Олаф Бьорн Локнит - Львиный престол

Денек сегодня выдался хлопотливый. Вначале отправились к городской тюрьме, надеясь с помощью настоящего короля свести на нет усилия монарха фальшивого по поимке «злодеев короны». И ведь получилось бы! Конана стражники признали, хотя и подивились на некоторое несообразие — варвар «забыл» о собственных приказах и к тому же теперь бородку носит, чего прежде за ним не водилось. В Железной башне выяснилось, что Халька еще под утро увели во дворец и наши усилия пропали даром. Конан сделал вид, будто что-то перепутал, распрощался с лейтенантом стражи и мы быстренько покинули двор тюрьмы.

Больше всего меня удручало то, что мне приходилось ходить по городу во второй своей ипостаси — волчьей. Эти мерзавцы даже разорились на ошейник с поводком. Вот поставьте себя на мое место. Было бы вам приятно исполнять роль домашней собачки? Ошейник трет, за поводок дергают… Какая-то горожанка, умилившись моей светлой пушистой шубой, проворковала: «Ой, какой песик!» и бесстрашно почесала за ухом. Мораддин посмеиваясь, еще заметил госпоже: «Не бойтесь, собака не кусается».

Это я-то не кусаюсь?

Когда мы пришли в трактир, а Конан с Мораддином начали обсуждать дальнейшие планы, уважаемому Веллану Бритунийцу (замечу, капитану королевской гвардии Пограничья) пришлось лежать под столом на грязной соломе. И грызть великодушно брошенную Конаном кость. А также гонять блох. Пакостным кусачим тварям было наплевать на то, что я не собака и не волк, а разумное существо, кое в чем даже превосходящее человека. Мне тогда подумалось, что рано или поздно придется Конану отмстить за такие издевательства над старым другом.

Но более всего мне испортил настроение случай у ворот Логиума. Мы с Конаном домой возвращались. Некая почтенная дородная дама выбиралась из завешенных бархатом носилок, которые тащили шестеро здоровенных чернокожих слуг. Наверное, госпожа прибыла в Логиум навестить возлюбленное чадо, обучающееся в этом вертепе какой-нибудь там астрономии или схоластике. Конан расплачивался со стражником Логиума за вход, и это время из-под балдахина носилок выскочила маленькая, до отвращения чистенькая, с розовым бантиком на шее, собачонка и устремилась прямиком ко мне.

Нет, не подумайте, она и не подумала меня облаивать. Во-первых, это была сучка. Во-вторых, она находилась в том интересном состоянии, когда… Ну, вы понимаете. И гнусную малявку за скудоумием ничуть не смутило то, что я был крупнее раз в пять и вообще не относился к породе собак.

Конан со смеху помирал. А я стоял, как последний дурак, поджав хвост, и, скаля зубы, пытался отогнать настырное животное. В общем, оборотнем хорошо быть в лесу или среди своих — таких же оборотней. Племени Карающей Длани в городах делать нечего. По крайней мере, в облике волка.

Я почувствовал себя нормально, только поднявшись в наши комнаты и быстро превратившись обратно в человека. Конан, разумеется, продолжал трястись от смеха. И говорил всякие гадости, наподобие: «Чего ж ты такой случай упустил?..»

Ну, я и высказал варвару все, что думаю. Конан, впрочем, не обиделся. Его тотчас занял другой вопрос — куда подевались все остальные?

Мы ждем Тотланта, Эйвинда, а заодно с ними и Мораддина (или какую-нибудь депешу от него) уже четыре колокола. Почти стемнело. Конан злится, я тоже начинаю тревожиться. Наконец, заскрипели рассохшиеся ступени лестницы, ведущей на второй этаж. Шел один человек, это я точно понял.

Киммериец выглянул в коридор.

— Робер, задери тебя Сет! — рявкнул Конан, узнав вечернего визитера. — Ты не знаешь, где наши приятели? Шемит и высокий рыжеволосый парень?

— Не знаю, — судорожно выдохнул вечный вагант. — И никто не знает. К великому счастью для нас всех.

Конан поймал изрядно пьяного месьора Робера за рукав и втащил в нашу комнату.

— А ну, объясни! — потребовал король. — Что-то я не понял твои последние слова.

— Здорово было, — размашисто кивнул наш хозяин, тряхнув темными вьющимися волосами. — Они драку устроили. С королевскими гвардейцами.

— Что? — переспросил я и непроизвольно опустился в кресло. Ноги перестали меня держать после эдакого сообщения.

— А ваш шемит, — голосом запойного пьяницы продолжил Ди Монтобье, — вовсе и не шемит! А самый настоящий волшебник! Он начал молниями швыряться! Или, вернее, огненными шариками… Первый раз в жизни такое видел. А потом они всех раскидали, забрали коротышку-немедийца и сбежали. Большая облава в центре города была. Не переживайте, их не поймали…

Облава? Подождите-ка, помнится, когда мы были с Конаном в городе, я отметил про себя необычное оживление на улицах. То и дело проезжали отряды конной стражи, бегали туда-обратно воины городской охраны в малиновой одежде… Что ж такого натворил Тотлант? И при чем тут Мораддин?

— Рассказывай по порядку! — рявкнул Конан прямо в лицо Робера и для острастки встряхнул его за грудки. — В точности! Ты что, все видел?

— Своими глазами, — уверенно подтвердил вагант. — В общем, было так…

И он рассказал. Честно признаться, у меня волосы дыбом встали едва я уяснил, что именно произошло на улице Гвардейцев. Конан после речей вечного ваганта, между прочим, тоже выглядел несколько ошарашенным.

Сводилась история Робера вот к чему.

…Ехали себе по улице благородные дворяне, служащие в королевской гвардии. А с ними почему-то был граф Мораддин. А в это время Робер, Эйвинд и Тотлант покупали медовые плюшки у лоточника. Все тихо и спокойно. И вдруг проклятый шемит (который вовсе не шемит) делает страшное лицо, вытягивает вперед руки и начинает пуляться в лошадей синенькими молниями. Тотчас телега с сеном загорелась. Господа гвардейцы, естественно, перепугались. Потом немедийский недомерок ка-ак схватит меч! Как пойдет всех крушить налево и направо! Кровь так и хлещет! Убитых не меньше десятка! А может быть, даже трех десятков! Народ вокруг бегает, кричит, панике предается. Вот как плохо, вот как страшно!..

— А потом они убежали, а я в таверну пошел, — сказал господин Ди Монтобье в завершение своей проникновенной речи. — Однако точно знаю, что их не поймали. Я у военных на улицах спрашивал: изловили, мол, злодеев, или нет? Гвардейцы меня пиками отогнали и злились. Значит, твои, о король, сподвижники на свободе.

— Сподвижники, — горько вздохнул Конан. — Идиоты они, а не сподвижники. Встречу Тотланта — лично рыло начищу. Вот этим кулаком, — киммериец выставил перед собой сжатую в кулак ладонь. — Велл, собирайся!

— Куда? — переполошился я. — На ночь глядя? Ты что, хочешь их спасать идти? Где мы их найдем?

— Не суетись, — мрачно сказал Конан. — В Тарантии есть десяток местечек, где укроют кого угодно, лишь бы деньги были заплачены. Я еще по старым временам об этих заведениях помню. Прежде всего надо заглянуть в дом мамаши Куродье…