Майя Зинченко - Изучающий мрак (Дарвей)

   Дарвей встал, сделал несколько шагов по комнате и прислушался. Дверь в кабинет была приоткрыта, отчего до монаха доносилось невнятное бормотание астролога.

  - Этот угол по нисходящей... Солнце в Тельце, Луна в Рыбах. Ретроградный Меркурий... Ага, и кончено же, без Цереры здесь не обошлось. Она в восьмом доме - это просто ужасно... Куда я дел угломер?

   Монах осторожно заглянул в комнату и увидел, как Орман склонился над столом, заваленным бумагами. Пряди его взъерошенных волос едва не касались пламени свечи. Астролог в задумчивости грыз перо и водил по карте циркулем, сверясь параллельно с огромной книгой в кожаном переплете, лежащей рядом. Робкий, держащийся в стороне от шумных сборищ, предпочитающий книги общению с людьми, здесь Орман чувствовал себя в родной стихии. Его глаза довольно блестели, когда он находил подтверждения своим мыслям.

  - Я так и думал, - он довольно хмыкнул. - Уран и Нептун в Стрельце. Харизма, интуитивное постижение истины. Все здесь. А, так тут еще и Юпитер. Конечно, что от него еще можно было ожидать... Такой мрачный, авторитетный... Хотя Сатурн в Весах удивляет меня все больше и больше. Какие могут быть вопросы чести и этические нормы? Или они есть, но очень-очень глубоко скрыты?

   После этих слов Дарвей невольно улыбнулся. Похоже, Орман совсем забыл о том, что он находиться за дверью и может его услышать. Астролог что-то высчитывал на листке и недовольно качал головой. Не заметив, он нечаянно задел локтем чернильницу и опрокинул ее. Черное пятно принялось стремительно растекаться по картам. Орман издал сдавленный вопль и бросился их спасать. Он испачкался, но большую часть записей сохранил. С обиженным видом астролог смотрел на свои черные руки и испорченный стол.

   Дарвей не выдержал, и больше не скрываясь, появился в кабинете.

  - Помощь нужна? - спросил он с невинным видом.

  - Вы же не маг... Вот кто бы мне сейчас пригодился! Нужен волшебник. У них есть особое очищающее заклинание, чтобы разбираться с последствиями подобных безобразий...

  - А что с моим гороскопом?

  - Я же только начал, - с укором сказал Орман, вытирая руки. - Не надо меня торопить. Пока могу только сказать, что Гиблыми Горами в нем и не пахнет.

  - То есть как? - удивился Дарвей.

  - Вам предстоит долгое путешествие, но конечная его цель лежит где-то в этой точке, - он взял циркуль и подошел к подробной карте мира, висящей на стене. - Где-то здесь... Какая там долгота? - он снова заглянул в записи. - Ага, вот это место.

   Он ткнул в белое пятно на карте.

  - Плато Безумцев? - удивился монах. - И что же мне там делать?

  - Вам лучше знать, - пожал плечами Орман. - Небо не лжет.

   В этот момент на улице раздались громкие крики. Это не было похоже на обычную драку. Мужчины переглянулись и, не сговариваясь, подбежали к окну. Дарвей приподнял раму и выглянул наружу. По улице бежало несколько человек с факелами в ярко желтом костюме глашатаев.

  - Орки захватили Барнас! - выкрикнул первый, и его возглас тут же подхватили.

  - Что?! - Орман схватил Дарвея за плечи и развернул к себе. - Барнас?! Орки в Барнасе? Я не ослышался? Этого не может быть!

  - Маги-защитники повержены! Первое поражение империи! - не унимались глашатаи.

   Послышался звуки раскрываемых окон. Наружу выглядывали заспанные недовольные лица людей, но когда до них доходил смысл слов, недовольство сменялось ужасом.

   Барнас - неприступная крепость, сердце империи. Как орки могли ее взять? Крепость охраняли лучшие маги, каждый камень ее древних стен был насыщен заклятьями волшебников древности. В самые тяжелые времена она служила символом благополучия, молчаливым напоминанием о том, что какие бы ветры невзгод не терзали страну, это будет не навсегда. Падение Барнаса приведет к полной деморализации армии. Лучше бы уж пал Габельн, это было бы не столько ужасно. Отныне людям больше не за что сражаться и некуда отступать.

  - Может это неправда? - тихо сказал Дарвей.

  - А если правда?! - на Ормана было жалко смотреть.

   Монах с тревогой наблюдал, как внутри астролога чернеет от горя и рассыпается цветок пламени. К чувствам Ормана кроме беспокойства и страха за крепость примешивалось что-то еще. Что-то очень личное.

  - Орман... В крепости остался кто-то важный для вас?

  - Там, там... - голос астролога прервался. - Мой брат.

  - Я не знал, что у вас есть брат.

  - После похорон сестры мы с ним больше не виделись, - он покачал головой. - Мы вообще редко виделись. Марк сразу же уехал в Барнас. Он отличный волшебник и занимает там какой-то ответственный пост. Марк был склонен обвинять меня в смерти Эльзы. Считал, что я должен был предвидеть ее болезнь. Но я ведь только астролог, а не бог. - Орман говорил быстро, не поднимая на Дарвея глаз. Похоже, что ему давно хотелось выговориться. - Марк тяжелый человек как и все маги... Но он мой брат и я все равно люблю его. Кроме него из родственников больше никого не осталось.

  - Я уверен, что с ним все в порядке.

  - Думаете?

   Огонек надежды вспыхнул и тут же погас, задушенный беспокойством.

  - Посмотрите гороскоп Марка. Возможно, там есть ответ на вопрос.

  - Точно! - Орман благодарно взглянул на монаха. - Какая здравая мысль. Я уже столько лет не составлял его гороскоп... Марк запрещал мне это делать, он, как это глупо не звучит, был очень суеверен. Вы останетесь здесь со мной, пока я буду над ним работать? - в его голосе была неприкрытая просьба.

   Естественно, монах не мог отказать ему в такой момент. Астролог вынул из книжного шкафа папку и сел за свое рабочее место. Он развязал ее и принялся за поиск нужных страниц. Мужчина выглядел спокойным, но его пальцы мелко дрожали от тревоги.

   Дарвей подошел к карте. Плато Безумцев находилось от Барнаса в восьмистах километрах. Их разделяли леса, реки, пустоши...

   Почему звезды решили, что он отправиться к Плато? Им сверху виднее? До плато далеко. Там пустынно оттого, что местность засушливая, а растительность скудная. Городов нет, только несколько маленьких поселков на севере. И что ему там делать?

   Размышления монаха прервал тягостный стон. Дарвей обернулся и увидел, что Орман сидит, закрыв лицо руками, и не двигается. Его неподвижная фигура резко контрастировала с яростной болью и отчаянием бьющимся внутри.

  - Орман...

  - Я себя ненавижу, - глухо сказал астролог, не отнимая рук. - Это проклятье - знать, но не иметь возможности ничего изменить.

  - Орман...

  - Молчите. Слова ни к чему. Хилег достиг Анареты. Сатурн в восьмом доме. Все признаки сводятся к одному... Мой брат погиб. Скорее всего, задушен где-то в подвале. Вы спрашиваете, откуда я знаю такие подробности? - астролог горько рассмеялся. - Все здесь. - Он постучал по листу, лежащему перед ним. - Почему я не посмотрел его гороскоп раньше? Я бы мог предупредить Марка.