Владимир Брайт - Цвет крови - серый

Фаса послала своего слугу, чтобы он помогал мне в решении любых проблем. В данный момент Олитунг был моей главной проблемой, поэтому огромный монстр беспрекословно выполнил приказ, исходящий из уст смертного.

Несмотря на то что орк находился в сжатой ладони файта, не в силах даже пошевелить пальцем, он не испугался и, более того, сохранил прежний задор:

— Скажи напоследок, все люди такие трусливые недоноски — или только ты один?

— Ты правда хочешь услышать прямой и честный ответ на этот вопрос? — Я подошел почти вплотную, чтобы увидеть его реакцию.

— Конечно честный, какой же еще?

Этому сумасшедшему орку не было страшно, даже несмотря на то что в любую секунду огромная рука файта могла раздавить его всмятку, словно какой-нибудь перезревший фрукт.

— Если не пойдешь со мной, то узнаешь ответ на интересующий тебя вопрос на собственной шкуре.

— Каким образом?

Он даже не догадывался, что ему предстоит услышать, поэтому ничего не боялся.

— Я закую тебя в цепи и посажу в клетку, а файт доставит в Арлон. Может быть, эта война продлится полгода, а может быть, год или десять лет, но все это время ты просидишь в клетке, разъезжая по ярмаркам в качестве выставочного экспоната. Ты будешь слишком ценным животным, чтобы надсмотрщики позволили тебе умереть. Поэтому не волнуйся — жизнь пленника будет вне опасности. Конечно, иногда, для развлечения публики или просто смеха ради, балаганщики будут протыкать одно из твоих сердец, но ты же сказал, что в этом нет ничего страшного — рана затянется, оставив лишь небольшой шрам. Вот тогда-то у тебя будет достаточно времени, чтобы познать истинную природу людей и самому ответить на только что заданный вопрос.

Я ударил в единственное незащищенное место. Ударил сильно и целенаправленно. И сумасшедший орк, казалось не боящийся ничего на всем белом свете, не выдержал этого удара.

Гордость не позволяла Олитунгу просить о пощаде, но он надломился. Это было очевидно. Орк молчал, однако в глубине его глаз застыло странное выражение. Эти глаза никогда прежде не знали, что могут чего-то бояться, но прямо здесь и сейчас выдали с головой своего хозяина.

Я не хотел ни убивать, ни тем более унижать этого заносчивого воина, мне просто был нужен сильный отряд, способный продержаться в тылу вражеских армий столько времени, сколько потребуется, чтобы мятежный сын Хаоса нашел нас.

И если прямо сейчас я не протяну ему руку помощи, а он промолчит, то...

Как бы мне ни хотелось обратного, придется выполнить свою угрозу, потому что командир, бросающий слова на ветер, теряет авторитет в глазах подчиненных и ему уже нет веры. Не только в обычной жизни, но и в бою.

— У тебя все еще есть выбор. — Несмотря на то что он несколько раз оскорбил меня, я предоставил подавленно молчащему Олитунгу шанс с честью выйти из этой непростой ситуации. — Ты можешь подчиниться приказу, исходящему из уст уполномоченного представителя владычицы Хаоса, или же быть наказанным по законам военного времени.

Несмотря на то что он был грубым, более того — сумасшедшим орком, его все-таки нельзя было назвать глупым. Предложенный мной вариант мог удовлетворить даже щепетильного в вопросах чести дроу, не говоря уже обо всех остальных расах, поэтому в конечном итоге Олитунг пробурчал:

— Я подчиняюсь приказу Фасы.

— Отлично, в таком случае осталась всего одна небольшая формальность. Мне нужны гарантии того, что во время нашей экспедиции между орками и дроу не будет никаких разногласий. Как только вернемся — можете перерезать друг другу глотки, меня это не касается, но пока мы не выполним поставленной задачи, о былых обидах придется забыть.

— А что, я могу и подождать! — Было прекрасно видно, что к орку возвращается не только былая уверенность в собственных силах, но и прежний веселый задор.

Я повернулся к Айвелю, который после непродолжительной внутренней борьбы все же сумел совладать со своими чувствами:

— Слово дроу, — торжественно произнес он, — что на время похода я забуду о существовании этого... — Он замешкался, пытаясь заменить очевидное ругательство каким-нибудь более или менее приличным словом, но в конечном итоге не нашел ничего лучшего, как сказать: — Этого животного.

— Олитунг назвал дроу плохим танцором, Айвель сравнил орка с животным. Итак, вы квиты, — быстро вмешался я, предвосхищая новую вспышку оскорблений, способную перерасти в продолжение дуэли. — Раз все благополучно разрешилось, мы с файтом ненадолго отлучимся, чтобы заручиться поддержкой имуров.

Лицо орка расплылось в оскале, который, судя по всему, означал улыбку.

— Вербуешь рекрутов старым проверенным способом? — Он недвусмысленно намекал на слугу Фасы.

— Некоторые не понимают с первого раза, поэтому приходится объяснять. К моему возвращению отберешь четырех лучших бойцов из своей группы, — я перешел на деловой тон, — остальных отправишь туда, откуда пришли.

— Сделаю.

— Не сомневаюсь! — С этими словами я шагнул на раскрытую ладонь файта — и перенесся к имурам.

Убедить Динкса примкнуть к нашим рядам не составило особого труда. Присутствие слуги Фасы плюс жесткий (точнее, все-таки жестокий) ультиматум, не оставляющий иного выбора, кроме как сдаться или умереть, в предельно сжатые сроки решили исход дела.

А когда я вновь появился в лагере, там уже находилась обещанная богиней поддержка в лице шестерых утангов.

Сначала я даже подумал, что это какая-то разновидность големов, но изменил свое мнение после исчерпывающих объяснений Айвеля.

— Много раз слышал о них, но никогда прежде не видел этих созданий. — Было очевидно, что дроу взволнован. — Старые легенды гласят, что в глубокой древности бесчисленные легионы утангов — непобедимых воинов, состоящих не из плоти и крови, а из материи, в чем-то похожей на камень, бросили вызов небесам, вознамерившись низвергнуть самих лордов. Заручившись поддержкой нескольких магов, они нашли путь в сферу Хаоса и хлынули внутрь, словно стая прожорливой саранчи, сметая и уничтожая все на своем пути. Их сила была именно в количестве: как бы ни был силен медведь, ему никогда не справиться с целым роем пчел. Крошечные насекомые в конечном итоге победят, доведя до умопомрачения и закусав до смерти огромного исполина.

Сражение в сфере Хаоса — оплоте лордов — было великой битвой, в которой пало бесчисленное количество воинов с обеих сторон. И кто знает, чем бы она в конечном итоге закончилась, если бы вдруг все утанги не пали. Это было удивительно и необъяснимо, никто до сих пор так и не знает, что послужило причиной их поражения. Наверняка лорды в курсе, но боги не станут делиться своими секретами с кем бы то ни было.