Артём Корсаков - Каритас

— Как же так? Моя дочь в опасности, а ты спокойно стоишь здесь? Надо её срочно найти, — прокричал Тсалвус Первый и твёрдыми, большими шагами вплотную подошёл к отцу.

— С-сомневаюс-сь, что Каритас-с что-то угрожает. Кс-стати, это именно она отправила Огниус-са в отключку, — спокойно сказал Эрдамас, взяв в руки всё своё самообладание, чтобы смотреть сыну прямо в глаза.

Услышав это, взбешённый Тсалвус Первый развернулся и, стиснув кулаки, выдавил из себя то ли грозное рычание, то ли беспомощный стон.

— Мы прибыли в Лес-сной замок и поднялис-сь в комнату Каритас-с, — начал объяснять Эрдамас, увидев, что сын постепенно приходит в себя. — Эзолина велела вс-сем ос-ставатьс-ся за дверью, чтобы её дочь с-смогла переодетьс-ся и подготовитьс-ся к переезду. Через минуту мы ус-слышали громкий взрыв и, когда вбежали в комнату, увидели лежащую Эзолину. Незнакомец и Каритас-с, избавившись от решёток, вылезли через балкон, и на пегас-сах улетели прочь. Я ос-сталс-ся, чтобы узнать вс-сё ли в порядке с-с моей невес-сткой.

— А Каритас? Что с ней? — перебил Тсалвус Первый, очевидно, больше заботясь о своей дочери, а точнее о наследнике власти, чем о собственной жене.

— За ней отправили погоню с-с Огниус-сом во главе. Каритас-с и незнакомец опус-стилис-сь на землю и умчалис-сь в лес-с, понимая, что на небе их можно легко выс-следить. Огниус-с практичес-ски догнал их и хотел было выс-стрелить в незнакомца, но Каритас-с, заметь — Каритас-с(!), с-сделала это раньше. В результате чего, он на огромной с-скорос-сти упал с-с лошади и его с-сос-стояние гораздо хуже.

— Отправьте обоих в больницу, — брезгливо сказал Тсалвус Первый, будто речь шла о чужих, ненужных его Королевскому Величеству людях, а не о жене и преданном друге.

Вошли несколько солдат и с почтением и осторожностью унесли тела.

— Организуем преследование. Срочно! Нельзя позволить встретиться Артёму и Каритас! — скомандовал Тсалвус Первый, обращаясь к Эрдамасу, которого он уже мысленно назначил начальником стражи на время отсутствия Огниуса. — Я лично буду принимать в этом участие.

— Лес-с уже прочёс-сывают, а вот вс-стречи избежать невозможно, так как у обоих медальоны любви, — всё также спокойно сказал Эрдамас, что очень раздражало Тсалвуса Первого, который удивлялся тому, что другие не понимают, какая катастрофа произошла.

— Ты почему такой равнодушный? Тебя не волнует судьба твоей внучки? — разгневался король.

— Каритас-с в полном порядке, я уверен в этом! — с улыбкой ответил Эрдамас. — Предлагаю начать диалог.

— Должно произойти нечто экстраординарное, чтобы Я когда-нибудь позволил бы Каритас любить Артёма, — с пренебрежительной гордостью буркнул Тсалвус Первый, намереваясь разработать новый "Королевский план", гораздо более действенный, чем прежние.

Когда на Атулисе наступила полночь, в одной из башен замка в потайной комнате, о которой не знал даже Эрдамас, последняя песчинка в волшебных часах Алико упала вниз и время закончилось. Часы рассыпались в мелкую серебряную пыль, которая тут же испарилась, оставив после себя аромат потерянной надежды.

Наступил последний день существования ордена.

Стук в дверь повторился ещё более решительно и твёрже.

— Кто это ещё? — спросил Коля с опаской, без какого-либо желания открывать дверь.

Артём не ответил и молча, повинуясь неведомой силе, дотронулся до медальона, висевшего на шее, поднял всё также бьющееся серебряное сердечко и посмотрел на него. Семнадцать — ярко горели цифры! Всего семнадцать! Она здесь, она рядом, она спасена!

— КАРИТАС! — радостно воскликнул Артём и побежал сломя голову к двери, по пути снеся табуретку и больно ударившись о стол. Но он ничего не почувствовал, кроме бешено бьющегося сердца в груди.

Когда дверь открылась, перед ним предстала та, ради которой он понёсся на край света; та, ради которой он отдал бы жизнь; та, счастье которой являлось его единственной целью в жизни.

Каритас, плача от радости, тут же повисла на шее Артёма, который нежно прижал её к себе, поклявшись, что больше никогда не отпустит. Одурманивающий аромат любви сводил с ума, уносил вдаль, тонкой, розовой пеленой стирая остальной мир.

Незнакомец стоял возле трупов Телос и внимательно их рассматривал. Безусловно, он знал, что они собой представляют, и тем удивительнее была та картина, которую он наблюдал. Признаться незнакомец боялся опоздать, даже более того — практически смирился с поражением, лишь смутная надежда, которая всегда была присуща его характеру, оставляла шанс на то, что либо Артём заблудится и не найдёт логово Телос, либо эти твари решат сохранить братьев на завтрак.

Коля выглянул из комнаты и посмотрел на порог, на котором стояли влюблённые, с хитрой улыбкой вернулся обратно, затем поднял снесённую табуретку и присел на неё. Он облегчённо вздохнул, радуясь, что его "предательство" не принесло больших последствий, и в одиночестве стал пить чай — ближайшие часы ребятам будет не до него. В глубине души Коля подвёл итог, в котором признал "путешествие" весёлым и успешным, а самое главное — запоминающимся. Ему в голову даже пришла мысль о том, чтобы написать книгу о своих приключениях.

Незнакомец, убедившись в том, что Телосы точно мертвы ("Странно… сотни лучших волшебников всех времён не смогли истребить этих созданий, а обычный человек…" — подобные мысли ещё не скоро покинули его голову), пошёл по направлению к дому, оставив пегасов мирно щипать травку неподалёку.

— Прости, что не смог прийти за тобой раньше, — очень тихо сказал Артём на ушко Каритас.

— Прости, что не смогла вырваться раньше…

Артём нежно поцеловал Каритас и с удовольствием и восхищением начал её рассматривать.

— Какая ты у меня красивая. Никому не отдам такое сокровище, — сказал он, снова крепко обняв возлюбленную.

— А я больше никогда не отойду от тебя ни на шаг.

Подошёл незнакомец, единственный, кто прекрасно осознавал, что ещё ничего не закончено, и задал самый волнующий для себя вопрос:

— Как тебе удалось убить Телос? Они же бессмертны.

— С помощью кинжала, который вы мне дали, — искренне ответил Артём, не отрывая взгляда от возлюбленной.

— Какого кинжала? — недоумённо спросил незнакомец, перебирая в памяти все встречи с братьями — неужели, он действительно что-то такое отдал.

— Он лежал в вашем рюкзаке, — сказал Артём и ещё сильнее прижал к себе самое родное и дорогое создание, как будто незнакомец своими расспросами хотел разлучить их.

— Ты стала ещё красивее. Боже, как мне тебя не хватало, я так соскучился! — тихо сказал Артём на ушко Каритас.