Сергей Жилин - Иоанниты

– Ладно, пора пойти проведать профессора. Ты мне поможешь, Роде?

– Не люблю я, как ты людей почём зря калечишь.

– Пойдём, ленивая морда. Можешь отвернуться, если такой нежный, но помощь твоя понадобится. Ты как, Август?

– Нет, я бы не хотел в этом участвовать.

– Ладно, отдыхай тогда, – легко принял мой отказ Дюкард.

Роде попрятал свои ножи, а затем задумался на секунду и вручил мне точильный брусок со словами:

– Займись саблей, очень советую.

Я застал Адама и Дени за очередным экспериментом: они зафиксировали штуковину в тисках и изо всех сил дёргают рычаг, заставляя прибор звенеть и гудеть. После этого они внимательно смотрят, что стало с очередной ерундой, которую они запихнули в устройство.

Поправляя монокль, в самое нутро цилиндра вглядывается Дени, выдавая в итоге:

– Нет, совсем никаких результатов.

– Уверен? Давай побольше насыплем.

– Я не вижу в этом никакого смысла, – загудел усатый изобретатель. Очевидно, он в дуэте пользуется большим авторитетом вследствие возраста и опыта.

Тут они заметили, что я скромно переминаюсь в сторонке, медленно подбираясь к их верстакам. Адам тотчас снял очки и расправил широченную улыбку:

– О, Август, иди сюда. Мы тут как раз пытаемся разобраться с этим устройством. Мы назвали его Буревестником!

– Когда это мы называли его Буревестником? – брюзгливо загомонил Дени.

– Я только что подобрал отличное название и оно…

– Что-нибудь получилось? – решил я не слушать детский лепет Адама.

Дени поправил котелок, стянул рукавицы и от души шлёпнул их на верстак.

– Нет, мы пробовали вставлять в него железные пруты, медные. А сейчас вот засыпали… как ты думаешь что?

Я бы попробовал угадать, но неугомонный Адам даже не дал мне попытаться:

– Мы покрошили красный уголь и засыпали как следует в Буревестника. Да, можно было догадаться, что толку не будет, ведь тогда совершенно не к месту были бы зажимы. Но ведь ты сам сказал, что уголь используется… ммм… ну, с этой штукой или типа того. Реакции никакой.

– Нелепо было и пробовать, – добавил Дени. – Очевидно, что красный уголь к электричеству отношения не имеет, но мы просто убедились в очевидном. Так что пока результатов никаких.

– Ясно, – засунул я руки в карманы, – что дальше думаете делать?

– Сложно сказать, – скрестил руки на груди Дени и поджал губы, – тут явно должен быть ещё один прибор, потому что такой ничтожный разряд ни на один материал воздействия не произведёт.

– Ещё мы сошлись во мнении, что эта штука переносная, – добавил Адам.

– Верно, иначе бы использовался генератор.

– А вы говорили, что плохо в этом ориентируетесь, – подошёл я поближе к Буревестнику, пытаясь сейчас с одного взгляда разгадать его тайны.

– Что ты, это вообще азы. В электродинамике уже много всего найдено и изучено.

В эту секунду подвал завибрировал от истошных воплей Ремапа – Дюкард принялся за него с пристрастием. Вздрогнул не я один, для конструкторов подобное тоже не стало в порядке вещей. Затем вдогонку прилетела вторая порция криков. Я так морщился лишь, когда царапали стекло.

У нас у троих заложило уши, мы синхронно прочистили их. Я уж было приготовился к новым всплескам агонии, но профессор пока не надумал изливать свою боль.

– Дюкард его лихо трепет, – неодобрительно проронил Дени.

– Ножом его что ли пробуют? – предположил Адам.

– Ага, иголоч…

Взгляд упал на проклятый прибор, и в голове возникла громоздка конструкция, с помощью которой Проболо Дюамель, ещё один профессор в этой истории, выискивал Кровавый Бутон. Его хотели открыть агатовыми иглами, и всё бы у них вышло. А Мак Абель что-то не мог закончить…

Я ведь прихватил одну из игл, просто на всякий случай. Всё это время она была зашита у меня в лацкане, я почти забыл про неё.

Среди инструментов на столе конструкторов я не нашёл ничего удобнее ножниц по металлу. Под недоумённое бормотание я схватил их и принялся вспарывать тайный шов, с чем ножницы плохо справляются. Наконец удалось растрепать порядочную дырку, через которую получилось вытащить обёрнутый платком артефакт.

Когда я развернул тонкое вечно ледяное великолепие, ожидаемое прозвучал вопрос:

– Что это у тебя? – по-моему, спросили хором.

– Артефакт моего Ордена. Всего таких три, именно с них началась моя погоня за Монархом. С их помощью можно открывать Блики. Это если вкратце.

– Блики?

– В общем, он работает так.

Не спрашивая о готовности зрителей, я активировал артефакт, по которому заплясали белые символы. Строя и разрушая ажурные вязи, они в какой-то момент грянули вспышкой. В воздухе разверзся серпообразный портал совсем крошечного размера. Из него посыпались сине-зелёные искры, но, самое главное, потянуло зловоньем.

У меня, как и у бандитов, начался кашель, аж глаза стало резать. На счастье, этот Блик продержался немногим дольше, чем во время первого моего эксперимента в музее Рокфеллера. Скоро от портала остался лишь налёт на полу.

Я сплюнул.

– Мать честная, что это было? – подскочил с выпученными глазами Паттер. – Эта штука заработала?

– Нет, это Август артефактами балуется, – еле отходит от мерзкого запаха Адам.

Блондин только сейчас разглядел иглу у меня в руках – глаза его стали ещё больше.

– И что ты только что сделал?

– Это был портал в иной мир, – буднично ответил я. – И таких вот игл всего существует три. Сейчас ничего толком не получилось, потому что нормальный портал можно открыть лишь в строго определённом месте. Между прочим, профессора в Гольхе научились эти самые места выискивать – эти наработки, а может и что-то ещё, один из них отправил Ремапу. Я так думаю.

Не так уж и много поняли разбойники, так что пришлось потратить время и пересказать побольше о моих приключениях в столице Альбиона. Я бы сказал, что их впечатлило. Думаю, они хотя бы уяснили, что за тёмный кристаллик у меня в руках.

– А теперь я хочу кое-что попробовать, – переведя дух, медленно проговорил я. – Можете вычистить уголь?

– Сейчас будет готово, – с энтузиазмом принялся Адам вынимать из тисков Буревестника.

К товарищу присоединился Дени, вместе они быстро вытащили устройство и небрежно вытряхнули красный уголь прямо на стол. Усатый изобретатель надул щёки и выдул оставшуюся в центральном цилиндре пыль, после чего Буревестник вернули в тиски.

Адам потянулся за агатовой иглой, но я негрубо отодвинул его плечом и сам вставил артефакт в устройство. Игла вошла легко и плавно, словно меч в хорошо подогнанные ножны. Размеры ложа и артефакта почти точно совпали, зажимы плотно зафиксировали иглу.