Артём Лунин - Вечный-2. Повелители тьмы

Нам определили апартаменты в Олада. Все вэйри Хидона поселились, если можно так выразиться, "единым кварталом", невысоко от земли, на дереве, которое "отвечало" за производство оплетаев. Эти несколько комнат выходили в общий зал.

Мы обошли свои покои, установили несколько защитных и следящих заклинаний. Компьютер Олада "принюхивался" ко мне и Нан, но мы пока проигнорировали его запросы и вышли в общий зал.

Ждать пришлось долго. Компания из Хидона успела повечерять, потом явился злой Дайрим и угрюмая Валья и разогнали большую часть спать. Остались лишь мы, Йурас, да в углу пыталась притвориться тенью ученица.

Мы получили своего Архимага поздно вечером, дико вымотаного, но всё же полного злого задора.

- …Старые замшелые пни!.. - прорычала Жасмин, врываясь в общий зал. - Сухие скелетные ветви!.. Лишайные гнилые колоды!..

Она выдала ещё несколько труднопереводимых идиом лесного народа и устало бухнулась перед участком пола, условно считаемым столом. Приняла от Нан чашку горячего фарри. Девушка, приглядевшись к ней, лишь головой покачала, нашла взглядом Валью и двинула бровью в сторону Архимага. Целительница чуть кивнула. Жасмин одним махом опорожнила чашку и зашипела, обжегшись.

— Думаете, не вижу ваши переглядушки? - сварливо осведомилась. - Я, конечно, ценю ваше участие, но у меня ещё куча дел. Мне надо…

- …Отдохнуть, - Валья села рядом и взяла подругу за руку. Жасмин удивлённо уставилась на неё, улыбнулась бледно.

— Всё нормально. Я ещё могу…

- …Никто не сомневается. Но лучше не надо.

Жасмин устало фыркнула, пододвинула к себе явства:

— Поесть‑то я могу? - осведомилась сварливо. Целительница лишь мягко улыбнулась, словно капризу маленького ребёнка.

— Вэй Валья? - тихонько позвала Нан.

— С ней всё будет в порядке, - заверила волшебница, с одобрением глядя, как Жасмин жуёт.

…Архимаг метнула с ладони сгусток чёрного огня в лицо Нейме, та застыла, оглушённая. Жасмин спрыгнула с помоста и выхватила стрелу. Девчонка распласталась на земле, пятная её кровью из небольшого, но обильно кровящего пореза, всхлипывала и сотрясалась всем телом. Жасмин покрутила в пальцах стрелу, ленты из чёрного дыма обвили углепластик, потянулись куда‑то… но Архимаг тряхнула головой, и тёмная магия прервалась.

— Забавно, - пробормотала себе под нос. - Валья, Нанджи, Серый…

Целительница уже хлопотала над неудавшейся самоубийцей, мы только сейчас отмёрли и подошли. Жасмин велела собрать оружие и сказала пару слов толпе, потрясённой произошедшим.

Я убрал лук и стрелы, Нан занялась Неймой, выслушала её тихую истерику - девушка окончательно разочаровалась в своей бывшей организации, - обругала матерно и угостила снотворным.

А потом всё закрутилось. Жасмин представляла нас, своих помощников, кого‑то выкликала, распоряжалась, тут же начиналась деловитая суета… или, наоборот, споры.

Видимо, они и утомили Жасмин настолько, что сейчас она уснула прямо за столом. Валья и появившийся Дайрим подняли и увели Архимага, которая при этом не проснулась.

— Не понимаю, как она сдерживалась, - волшебник проводил своих женщин и вернулся. - Это костное старичьё… я начинаю понимать Мрака, который хотел принудить народ Леса…

Мы с Нан переглянулись. Если уж терпеливый Дайрим такое говорит…

— Вэй Серый, Нанджи, - он со значением посмотрел нам в глаза. - Спокойной ночи.

Ушёл. Мы переглянулись, посмотрели на Орлу, Йураса. Я вдруг понял, что с того момента, как Орла попыталась меня совратить, парень был хмур и не произнёс ни слова. Просёк что‑то? Или девчонка сама рассказала, с неё станется. Я вспомнил вкус губ, слабо светящиеся глаза…

Не рассказала, - Тихая Речь Нан едва не заставила меня подпрыгнуть. У девушки вырвался серебристый смешок. Не знает он. А хмур оттого, что его икону обрушили с пьедестала.

Мрак, - я тяжело вздохнул. Приходящие–Ночью.

Именно. Серый, ты плохо понимаешь, что для нас Хартгранн. Попытка выдать за священную реликвию другую вещь и "давить авторитетом" - всё равно что святотатство. Возьми хотя бы реакцию Неймы.

Я побарабанил пальцами по столу, пытаясь сообразить, что делать с Йурасом. Разговаривать с ним самому? - неловко как‑то. Промолчать - нельзя, кто‑то должен взбодрить мальчишку, вправить ему мозги. У матери и без того дел по горло. Наладить Орлу… я вспомнил, что она до сих пор не разговаривает с родителями. Характерная… Не прощает слабостей и того, что посчитает таковыми, будет ли подбадривать Йураса. Ученица наша, головная боль…

— Ты растерян и подавлен, - с удивлением словно со стороны услышал я сввой голос. Йурас поднял голову, растерянно посмотрел на меня. Несколько раз тяжело сглотнул и кивнул.

— Люди, которыми ты восхищался, оказались обманщиками, - я вспомнил, с каким почтением относился он к Приходящим–Ночью, даже с матерью спорить не стеснялся.

— Этот… Мрак!.. - имя он словно сплюнул. - Он, должно быть, обманул вэй Мёрдоха…

Я с улыбкой покачал головой. Угу, знамо дело, батюшка–амператор добрый и справедливый, только вот люди вокруг него все сплошь нехорошие…

— Думаешь, Мёрдоха так легко обмануть? Когда мы виделись, он показался мне проницательным человеком.

— Тогда зачем он приблизил к себе этого… обманщика?!. - воскликнул Йурас даже со слезой в голосе.

— Мрак просто слишком хотел заполучить власть в свои руки, - предположил я. - Потому и солгал.

— Но солгать в таком… Хотя… - Йурас горько засмеялся. - Кто мог его разоблачить? Ведь Хартгранн уже по меньшей мере полтора столетия было не видно…

Он запнулся.

— Угу, - кивнул я. - Ты знал, что твоя мать?..

— Нет, - прошептал Йурас. - Даже представить не мог, что она…

— Настолько сильна, верно? - неторопливо произнёс я. Нет пророка в своём отечестве. Это ведь Жасмин, мы её всю жизнь знаем, она росла на наших глазах. Могучая волшебница - никто не спорит, но всё же не так, как Приходящие–Ночью, загадочные и таинственные, непостижимые, как варёные яйца, и крутые, как высокие звёзды… - И подумай ещё вот о чём - она всегда недолюбливала Мёрдоха.

Подросток опустил голову.

— Мне, наверное, надо поговорить с мамой… Попросить прощения…

— Не сейчас, - уточнил я. Он понуро кивнул. А я позвал на Тихой Речи Орлу и препоручил Йураса ей. Девушка поморщилась, но я сдвинул брови - "это приказ"!

Ученица мелочиться не стала. Она пересела, устроившись рядом с Йурасом. Грубо выдернутый из невесёлых размышлений, мальчишка вскинулся, удивлённо и даже с некоторым испугом глядя на руку, накрывшую его ладонь. Табу на прикосновения Орла нарушала часто и с охотой.