Дмитрий Чвилев - Зарождение

— Не моих рук дело. Ищите подрывника в другом месте.

— А это ты как объяснишь? — старик щелкнул пальцами, и картинка начала резко меняться, словно перематывалась на большой скорости назад. Кадры мелькали с такой частотой, что разобрать что-то конкретное было проблематично.

— Вот! — еще один щелчок пальцами.

— А что, вполне себе миловидный собор. И местность вокруг. Лесок, садик.

— Угу, миловидный… — язвительно ответил Хранитель. — Пока до него не добрались твои загребущие ручонки. Смотри дальше!

Камера приблизилась, снижаясь к земле и позволяя разглядеть направляющихся к собору всадников.

Щелчок пальцами — и крупным планом показывается замотанный веревками сверток, лежащий поперек одного из коней всадников. Еще один крупный план — на этот раз содержимое свертка.

— Оп-паньки…

— Ну что, будешь отпираться? — обличительно ткнул в меня пальцем Хранитель. — Только ломать и умеешь. У-у-у, вредитель!

— Не буду, — убито сказал я, почесывая затылок. На картинке застыло лицо человека. Мое лицо.

Всадники занесли сверток внутрь собора, и картинка начала плавно перематываться вперед. Колыхались на ветру деревья, в ускоренном темпе бегали букашки-монахи. Спустя какое-то время грохнул взрыв.

— Мне, признаться честно, стыдно. Но я этого не помню, — радостно заключил я. — А раз не помню — значит не было!

— Ты неисправим, — закатил глаза старик.

— И, кстати, мы не только ломать можем… Мы замок строили, строили и наконец построили, — пробурчал себе я себе под нос. — И королевство потихоньку. А скоро и Темную Империю.

Хранитель лишь отмахнулся, не вслушиваясь:

— Для начала навести моего купца, проверь, как у него дела идут.

— А мацу тебе не забодяжить?! Уже второй раз его под нос суешь, купца этого. Что мне с ним делать? — возмутился я. — Вон, встретился в прошлый раз, а что толку?

— Так надо же тебя хоть чем-то занять, бестолочь! — фыркнул старик. — Чтобы ты мне тут все окончательно не разломал.

Крыть было нечем.

— Ладно, — сжалился Хранитель. — После того, как купца навестишь, разберись с эльфами. Там ставленник моего коллеги активизировался. Надо бы его найти да обойти, — старик нахмурился. — И еще…

— Что? — невольно заинтересовался я. — Кстати, мне бы самоучитель по их языку. А то неудобно.

— А ничего, — отмахнулся он, пренебрежительно махнув рукой. — Все равно не поймешь, бестолочь.

Хранитель ехидно улыбнулся и, оставляя последнее слово за собой, взмахом посоха отправил меня в блаженное небытие.

Максимиллиан

Мы уже почти добрались до входа, когда к нам подлетел запыхавшийся человек, одетый в довольно заношенные грязные лохмотья и явно провалявшийся в сточной канаве пару недель. Резкий запах немытого тела ударил в нос. И как его только охрана пропустила?

— Что тебе, Клещ? — сморщившись, бросил управляющий.

— Я… уф… видел, — отдуваясь, ответил тот. — У меня окна на их двор выходят. Ваш человек в здании ночного братства. Не один, правда, пришел — с парнем каким-то. Чудом от собак спаслись. Как те на них бросились! Думал, все, растерзают. И тут в небо ка-ак столб ударит! Собаки — брык, а они в дом — шмыг.

— Ночное братство… — Ирван схватился за голову и застонал.

— Я же говорил, что он не пропадет! — обрадовался я. Сонливость улетучилась, будто ее и не было. Предчувствие не обмануло.

— Все в порядке с ним, раз от собак спасся! А ты к собору выдвигаться хотел. Хорошо, что запретил, — укорил я управляющего.

— Да, господин! — залебезил Клещ. — Он даже не ранен. Правда, вот…

— Что?

— Одеты они были странно. Кольчуга короткая, защита кожаная с бляхами, все дела. А на спине — крест. Такое только у воинов церковных бывает. У соборной стражи. Они пару рядов колец специально темнее делают, чтобы прямо на кольчуге рисунок выступал.

— Церковная стража… — еще горестнее застонал Ирван.

— А в ночном братстве эт… Не уважают церковников — то. Не любят. Как бы его прямо с порога на ножи не подняли… — задумался информатор, почесывая затылок.

— Из огня да в полымя… — чертыхнулся я и гаркнул: — Вася, строй ребят. Спасти рядового… короля.

— Короля?! — округлил глаза Клещ. — Так он из благородных?

Ирван лишь отмахнулся.

— На выход!

Димитрий

Я очнулся и обиженно засопел. Чертов Хранитель. Как он меня обставил, ничего не скажешь… Ладно-ладно, в следующий раз ужо я с ним поквитаюсь! Лежать и сопеть было неудобно — что-то острым углом давило под лопатку.

— Опа! Учебник! — обрадовался я, вытаскивая из-под спины причину неудобства. — Расщедрился таки.

Внутри головы раздался стон, а затем кряхтение.

— Как же хреново-то… — просипел Каин. — Как с похмелья.

— Нечего было координаты путать. Перекинул нас хрен знает куда, — безжалостно ответил я, оглядываясь по сторонам.

О, да-а! Опять камера. Кажется, просыпаться в плену у злодеев уже входит у меня в привычку. Помещение почти ничем не отличалось от предыдущей темницы — разве что дверь была попроще, деревянная, с зарешеченным оконцем.

— Да ты хоть представляешь, что я там сотворил?! — возмутился сожитель.

— Ничуть, так что можешь начинать хвастаться, как мы на удивление легко выбрались. Судя по всему, получается, что каждый заключенный может сбежать, если он маг? Точнее умный маг — который сможет взломать защиту своей камеры, а затем систему охраны, а потом и перенастроить портал. И свалить к чертям. В общем, ври давай.

Каин лишь хмыкнул в ответ:

— Сам дурак. Далеко не каждый маг. Таких всего двое, и один из них — мы.

— А второй кто? — невольно заинтересовался я.

— Мое отражение в зеркале.

— М-да, — открывая самоучитель и усаживаясь поудобнее, я поинтересовался: — О великий и опытный кудесник, так расскажи же, что за волшебство ты сотворил и какого черта нас закинуло из одной задницы в другую?

Внутренний собеседник слегка смутился:

— Понимаешь, практики давно не было. А сломать артефакт такого уровня, как стационарный портал — надо сильно постараться.

Я захихикал. Так вот почему Хранитель называл меня вредителем. Внезапно меня осенило:

— Подожди, так этот котлован — наших рук дело?!

— Какой котлован? — недопонял Каин. — Я нас как портанул, так и отключился.

Пришлось вкратце пересказать ему разговор с Хранителем.

— Значит, получилось, — удовлетворенно хмыкнул сожитель. — Портал перенастроил так, что он все внутрь себя начал втягивать, но при этом никуда не перемещать. Как масса достигла критической точки — бабах. Кажется, у вас в мире такое называют черными дырами.