Дмитрий Колотилин - "Завтра Война" (СИ)

- Знающий Богов, - уродливая улыбка оскалилась акульими зубами: -Не думал я, что ты настолько глуп, чтобы сунуться в Чертоги Мрака. Что ж, у тебя будет время осознать это сполна, я тебе гарантирую!

- Ты кто такой?! – выпаливаю каким-то иным для меня голосом.

- Ишаир Истязатель! – гигант остановился, разведя свои полутораметровые обрубки мечей, которые я теперь мог рассмотреть во всей красе: - И я пришёл за тобой и твоими приспешниками, дабы вы заняли свои места на этих крючьях, благодаря вам, освободившихся для этого!!!

- Сначала одолей! – выкрикиваю единым рёвом, ощущая, как тело само решает, что делать, повинуясь пылающему внутри меня урагану силы.

- Само собой! – Ишаир воткнул правый меч в каменный пол и уставил на меня свой перст: - Принесите мне его!!!

Из полумрака меж шатающихся тел вышел десяток Изгнанников, каждый под два метра ростом, что не свойственно бородачам и тем, кого я встречал прежде. И каждый был столь же широк помимо того, что их лица украсили шевелящиеся щупальца, тела и руки покрывало нечто шевелящееся, как будто бы огромный паразит захватил тело и сейчас на меня глядел десятками мерцающих буркал. Даже оружие этих выродков слилось с конечностями, став единым целым, выделяясь лишь серпообразными лезвиями сточенных секир.

- Не смейте убить его! – продолжал Ишаир: - Он мой и только мой!!! Приволоките мне его, и я тогда подарю вам тех, кто идёт следом!!!

Выродки вдруг ожили, неестественно резво бросившись в мою сторону, щупальца разлетелись в стороны, лезвия, рассекая, отрубали конечности оказавшимся пред ними подвешенным телам, и не единого звука.

- Умрите, - произношу ледяным голосом, не шевельнувшись, и десяток бегущих на меня загонщиков разом рухнул, падая в миг лишившимися имитации жизни грудами тошнотворного мяса, принявшегося тут же истлевать, а я ощутил, как десяток благостных потоков разом влились в моё тело, восстанавливая затраченное и сверх того.

- Что?!! – взревел Ишаир: - ТЫ!!! НЕ-Е-ЕТ!!! Я НЕ БУДУ ТЕБЯ РЕЗАТЬ, КАК ДРУГИХ!!! НЕ-Е-ЕТ!!! ТЫ УДОСТОИШЬСЯ ИНЫХ СПОСОБОВ ВОЗНЕСЕНИЯ В ЧЕРТОГИ БОЛИ!!! ТАК ПОЗНАЙ ЖЕ, МЕЛКАЯ ГНИДА!!! ПРОТИВ КОГО ТЫ ВЫСТУПИЛ!!!

- Умри, - вновь произношу, обращая взор на Истязателя, но тот лишь чуть запнулся, наращивая шаг и тут же ухмыльнулся.

- Со мной не выйдет! Тварь!!!

Тяжёлый обрубок меча пронёсся по дуге, половиня всё, что попало под широкое лезвие, но не достало меня, в последний момент с рывком ушедшего в сторону. Второй обрубок низринулся сверху, разрубив один из столов надвое и оставив в полу глубокую выбоину. Но Ишаир не думал останавливаться, со скрипом обтягивающих его ремней размахивая своими мечами, не ведающими преград кроме каменной тверди, но погружаясь в ту настолько, что это заставляло Истязателя на мгновение замедляться. И этого мне хватило.

С благодарностью приняв вливаемые в них силы, близнецы будто бы ожили, следуя примеру моих рук и меняя своё обличие на более зловещее, обретая более изогнутые тела, а внутри меня всполохнуло пламя былого воспоминания, представая образом былой жизни, лишённой многого и свободной от нынешнего. Но времени ностальгировать не было, когда тело само закручивалось в вихре сражения, набирая обороты вращения, дабы обрушить в нужный момент всю сконцентрированную мощь. Мечи гудели, переполнившись доверху, и жаждали лишь плоти и крови. И, уходя из-под очередного кругового удара Истязателя, проскальзывая под его рукой в смертельной близости, я ударил.

Плотные ремни заскрипели, борясь с проскальзывающим остриём лезвий, замерцали наложенные защитные заклинания, стремясь погасить испускаемую мечами силу, но всё же недостаточно. Сначала лопнула кожа ремней, расходясь двумя бороздами, но почти сразу раскрылась и кожа тела, а за ней сама плоть, оголяя ребра и выпуская чёрную гнилостную слизь.

Ишаир взревел, от чего содрогнулись даже стены, и вместе с цепями попадали тела, чудом до этого провисевшие. Резкий разворот в попытке попасть по юркому чужаку вновь не удался, и на спине появилась вторая пара рубцов, оставленных взметнувшемся вихрем к потолку противником и переполосовавших хребет наискось. Истязатель раздался новым рёвом, от ярости схватив несколько валявшихся под ногами цепей и метнув в сторону приземлившегося на задние лапы пылающего чернотой врага, утратившего прежний облик.

Цепи, раскручиваясь, разрубали стойки, опутывали каменные столбы, тут же покрывавшиеся трещинами, врезались и превращали в щепу столы, но вновь цель не была достигнута. И сразу же со стен и потолка посыпалась каменная крошка, содрогаемых от бега гиганта, ставшего похожим на загнанного на арене быка, чьи глаза налились кровью, а полученные раны не давали забыть обидчика и заставляли без оглядки бросаться в слепую атаку.

Волна чёрного пламени устремилась навстречу, и не было в нём той прежней черноты, как и света или призрачности. Это было иное, утратившее прежнюю слабость, но всё же оставшееся пламенем, всепожирающим и ненасытным до конца. Ишаир без оглядки вбежал в черноту, и тут же раздался неистовый рёв зверя.

- Меня не убить! Я есть сама Смерть! – орал Истязатель, пав на колени внутри кострища: - Меня не сжечь, ведь я и есть Огонь! Тьма меня не уничтожит, ведь я и есть Тьма!!!

Гигант поднялся на ноги и шагнул из бушующего пожарища, представ в ином облике. Доспехи исчезли, как и мечи, и не было прежней улыбки, лишь лишившееся глаз подобие рогатой головы, из которой во все стороны стегали десятки полуметровых щупалец. Вместо прежнего рта распахнутая пасть с рядами акульих зубов, руки располосовало на три метровых щупальца, каждое из которых оканчивалось гроздью костяных крючков. И грудь с брюхом Истязателя как будто бы взорвались изнутри, распахнувшись рёбрами и освободив пылающую утробу.

- Познай же истинное!!! – вырвалось из пылающей утробы Ишаира: - И это ждёт каждого!!!

«Голод, необузданный, первобытный, неумолимый. Он пожирает изнутри, он заставляет делать то, на что не осмелился бы никогда, будучи сытым. Голод принуждает переступать не только через себя, но и законы окружающего бытия. Голод правит нашими помыслами и дарует нам силы, дабы утолить его, победив внутри себя страх и слабость».

Мир померк, тьма заполонила всё до единого, даже магический свет, слабо освещавший коридоры и залы, истаял, не в силах противостоять черноте. И среди этой черноты я видел пульсации силы, биения сущностей, резервуары сосредоточения и накопители. Цвета играли, переливались, пучки переплетались и смешивались, становясь другим, потоки сходились в едином, закручиваясь радугой неспособного вырваться торнадо. И всё это я жажду заполучить, добраться до него, ибо всё это должно принадлежать мне по праву!