Вячеслав Грацкий - Седьмой

Демон и впрямь не сумел оказать достойного сопротивления. Он выдержал только первый напор князя, а потом стал быстро сдавать позиции. Он отступал, пятился, его движения замедлились. Из многочисленных ран хлестала кровь, и Воисвет вдруг понял, что миг долгожданной победы близок как никогда.

Он усилил натиск, буквально вдавил демона в какой-то угол, а затем ловким ударом выбил у него оружие. Демон рухнул на землю.

— Так умри же! — Воисвет взметнул меч.

Ирица проснулась от звона мечей. Некоторое время моргала, решив, что это сон — с чего бы это Воисвету биться с Деженем? А потом вдруг точно прозрела — они и впрямь сошли с ума! То, что она предрекала, — свершилось! Помешанные на войне и крови, эти двое решили выяснить отношения между собой.

Несколько мгновений она медлила, думая о том, что эти кровожадные убийцы заслужили такой конец. Но потом до нее дошло, что там сражается Дежень! Единородный брат Дежень, который вырос с ней, который столько раз спасал ее шкуру. И который однажды вытащил ее чуть ли не с того света!

Она в ужасе подскочила на месте, хотела было броситься к ним, да вовремя опомнилась. Мужчины дрались как безумные, на губах обоих кипела пена. На них и смотреть было страшно, а вмешиваться было просто опасно. В таком состоянии они сначала убьют, а потом только будут разбираться.

Она растерянно оглянулась. Возле двери по-прежнему в полной неподвижности сидел маг. Ирица шагнула к нему, тронула за плечо:

— Берс! Они же убьют друг друга! Надо что-то делать!

Берсень молчал, тогда она силой развернула его к себе. И в ужасе отпрянула. Лицо Берсеня отливало мертвенной белизной. Резко обозначились скулы, заострился нос, под глазами пролегли синюшные тени. И от него явственно потянуло могилой!

— Берс, — прошептала она, — этого не может быть! Ты не можешь умереть прямо сейчас!

Берсень приоткрыл глаза.

— Но это случилось, моя милая. — Между бескровных губ показались гнилые зубы. — Я умер. А сейчас пришел твой черед.

Он потянулся к ней, его кончики пальцев заострились звериными когтями, и Ирица закричала.

Миг желанной мести был близок, Воисвет уже мычал от удовольствия, когда что-то тяжелое обрушилось ему на плечи и отшвырнуло в сторону. Воисвет взревел от обиды и гнева, стряхнул с себя тяжесть, обернулся, готовясь располосовать вражину на куски, и остолбенел. Перед ним стоял Горяй. Живой и здоровый. Мгновение князь медлил, соображая, видение ли это, и сотник тотчас же воспользовался заминкой и выбил из его рук меч. Воисвет угрожающе зарычал, но с места не двинулся.

Он все еще не верил собственным глазам.

— Ты жив? — ляпнул Воисвет, отчетливо понимая глупость вопроса.

Горяй растянул губы в усмешке:

— Живее многих, во всяком случае. Но зачем ты чуть не прикончил Деженя?

— Деженя? При чем тут Дежень?

Воисвет обернулся. Лежавший в углу демон оказался вовсе не демоном. На князя смотрели совершенно ошалелые глаза лучника. Воисвет нахмурился, сообразив, что у него взгляд наверняка такой же.

— Что здесь произошло? — прошептал он, оборачиваясь к Горяю.

Но тот уже летел на другую сторону комнаты, где по полу, вцепившись друг в друга, с рычанием катались двое — Ирица и Берсень.

Горяй в два счета расшвырял их в стороны и с видимым удовольствием отхлестал по щекам.

— Знаешь, мне так часто приходилось это терпеть от женщин, — доверительно сказал он Ирице, глаза которой застряли где-то в области лба, — что я испытываю удовольствие, возвращая этот должок.

Ирица оцепенело молчала, приоткрыв рот от удивления.

— Горяй! — Она со всхлипом кинулась сотнику на шею. — Ты жив?

— Эй-эй, девочка. Ты что? — оторопел сотник. — Ты, по-моему, ошиблась. Вот же Берсень, вот он!

Он оторвал ее от себя и с некоторым усилием развернул лицом к магу:

— Вот он, Берсень твой. Обнимайся на здоровье. Ирица бросила опасливый взгляд на мага, но это был и впрямь настоящий Берсень, живой и невредимый. С таким же настороженным взглядом, как у нее.

— Берсень!

Она упала в объятия мага, уже не сдерживая слез.

— Все в порядке. — Глаза юноши тоже подозрительно блестели. — Это был только сон. Просто страшный сон.

— Может быть, я перестарался с затрещиной? — задумчиво спросил себя Горяй. — Или наоборот? Ребята, вы говорите, если кому надо еще.

— Ну ладно, вы-то могли ошибиться, — горько приговаривал Берсень. — Но я-то, я!.. Как я мог поддаться? Ведь я чуял сложное заклятие, чуял ведь, что оно слишком сложно для того, чтобы просто запирать двери. Правда, этот цветочный запах…

— Ладно, что было, то прошло, — заметил Воисвет.

Он уже полностью пришел в себя, и его взгляд полнился прежней силой и уверенностью. О происшедшем князь старался забыть как можно быстрее.

— Одна Дара молодец, — похвалил Горяй. — Остальные вцепились друг дружке в горло, а она, знай себе, подремывает в уголке. Неужели ты ничего не почувствовала?

— Мне хотелось только спать. — Она чуть смущенно улыбнулась. — Ну я и заснула, в конце концов.

— Горяй, теперь твоя очередь, — Воисвет сдвинул брови. — Сдается мне, твое приключение окажется куда занимательнее.

— Вынужден огорчить, — Горяй сделал скорбную мину, — ничего, абсолютно ничего интересного.

— Рассказывай давай, не тяни! — свирепо сверкнул глазами князь. — Что-то ведь было, после того как ты оказался за дверьми?

— Было, конечно, — подтвердил сотник. — Навалились эти уроды коротконогие, свалили на землю, кровь ручьем из меня хлещет, думал, все.

— Ну и что? — нетерпеливо спросил Берсень. — Что дальше?

— А ничего, — Горяй вздохнул. — Сказок больше не будет.

— Да говори же! — прикрикнул князь. — Что из тебя, клещами вытаскивать?

— Да нет же клещей, — невозмутимо сказал Горяй, но, заметив, как посуровели лица друзей, вскинул ладони: — Все-все, сказываю дальше. Но не говорите, что не предупреждал. Дальше ничего интересного. Все-все, не кипятись, Воисвет. В общем, рухнул я на землю и сознание потерял. Вот и все. Очнулся же прямо перед дверью сюда. Встал, осмотрелся — никого, сам я целый и невредимый, ни одной раны на теле, ну я и открыл дверь-то. Гляжу — вы тут развлекаетесь. Ну я и присоединился по мере сил.

— И все? — недоверчиво уточнил Берсень.

— Все как есть.

Изучив его лицо, Воисвет сплюнул.

— Так какого же демона ты сразу не мог сказать, выламывался целый час, олух!

— Ну хотел вас зарти… заинрти… тьфу ты…

— Заинтриговать, — подсказал Берсень.

— Вот именно. — Горяй усмехнулся. — Вы так жаждали моего рассказа, я не удержался. Думаю, чего бы им не подыграть?

— Думал он. Было бы чем, — пробурчал Воисвет. — Ладно, сгодишься нам и такой. Твой меч как нельзя кстати. А то тут такое болото развелось…