Ольга Мяхар - Пророчество для ангела

— Мы можем отправляться, — Мася кивнул и пошел седлать лошадей, а мы с Элем принялись собирать вещи и тушить костер.

Закат уже напоминал о себе опускающимися сумерками, но по карте эльфов до долины драконов было рукой подать, точнее мы в ней уже находились, а потому мне совсем не хотелось ночевать на чужой территории, даже не представившись. С этим согласились все.

Лес начал светлеть, сквозь тонкие ветви деревьев все чаще и чаще пробивался свет заходящего солнца, и вскоре деревья перед нами расступились, оставив нас на краю огромной зеленой долины, защищенной со всех сторон высокими древними горами, сверкающими снежно-белыми шапками вершин.

Я огляделась, свистом подзывая Ошер, и радостно улыбнулась. Страна драконов, легендарное сказочное место, которым я бредила с детства — лежала передо мной. Воздух был наполнен чистотой и свежестью, над нашими головами срывались гор и проносились под облаками огромные прекрасные силуэты драконов, парящих над этой долиной в теплых восходящих потоках и окидывающих ее своим острым всевидящим взглядом. Воздух задрожал и завибрировал, мне в лицо плеснула его волна, чуть не сбросив с Пегги, я едва успела подхватить вылетевшего из корзинки верещавшего кота, как перед нами на землю медленно и грациозно приземлился дракон. Его мощные лапы вонзились в землю, вспарывая верхний слой сплетенной травы, как нож режет старую бумагу, на меня пахнуло силой и несказанной древностью. Я прищурилась, ослепленная блеском ярко алой будто пылающей огнем чешуи, и посмотрела в красивые алые лаза, сверкающие подобно рубинам.

— Кто ты, осмелившаяся ступить на эту землю, — вопрос возник прямо в моей голове, но был так же холоден, как вода родника, что мы пили недавно.

Ей все равно, внезапно поняла я. Она так и так убьет нас за святотатство, ее вопрос — не более, чем дань обычаю, и после моего ответа нас испепелят… Может быть.

— Я ее мать, — ответила я и выставила вперед правую руку. Ошер, уже сообразившая, что происходит что-то не то, тут же понятливо спикировала на нее, и меня перекосило на бок от тяжести. Нда-а-а… А дочка-то растет.

Раона перевел свои пылающий взгляд на Ошер, и я почувствовала, как сквозь холодное безразличие ее глаз проникает первый луч удивления.

— Объясни, — я вздрогнула, как от удара.

Это была не столько просьба, сколько приказ, требующий немедленного исполнения. Что ж, изволь. Все свои воспоминания, начиная с битвы драконов в небе, я слепила в компактный узел, который отправила из своего сознания в ее, дав рассмотреть, понять и почувствовать все то, что случилось, так, как понимала это и чувствовала я.

Драконша застыла, медленно исследуя полученный дар, а потом вновь взглянула на меня. Еще один приказ отданный мне, после чего крепкое гибкое тело оторвалось от земли, ударило огромными крыльями раз, другой, чуть не сбивая лошадей с ног, и, медленно набирая высоту, устремилось к горам, к своей пещере.

— Что она сказала?

— Мы можем пройти. Все мы, — ответила я, не оборачиваясь, — завтра утром нас будут судить на "Суде Жизни", а до этого момента мы их гости и можем остаться ночевать в долине или сразу пойти к главной пещере, где и будет происходить суд.

— Что ж, — вздохнул Мася и почесал изрядно отросшую бороду, — суд, так суд, а поспать бы надо, солнце уже совсем село. Так где, говоришь, эта самая их пещера?

Пещера находилась в одной из окружавших долину скал, к счастью мы выбрались как раз неподалеку от нее и поэтому добрались до нее еще засветло. К пещере, расположенной довольно высоко над землей вела выдолбленная прямо в камне узкая тропинка, вся покрытая трещинами и внушающая довольно серьезные опасения самим своим видом, но это был единственный путь, по словам драконши, а потому, хоть и ворча, но мы начали восхождение. И пожалуй единственным, кто проделал его наиболее комфортно и безопасно, была Ошер, которая просто взлетела сразу к точке назначения и спокойно нас там дожидалась.

Пещера и впрямь была огромной. Когда я вошла внутрь, то на секунду поверила, что попала в сказочный дворец, который вот-вот откроет мне все свои секреты и покажет тысячи чудес. С потолка свисали гроздьями светящиеся сталактиты, а из пола поднимались не мене прекрасные сталагмиты и все он светили мягким переливающимся светом далеких чужих звезд и созвездий. Оттенки цвета постоянно менялись, то обосабливаясь, то перемешиваясь между собой, и бросая на лицо совершенно немыслимые сочетания спокойных тонов и полутонов. И, пожалуй впервые в жизни, я пожалела, что не художница, а всего лишь маг.

Все эти камни, вырастающие из каменисто пола пещеры располагались не случайно, а как бы делили пространство на несколько просторных залл, настолько просторных, что казалось мы вошли не в одну, а несколько исполинских пещер, которые были соединены между собой широкими проходами. Я задрала голову и прищурилась на вид никогда и никем не виданного звездного неба с причудливыми изгибами и оттенками никому не знакомых звездных миров. Красиво. Настолько, что можно любоваться вечно, пока жива.

— Ллин, ты что застыла? Иди сюда, обсудим дальнейшие действия и пожрем наконец.

Я поморщилась, Мася грубо разрушил мою сказку и позвал назад на грешную землю. Кот уже давился куском мяса, пытаясь съесть больше всех, и на полу в кружке устроились все мои друзья, вокруг небольшого костерка, ветви для которого Мася насобирал по дороге. Ну, правильно, он же большой, в таких ручищах и не одну вязанку можно унести без усилий. Я подошла ближе и плюхнулась на свободное место, слямзив прямо из-под носа кота очередной кусок. Тот попытался возмутиться, но его отвлекла Ошер, тоже решившая заняться мародерством. Гм, ну и чему я учу молодежь?

— Ллин, объясни, что за суд будет на рассвете.

Я вздохнула и почесала нос.

— Это запретная долина, — начала я, грустно оглядывая лица присутствующих, которых интересно подсвечивали изменчивые языки пламени, — и мы чужие здесь, поэтому должны были умереть еще там, у пещеры. Но!…

Я сделала многозначительную паузу и откусила еще кусочек.

— Но у нас есть неожиданный член команды, и это Ошер. Драконы растерялись, почувствовав ее в долине, а потом решили решить наш вопрос позже, для чего и соберутся здесь на рассвете.

Так мы умрем? — В голосе Эля было одно любопытство и ни грамма страха. Я улыбнулась ему и кивнула, радуясь неизвестно чему.

— Та-ак… А почему ты такая довольная, у тебя есть план?

Я вновь тяжело вздохнула, что-то это начало входить у меня в привычку, и посмотрела Масе в глаза.

— Есть.

Коул заломил правую бровь, выражая полное внимание.