохнув, Андрей поднялся со стула и направился к двери, ведущей в комнату, где хранилось его оружие, на ходу стягивая с себя кольчугу, которую так же предстояло приводить в порядок. Чистить предстояло не только огнестрельное оружие, ведь кроме него у Андрея было много и другого. Несколько мечей, взятых им в качестве трофеев, доспехи, два арбалета, пехотный и кавалерийский варианты, боевые ножи, самых разных разновидностей. В общем обзавелся он всяким колющим, рубящим и стреляющим имуществом, которое нужно было содержать в полном порядке, так сказать проявлять о нем заботу, чтобы случись что, оно ответило тебе готовностью сберечь твою жизнь.

Развлечений в этом мире было мало, да что там, их практически то и не было, поэтому с наступлением темноты поселения довольно быстро погружались в тишину. Возможно именно этим и объясняется то, что семьи здесь были большими. Если в том мире семья имеющая четверых детей считалась многодетной, то здесь это было просто нормой, а действительно многодетные семьи насчитывали больше десятка детей.

Правда сказать, что с наступлением темноты поселения словно вымирали, было нельзя. Если уставшие за прошедший день родители искали покоя, то это ни как не относилось к молодежи, которая могла гулять чуть не до утра, оглашая окрестности молодецким смехом парней и переливами девичьего смеха, при этом они прекрасно осознавали, что с первыми лучами солнца они встанут на ровне со взрослыми и будут работать, беспощадно понукаемые взрослыми. Те конечно похмурятся и поворчат, может и ругнут не путевое дитя, которое вместо того, чтобы отдыхать и набираться сил, для предстоящего трудового дня, гуляло со сверстниками до первых петухов. Но едва дети отвернутся, любящие родители тут же сменят выражение лица, с умилением глядя на свое чадо, вспоминая свою молодость и бесшабашность.

Когда они закончили с оружием, была уже поздняя ночь. Кряхтя как столетний старик, Андрей наконец разогнулся и потянулся до хруста костей. Уставший но довольный собой Брук, бережно прикрыл створку пирамиды куда поставил РПК, который целиком и полностью сегодня чистил сам, хотя и под присмотром Андрея.

— Ну что, Брук, вот и с пулеметом ты познакомился поближе.

— Господин, а можно мне пострелять из вашего оружия, — задавая этот вопрос мальчик буквально впился глазами в Андрея, всем своим видом говоря, что он готов на все, лишь бы ему только позволили сделать хотя бы несколько выстрелов.

— Извини, мой мальчик, но этого я позволить тебе не могу.

— А для чего вы тогда учите меня пользоваться этим оружием.

Андрей не просто привлекал мальчика к чистке оружия, но и идя навстречу мальчишескому любопытству объяснял ему устройство оружия, предназначение тех или иных частей и механизмов, правила обращения с оружием. Сам продолжая чистить оружие, не редко, а вернее с завидной регулярностью, он разрешал мальчику практиковаться с оружием, хотя и без патронов, объясняя ему прринцыпы ведения прицельного огня в горах и на равнине, на той или иной дистанции. Брук помногу раз снаряжал патронами магазины и пулеметные диски, собирал и разбирал оружие, нарабатывая навыки обращения с ним.

— Понимаешь, мой мальчик. Если по правде, то научиться стрелять из него не так сложно, если ты овладел премудрость стрельбы из арбалета, то и с автоматом научишься весьма быстро, стрельба из пистолета несколько сложнее из-за короткого ствола, а потому требует твердой руки. Если бы у меня было много патронов, то я конечно же дал бы тебе попрактиковаться в стрельбе, но патронов у меня мало.

— Разве это мало, — неподдельно удивился мальчик.

— Мало. Поверь мне, я знаю, что говорю. В бою они расходуются очень быстро. Но может статься, что придет тот день, когда мне понадобится чья то помощь и тогда наступит твой час, хотя я и молюсь о том, чтобы такой день никогда не настал. Ну как, спать то пойдешь, — резко сменил направление разговора Андрей.

— А это обязательно, — поинтересовался мальчик.

— Нет конечно, — добродушно улыбнувшись ответил Новак. — Вот только завтра будет не менее тяжелый день.

— Это не беда.

— Уверен.

— Да.

— Ну тогда беги. Ребята то наверное уже заждались тебя. Опять будут спрашивать про оружие.

— Ну это как водится, — авторитетно заявил мальчишка.

Андрей лишь отвесил ему легкий подзатыльник, предавая ему немного ускорения по направлении двери. Ну что ты будешь делать, молодость, опять вернется с первыми петухами, а поутру будет стоически бороться с одолевающим сном. Он не смог бы так, даже с учетом новых особенностей своего организма, ему нужно было для восстановления, хотя бы четыре часа полноценного сна.

Маркграф обходил новое поселение на своей земле с не сходящим хмурым выражением лица. Время от времени он задавал вопросы и выслушивал ответы Андрея которого полагал основным арендатором, однако сэр Свенсон не гнушался послушать и объяснения старосты, и главы кузнечного конца Грэга, и мастера Лукаса. При этом на его лице ни разу не мелькнуло хоть что либо, что подсказало бы о его отношении к тому, что видели его глаза и слышали его уши.

Время от времени его сын сэр Питер, делал язвительные замечания или задавал каверзные вопросы, отвечать на которые Андрею не давал сам маркграф, упирая в сына тяжелый строгий взгляд и не говоря ни слова, заставляя того отступаться.

— Где мы можем поговорить, господин Андрэ, да и перекусить не мешало бы.

— Тогда прошу ко мне в дом.

— Ведите.

К счастью, Маран озаботился тем, чтобы у их господина, которого впрочем они сами себе назначили, в доме была прислуга. Это снимало с Новака множество проблем, связанных с ведением хозяйства. Брук выполнял обязанности конюха, оруженосца и личного слуги, а юная Элли, из-за которой в свое время Андрею пришлось сразиться с сэром Ричардом, вела его не хитрое домашнее хозяйство, обшивая, обстирывая, кормя и поддерживая дом в порядке, не давая ему превратиться в свинарник.

Поэтому, когда Андрей, сэр Свенсон и его сын сэр Питер прошли в дом, то на столе уже находилось, хотя и не мудреное, но вместе с тем хорошо приготовленное и сытное угощение. За самим столом находился падре Патрик, который мило улыбнувшись вошедшим, сделал приглашающий. Долго уговаривать вошедших необходимости не было, все же дальняя дорога и долгий обход владений, одними и взвинченное состояние, в котором состоял все это время Андрей, возбудили аппетит, весьма сильно.

Однако, голод вскоре отступил, и присутствующие смогли отдать должное предложенному вину. Отпив немного вина, сэр Свенсон удовлетворенно кивнул, отдавая должное вкусу хозяина. Впрочем нахваливать ему нужно было не Андрея, а Эндрю, который сам выбирал вино в погреб Андрея, ни чуть не разбиравшегося в вине.