Анастасия Левковская - Лицо некроманта

Ого, надо же, как она его достала. Первый раз вижу соседа Марка в таком состоянии.

— Нет, Алекс, не оставляй меня! — Лиара бросилась к нему и сильно обняла за талию. — Я сделаю все, что захочешь, только не покидай меня! Я же с ума сойду, если опять буду вариться в этом всем одна!

Тот тяжело вздохнул, а потом обхватил лицо невесты ладонями и жестко сказал:

— Завтра сама пойдешь в деканат и во всем сознаешься.

— Хорошо, — покорно кивнула она.

— Примешь любое наказание.

— Хорошо…

— Попросишь прощения у Глории, и чтобы я больше не слышал этой чуши про «поставить на место».

— Как скажешь, только будь рядом, — прошептала Лиара и прижалась к Алексу крепко-крепко.

От этой картины мне стало как-то не по себе. Раньше я всегда считала, что к отношениям этих двоих хорошо подходит фраза — «Любовь зла, полюбишь и козла». Мол, Алекс просто любит Лиару, а потому терпит все ее заморочки. Но теперь я вижу, что ситуация не так уж проста. Моя соседка была готова на что угодно, только бы жених ее не бросил. И ее при этом ни капли не заботило, насколько жалкой она выглядит в наших с Марком глазах. Интересно, почему?

В этот момент подошел патруль, который Марк вызвал по дороге сюда, и на некоторое время мы все отвлеклись. Алекс успокаивал Лиару, я давала показания, Марк контролировал общую ситуацию. Сдавать патрульным соседку я не стала. Потому что это — внутреннее дело Ульгрейма. Сказала, что эта троица напала по своей инициативе. И разбираться с ними должна отнюдь не стража. Если у нас решат, что преступлением Лиары должен заняться городской суд, — тогда да. Но я очень сомневалась, что до этого дойдет. Она — дочь члена Совета Содружества. Так что на городском уровне замнут в любом случае. А вот в Ульгрейме накажут, могу гарантировать. Возможно, даже исключат. А самим нападавшим все равно никто не поверит.

— Марк, Глории надо в лазарет, — тихо сказал Алекс, когда патрульные взялись за напавших. — У нее в ребре трещина.

— То-то я думаю, почему мне дышать больно, — невесело рассмеялась я. — Да уж… Наверное, ни один первокурсник столько раз не побывал в лазарете в течение первого семестра учебы, как я.

— Это тот верзила тебя так ударил?! — моментально вспыхнул от гнева Марк. — Да я ему сейчас…

— Тихо, он за это уже получил. И, думаю, патрульные добавят. — Я схватила его за руку. — Лучше помоги мне добраться в Ульгрейм. Не думаю, что смогу дойти сама.

— Да-да, конечно, — спохватился он и помог мне встать. — Давай опирайся на меня… Может, лучше я тебя вообще понесу?

— Надорвешься, — слабо усмехнулась я.

— Да ну, ты же легкая, — отмахнулся Марк.

— Эй, студенты, — к нам подошел начальник патруля. — Мы вашим преподавателям сообщили, так что сейчас за вами придут.

— Собственно, уже.

Я резко повернула голову, точно зная, кого увижу.

Как говорится, кто приходит на помощь, когда мы вляпываемся в неприятности? Конечно же, Ник Кайндорф!

По уже сложившейся традиции, он был растрепанный и заспанный. Если бы не было так плохо, я бы даже рассмеялась — вот хоть спать ему не ложись! Сразу какие-то новости.

— А я-то думаю, — зевнул Ник, меланхолично нас оглядев, — кто это из наших студентов приключений себе нашел? А это Твиксы собственной персоной. Пора бы мне привыкнуть, что ли?

— Мы не виноваты! — обиженно воскликнул Марк. — Глория возвращалась в Ульгрейм, и на нее напали.

— Да уж вижу. — Преподаватель присел напротив и, ухватив меня за подбородок, повернул голову набок, чтобы рассмотреть ободранную щеку. — Красотка, сказать нечего. Это все повреждения или еще сюрпризы имеются?

— Алекс говорит, в ребре трещина, — тихо отозвалась я.

— Опять в лазарет, с ума сойти, — хмыкнул он и, встав, молниеносно поднял меня на руки. — Тоже уже привычное действие. И не стыдно тебе, студентка, на преподавателе кататься?

— Я могу и сама дойти, — буркнула я недовольно и попыталась освободиться.

Ага, так мне и позволили.

— Не дергайся, я так, ехидничаю от недосыпа, — вздохнул Ник, открывая портал. — Сейчас тебя осмотрит Бель, и расскажешь мне, что случилось. А вы, сочувствующие, — он сурово осмотрел остальных, — добирайтесь своим ходом.

А потом случилось непредвиденное. Лиара вдруг вырвалась из рук Алекса и бросилась наперерез нам:

— Это я! Я во всем виновата!

Удивились все. Алекс, который не ожидал подобного от своей невесты. Мы с Марком, по той же причине, но с совсем другой подоплекой. Ник, вообще не понявший, к чему были эти вопли. Но больше всех удивились патрульные. И немедленно заинтересовались.

— С этого места поподробнее, — скомандовал начальник стражи.

Лиара перепуганно округлила глаза, только сейчас осознав, как не вовремя вылезла со своим раскаянием.

— Да она имеет в виду, что со мной не пошла, — отозвалась я, буравя соседку красноречивым взглядом.

Та быстро закивала.

— А, всего лишь, — поскучнел патрульный.

Ника, конечно, подобное провести не могло.

— Даже так, — хмыкнул он и громко скомандовал: — Тогда прекрасную половину компании я забираю в полном составе. На месте разберемся.

Последняя фраза прозвучала довольно-таки зловеще, и Лиара вздрогнула и втянула голову в плечи. Но послушно пошла в портал, не решаясь спорить с преподавателем.

Белинда встретила нас с выражением лица, которое олицетворяло все смирение этого мира.

— И почему я не удивляюсь? — задала она риторический вопрос.

— Так, оставляю нашу главную оторву на твое попечение. — Ник сгрузил меня на уже практически родную мне койку. — А мы с этой девочкой, — его тяжелая рука опустилась на плечо бледной Лиары, — выйдем поболтаем.

Бель лукаво усмехнулась и проводила его напутствием вести себя прилично. А затем принялась за меня.

Если учесть все те разы, что попадала в лазарет, сегодня, можно сказать, я отделалась легким испугом. Ребро целительница мне залечила довольно быстро. А щеку просто погладила кончиками пальцев, и даже следов не осталось.

Вскоре после этого вернулся задумчивый Ник и заплаканная Лиара. Мне даже стало интересно, что он ей успел такого сказать. Потому что моя соседка выглядела еще более перепуганной, чем до этого.

— Бель, солнце, выйди на десять минут, будь добра, — мягко попросил Кайндорф целительницу. — Мне с этими девочками надо наедине потолковать…

Белинде было очень интересно — я это видела по глазам. Но то ли она привыкла не спорить с Ником, то ли не видела смысла возражать конкретно в этой ситуации. Потому лишь молча кивнула и вышла из лазарета, плотно прикрыв за собой дверь.