Игорь Арье - ГРАЙЛОК - МИР ГРЕХОВ

- Он ушел, - откликнулся Туйвин, - и велел никому из комнаты не отлучаться и здесь не шуметь. Скоро должны подать завтрак.

Морт оделся и стал точить меч. Верней, не точить, а без нужды возить промасленной ветошью вдоль клинка. Лезвие в этом не нуждалось, но Морту было спокойней, когда он хотя бы изображал, что занят делом. Махаба, глядя на него, вытащил из чехла свой "драконий" лук.

- Что, - подмигнул Морт - будешь точить его?

Махаба шутку не поддержал, ощупал древко, слегка согнул на пробу и снова стал увязывать в шкуры. Потом явился Густиль с подносом.

- Что в городе? - спросил его Морт.

- Плохо, - печально ответил хозяин заведения. - В двух кварталах отсюда зарезали человека. Сейчас ко мне приходил посыльный, собирают членов общины. Цеха и торговые братства будут выбирать новый Совет.

- Ты тоже участвуешь в выборах?

- Конечно! Я же состою в торговом товариществе! У нас свой представитель в магистрате! Эх, трудно будет выбрать… После вчерашнего солидные рассудительные люди вряд ли захотят занять место в Совете.

- Сидеть на стуле мертвеца - плохая примета, - кивнул Махаба.

- Не в том дело… в нынешние дни выходит, что член Совета не сидит на стуле, а стоит на нем с петлей на шее. И ждет удара сапогом, который выбьет из-под него этот стул, так говорят на улицах. Невеселая шутка!

- Невеселая, - согласился Морт, - а человек, которого убили в двух кварталах от постоялого двора - кто он?

- Пока непонятно, его лицо сильно изрезано. Должно быть, убийца нарочно изуродовал, чтобы не узнали. Но в руке у этого бедняги был здоровенный кинжал, вот как. Хорошо бы, если это разбойники сводили между собой счеты, но почему рядом с моим заведением? О Солнце, ну почему рядом с моим!..

Лайк возвратился после полудня.

- Я узнал новости, - объявил он. - Сегодня мы не сможем покинуть Байвенну. Ворота заперты, на причалах выставлена стража, никто не имеет права покинуть гавань, даже рыбакам запрещено выходить на лов. Надеюсь, завтра с рассветом, когда вновь избранный магистрат позволит, нам удастся отправиться в путь. Теперь нужно решить, как мы должны выглядеть в Джагайе. После вчерашнего погрома нам лучше не изображать купцов из Байвенны. Я думал поступить именно так… но теперь это невозможно.

- Да какие из нас купцы… - буркнул Туйвин. - Тем более, ты с посохом…

- Я бы оставил посох.

- Это преступление! Серому магу воспрещается… - забеспокоился Туйвин. - Опасно нарушать законы в столице империи!

- Не более опасно, чем серому магу вообще появляться в столице империи, - отрезал Лайк. - Я бы изображал старого слугу, ты купца, Морт - твоего телохранителя.

- А я? - подал голос Махаба.

- С тобой было бы проще всего! Надеть на тебя ошейник, и…

- Изображать невольника? Я свободный горожанин, член лайвенской общины!

- Как свободного горожанина тебя бы вздернули. А как раб, ты находился бы под защитой хозяина… но оставим пустой спор. Нужно придумать, кем мы нарядимся. Кто не вызовет злобы джагайского рыцаря на дороге, ведущей из Байвенны?

- Другой рыцарь, - брякнул Морт. - Всех остальных они, по-моему, ненавидят.

Ненадолго в комнате стало тихо, только тихонько скрежетали коготки ворона, который прогуливался по подоконнику.

- Это… - растеряно протянул Туйвин. - Это…

Морт осознал, что все глядят на него со странным выражением на лицах.

- Ну чего вы уставились? Мы нарядим Махабу Черным Рыцарем из детской сказки, таинственным воином с опущенным забралом. А потом он - бац, забрало поднимет, тут-то все и обхохочутся. Скажут: надо же, какой черный рыцарь!

- Это самая лучшая идея! - объявил Лайк. - Если только Махаба сумеет выдержать жару. В Джагайе сильный зной, потому что этот край много претерпел от чужих грехов. И с опущенным забралом будет тяжко.

- Я вытерплю, - буркнул эйбон, - лишь бы не рабский ошейник! Но беда в том, что я не умею драться как рыцарь.

- Этого не потребуется, - перебил серый маг, - лишь бы ты удержался в седле. В Джагайе нее устраивали турниров с самой Долгой Зимы. Значит, Махаба - рыцарь, Морт - оруженосец, он вполне подходит. Ну а мы с Туйвином будем слугами, нам потребуется рыцарский конь, доспехи, оружие, лошадка для оруженосца и хотя бы один осел для перевозки поклажи.

- Какой поклажи? - удивился Морт. - У нас ничего такого нет…

- У нас нет. А у рыцаря должна быть поклажа. Туйвин, мне необходимы деньги, мои собственные на исходе, а тратить сегодня придется много.

Коротышка, тяжело вздыхая, полез под тунику на груди, где, как давно подозревал Морт, у него имелся потайной карман. Одна за другой стали появляться монеты - серебряные алеры и золотые кройны.

Морт промолчал, но то, как безропотно прижимистый Туйвин расстается с монетами, его удивило. Потом Лайк с Туйвином ушли, напоследок маг повторил приказ: сидеть тихо и не выходить из комнаты. Эти двое Морту не нравились, и он не хотел их расспрашивать, вот Махаба - иное дело. С ним было спокойней, и Морт попросил эйбона объяснить, что толкуют спутники о жаре в Джагайе? Это такая шутка? Или там в самом деле будет намного теплей, чем здесь? Джагайя лежит к югу от Байвенны, но не так уж далеко, чтобы климат сильно отличался.

- А ты совсем ничего не знаешь? - удивился Махаба.

- Откуда же мне знать? Поле Греха отобрало мою память.

Эйбон нахмурился, и Морту показалось, что его слова не понравились Махабе.

- Это случилось после битвы, - наконец произнес эйбон. И задумался.

- Что случилось после? Не тяни! Я думаю, будет проще, если ты мне расскажешь, потому что от твоих кислых взглядов мне не становится яснее. Дружище, я ведь в самом деле ничего не помню! Лед меня возьми, я даже не знаю, что именно я должен помнить, а что - нет!

Махаба долго глядел на Морта… потом заговорил:

- Ну ладно, попробую рассказать… эх, лучше бы тебе спросить об этом Кувеша!

- Я бы спросил, если бы знал, что этим следует интересоваться. Когда я познакомился с хранителем архива, слово "Джагайя" мне ничего говорило. Рассказывай!

- Ну так вот… - эйбон задумался, он не знал, с чего начать. - Ну вот, после битвы… ты понимаешь, да? Так вот, против Джагайи было совершено ужасное преступление, так сказал золотой маг, который прибыл в Лайвен после Долгой Зимы. Даже красные жрецы с этим согласны, хотя и утверждают, что Вентайн Последний заслужил свою судьбу. Но как бы там ни было, Солнце в своей великой мудрости обогрело преданную и обманутую Джагайю. Пока Лайвен трясся от греховного холода в Долгой Зиме, столица империи была обласкана теплом праведности. Чтобы искупить холод греха, который погубил лучших сынов Джагайи, так говорят. Зима в Джагайе была мягкой, лето жарким… ну а потом осень не наступила. В Джагайе вечное лето, там жарче, чем в Эйбе, откуда родом мои предки.